Мила Шедер – Избранная. Печать правды (страница 1)

Мила Шедер

Избранная. Печать правды

Глава 1

– Ты уверен, Элион?

– Как никогда .Только так мы сможем ее защитить, глаза выдадут ее .

– Но нас не будет рядом с ней. Неужели это единственный вариант ?!

– Мне очень жаль!

Даже в этой кромешной тьме было не сложно заметить , как тяжело давалось это решение главе семейства. Под глазами залегли глубокие тени, среди его черных как смоль волос, проглядывала седина. Женщина , упавшая на колени рядом с ним , закрыв лицо ладонями, беззвучно проливала слезы. Спустя некоторое время, они медленно подошли к кроватке, на которой безмятежно сопела белокурая девочка.Свет от лампы падал на ее маленькое лицо с аккуратными чертами . Женщина , с огромной болью в сердце , смотрела на свою маленькую копию и слезы вновь неконтролируемо хлынули из глаз. Выключив лампу , мужчина достал из кармана круглый артефакт , который своим видом напоминал обычный мяч . Через мгновение артефакт зажегся и вся комната наполнилась ярким, синим светом . Там, где была стена секундой ранее, образовалась дыра … портал .

–Пора, Нора!

Спустя 15 лет…

Первое, что пронзило меня, – чудовищная головная боль, словно кто-то с остервенением вбивал кол в череп. Слабая попытка подняться обернулась сокрушительным падением обратно на жесткую кровать. Тошнота, подкатившая к горлу, заставила согнуться пополам. После мучительных минут, полных борьбы с собственным телом, я все же сумела подняться на ноги.

Уже что-то… проблеск надежды в кромешной тьме.

Теперь бы вспомнить, что произошло прошлым вечером…

Пустота.

Инстинктивно протянув руку в сторону, где когда-то стоял мой платяной шкаф, я наткнулась на пустоту и рухнула на пол.

Что происходит? Зловещий вопрос, эхом отдающийся в голове.

Сидя на корточках, дрожащими руками ощупывая холодный пол, я чувствовала, как страх затапливает меня с головой. Где я, черт возьми?!

– Так, Несса, дыши… вспоминай! – прошептала я, пытаясь ухватиться за ускользающие обрывки памяти. Но в ответ – лишь раздражение и болезненная пустота. Внезапный металлический звон вырвал меня из лабиринта спутанных мыслей.

Протяжный звук рассыпающихся монет… Должно быть, Нарида, моя соседка. Может быть, она знает, что происходит? Сердце бешено заколотилось в груди.

– Нарида, это ты? – громко позвала я, не в силах скрыть дрожь в голосе. Ответа не последовало. Напротив, все звуки стихли, оставив меня наедине с неровным дыханием и нарастающим ужасом.

Осторожно нащупав стену, я поднялась и, медленно перебирая руками, направилась на поиски двери. Не успела коснуться ручки, как дверь распахнулась, ослепив ярким светом, будто я вынырнула из глубокой ночи.

Погодите… Свет?!

Неуверенно приоткрыв глаза, я увидела… Это невозможно…

Свет все еще резал глаза, но зрение постепенно возвращалось. Я не сразу заметила женщину, стоящую в проходе, чье лицо пылало гневом, направленным, очевидно, на меня. Мой немой вопрос «где я?» получил неожиданный и болезненный ответ – звонкую, увесистую пощечину.

И вновь сознание покинуло меня, оставив лишь агонизирующую боль в голове и горящую щеку. Что ж, доказательство реальности происходящего было получено. Превозмогая боль, я нашла в себе силы подняться и оглядеться.

Вокруг – голые, сырые стены и железная кровать. В голове отчаянно метались две безумные мысли: либо я попала под машину и теперь нахожусь в коме, опутанная проводами и трубками, или же… я окончательно сошла с ума.

Бррр… от одной мысли об этом меня бросило в дрожь.

