Мила Ваниль – Мой (с)нежный барс (страница 22)
- Нет. Но ты не поймешь сути. Для тебя это единственный способ разрешить конфликт. Получить наказание и прощение. Так?
- Да, так…
- Иди ко мне, Вишенка. – Она доверчиво прильнула к его плечу. – У нас в паре, где женщина признает лидерство мужчины, наказание не считается насилием или унижением. Ни один альфа не будет бить свою самку, потому что он сильнее или из-за плохого настроения. И порка, как наказание, применяется очень редко. Альфа вообще предпочтет никогда не наказывать, потому что при любом раскладе вина его женщины – это и его вина.
- Почему?
Сейчас она не поймет. Это другой образ мышления, который прививается с рождения, а, может, и передается генетически. Но он расскажет, даст пищу для размышлений.
- Альфа не смог объяснить, не вызывает должного уважения. Это его вина.
- Ты меня не воспитывал.
- Неважно. Женщина не слуга и не рабыня, однако она старается не огорчать, это что-то на уровне инстинктов. Конечно, все ошибаются, особенно в первое время. Наказание – это воспитание, урок. Ошибки прощают не после него, а до, причем друг другу.
- Ты больше не сердишься? – Алана с тревогой заглянула ему в глаза.
- Нет, Вишенка, не сержусь.
- Но не накажешь?
- Поркой? Нет. Ты уже наказана. Пока тебе тяжело понять…
- А зачем ты рассказал? Я пойму со временем? Ты хочешь, чтобы я стала твоей по-настоящему?
Суд по тому, с каким любопытством Алана сыпала вопросами, страдать она перестала. Оставалось надеяться, что урок пошел впрок.
- Ты поймешь, в этом я уверен, - ответил он, целуя вишневую макушку. – А о наших отношениях поговорим позже, хорошо? Не торопись.
- Можно спросить? Я не уверена, что этот вопрос тебя не рассердит…
- Спрашивай.
Шади подумал, что зря принимал душ. Он опять хочет эту упрямую Вишенку, ерзающую у него на коленях.
- Предполагается, что в паре воспитывать нужно женщину? А альфа? Его никто не воспитывает? Он не может вести себя недостойно? Шади, я не о тебе, мне любопытно.
- Любопытство сгубило кошку, - улыбнулся он. – Но ты права, альфа может вести себя недостойно. У женщины ест право пожаловаться на поведение своего мужчины, если они не смогли разрешить какой-то конфликт самостоятельно.
- Пожаловаться? Кому?
- Старшему. У меня, к примеру, есть отец, есть учитель. Они могут назначить наказание. Есть совет старейшин, в конце концов.
Шади не стал говорить, что наказание для нерадивого альфы весьма жестокое – публичная порка. С Вишенки достаточно, ей и так есть о чем подумать. Не спрашивая, он подхватил ее на руки и понес в душ. Потом нужно будет позаботиться об ужине, еще раз проверить, не отклонилась ли Цыпа от курса – и отдохнуть хоть несколько часов. Непонятно, что ожидает их на Даржу, но определенно ничего хорошего.
18. Подстилка
Внизу медленно проплывала планета Даржу. Из смотрового окна Алана могла рассмотреть лишь край сферы, окутанный туманной дымкой. Большего ей не увидеть – Шади запретил покидать корабль.
- Даржу опасна для таких девочек, как ты, - сказал он. – Это не обсуждается.
Спорить Алана не стала. Она не зря потратила несколько часов, расспрашивая Шади об обычаях и правилах перевертышей. Что-то поняла, кое о чем задумалась, кое-что вызывало неприязнь и даже протест, но ее альфа правильно заметил, она упрямая. Значит, она научится вести себя правильно.
Слово альфы – закон. Можно возражать, спорить, доказывать свое мнение, если альфа дает понять, что вопрос обсуждаемый. Но если нет – спорить нельзя, это неприлично.
- Либо ты доверяешь моим решениям, либо нет.
Алана доверяла, но она устала от замкнутого пространства корабля. Ей хотелось пройтись, развеяться. Ей нужно купить вещи, которые она постеснялась включить в список. И она нервничала, расставаясь с Шади.
Однако он прав, исчезновение, «смерть» и наследство племянницы президента Солнечной системы – все еще горячие новости. А ее яркая шевелюра привлекает внимание. Алана заикнулась было о том, чтобы перекрасить волосы, но Шади смерил ее таким взглядом, что ему и говорить ничего не пришлось. Альфе нравится вишневый цвет, вопрос закрыт.
Если вынужденная изоляция на корабле вызывала лишь сожаление, то после знакомства с Солой и Чорри остались неприятные чувства.
Шади связался с ними, как только вывел корабль на орбиту Даржу, и они прилетели на разных челноках. Очевидно, оба не знали о том, что на Цыпе новая пассажирка. Может, и правильно, что Шади не стал говорить об Алане, разговоры по инфа-каналам легко прослушиваются.
Первой прибыла Сола, перевертыш-пантера. Манера передвигаться плавно, словно ступая кошачьими лапками, выдавала ее природу. Черные волосы, черный хвост, преимущественно черные цвета в одежде. Яркая, красивая, стильная: высокие каблучки, модная стрижка. Она впорхнула в кают-компанию и повисла на шее у Шади, ничуть не стесняясь.
- Я соскучилась, капитан, - мурлыкнула она, кокетливо прижимаясь к его груди.
- Рад тебя видеть, кошечка.
Шади довольно быстро отстранился, но Алана успела почувствовать укол ревности. Сола на несколько секунд заняла ее место. Шади – ее альфа! И впервые мелькнула мысль о том, что у него могут быть и другие подопечные. В глазах потемнело, Алана ни с кем не желала его делить.
- А это кто? Шади, ты притащил на Цыпу проститутку?
Недовольный голос с изрядной долей презрения отрезвил. Алана уже открыла рот, чтобы ответить на оскорбление, но Шади успел первым.
- Придержи язык, Сола! – рыкнул он. – Это моя подопечная, и я все объясню, как только здесь будет Чорри, чтобы не повторять дважды.
Сола недовольно вильнула хвостом, но промолчала. Алана решила вести себя вежливо и подошла к ней, протянула руку:
- Алана. Приятно познакомиться.
Сола вроде бы снисходительно улыбнулась, но вдруг зашипела, хватая Алану за руку:
- Ты еще и воровка!
Да, завязывать на запястье платок, который Шади использовал в их сексуальных играх, было ошибкой. И ведь могла же догадаться, что женский аксессуар принадлежит не ему.
- Прости…
Она попыталась развязать узел, но Сола, глубоко втянув ноздрями воздух, скривилась:
- Оставь себе. Он воняет вашей похотью.
И бросила гневный взгляд на Шади.
Алана тоже на него посмотрела. Он заступится за нее или позволит и дальше оскорблять?
- Сола, прости, это я виноват, - мягко произнес он. – Я куплю тебе новый.
- Не стоит, - фыркнула пантера. – Я буду у себя. Позови, когда вернется Чорри.
- Не обращай внимания, - сказал Шади, когда Сола ушла. – У нее вздорный характер, но она хороший друг и специалист. – Он помолчал и добавил: - Спасибо. Ты вела себя достойно.
Воспользовавшись моментом, Алана прижалась к нему, словно обозначая свое право находиться в его объятиях. А он догадался, о чем она думает.
- Не ревнуй, Вишенка, - шепнул он, поглаживая ее и руками, и хвостом. – Все наладится.
Ничего не желало налаживаться. Чорри не рычал на нее при знакомстве, добродушно улыбнулся и пожал руку. Этот мужчина и впрямь напоминал медведя: огромный, лохматый, грузный. Черты лица терялись в пышных зарослях волос – давно нестриженные пряди свисали на глаза, усы и борода торчали в разные стороны. Густые темные волосы покрывали и руки.
Чорри показался Алане добродушным, но ровно до того момента, как из камбуза донесся его звериный рык:
- Кто трогал мои ножи?! Откуда пятно на переднике?! Где кастрюля с ручкой?!
К счастью, от необходимости объясняться и извиняться Шади ее избавил. Однако не успела она перевести дух, как на нее снова набросилась Сола.
Все наконец-то собрались в кают-компании, чтобы обсудить планы.
- А что она здесь делает? – громко и нарочито небрежно поинтересовалась Сола и ткнула пальцем в сторону Аланы. – Или она новый член нашей команды?
- Сола, ты испытываешь мое терпение, - процедил Шади.
И правда, испытывала. Алана сидела рядом с ним и чувствовала, как мелко дрожит его хвост, обвившийся под столом вокруг ее ноги.
- Нет, Шади, она права, объясни, - поддержал пантеру Чорри. – Вы с Шу что-то знаете, мы – нет. Я не вижу необходимости обсуждать при Алане наши дела. Она будет хранить наши секреты?
- Мне лучше уйти. – Алана улыбнулась Шади, показывая, что все в порядке. Она умела сдерживать эмоции, даже когда внутри бушевала буря. – Твои друзья правы, я ненадежна. Вдруг попаду в лапы к этому вашему… Равшеру… Я не выдержу первой же пытки. Так что лучше мне ничего не знать. Потом расскажешь то, что сочтешь нужным.