Не скажу, что в моей жизни не было странностей. Они были, и с каждым годом их становилось все больше. Но я старательно избегала всего, что пугало меня. В десять лет я впервые услышала женский голос в своей голове:

«Ванесса, где же ты, девочка моя?»

Одни и те же слова, повторяющиеся на протяжении многих лет. Голос вторгался в мое сознание, сводил с ума, но со временем я научилась его игнорировать.

Еще раз окинув взглядом убогую комнату, я опустилась на кровать. Дверь заперта, окон нет… Остается лишь ждать. Не останусь ведь я здесь доживать свою несчастную жизнь?

Или все же… останусь?

Дрожь, пробежавшая по телу, усилилась. Но я вижу… по необъяснимой причине. И, ухватившись за это чудо, я решила не терять надежду. В памяти всплыли строки стихотворения, которое часто читала мне моя единственная опора – Синти:

Не падайте духом, назло всякой боли,

Пусть сердце и тело страдают в тиши.

Такая вам выпала в жизни сей доля,

Терпеньем укрепятся грани души.

Воспоминания хлынули потоком, и слезы покатились по щекам прежде, чем я успела их остановить. Время потеряло счет. От хриплого дыхания поднимался пар. Замерзшие пальцы отказывались сгибаться. Холод проникал в самую душу, смешиваясь с той глыбой льда, что давно поселилась в моем сердце.

Синти говорила: «Сильный холод настигает тех, у кого нет теплых воспоминаний».

Кажется, я уже была готова замерзнуть насмерть. И словно в ответ на мои мысли, дверь с лязгом отворилась. Я не успела разглядеть вошедшего, как чья-то рука грубо схватила меня за волосы, и новая вспышка боли затопила сознание. Еле передвигая ногами, я с удивлением обнаружила, что еще способна ими владеть, хоть и с трудом.

Меня тащили, как безвольную куклу, и швырнули в угол.

Неужели я заслужила все это?!

Бессильная злость начала душить меня, но на кого злиться: на судьбу, на этих людей или на саму себя? Вспышка гнева быстро угасла, оставив лишь глубокую горечь.

Придя в себя, я заметила оживленное движение за окном. В комнату вошла та самая женщина, в сопровождении двух мужчин. Она брезгливо указала на меня.

– Вот, та самая воровка! Поймала эту негодницу в погребе. Напилась и вырубилась, поганка!! – выругалась она и плюнула в мою сторону.

Нет, постойте… Воровка?! За всю жизнь, я и крошки хлеба не украла, даже в самые отчаянные времена.

Здесь какая-то ошибка! Я хотела закричать, но из горла вырвался лишь слабый стон.

– Я…я… – слова застревали в горле, словно ком.

– Продам за два гранна, по знакомству, – подмигнула она одному из мужчин.

Земля ушла из-под ног. Продать? Меня? Это ли не конец моей жалкой жизни? Рабство, неизвестность… что может быть хуже?

Что мне делать? Сражаться или принять судьбу?

Я горько усмехнулась своим мыслям.

– Видок у нее тот еще, не помрет по дороге? Мне лишние проблемы не нужны, – проворчал один из мужчин.

– Да что вы, она поживее многих будет! – рассыпалась в любезностях старая ведьма, иначе и не назовешь.

А Меня вновь закружило в тошнотворном водовороте, и я начала погружаться в уже привычную бездну. Чьи-то грубые руки подхватили меня, перекинули через плечо, как мешок картошки, и тьма поглотила меня окончательно…

*****

Топот копыт, скрип колес… Меня бросало из стороны в сторону. Руки связаны так туго, что не пошевелиться. С трудом приоткрыв глаза, я поняла, что нахожусь не одна. В повозке со мной – не меньше пятнадцати несчастных женщин, среди которых были даже дети…

Интересно, их тоже продали, как и меня?

Посочувствовать я не успела: повозка резко остановилась, придавив меня к стенке. Собрав последние силы, мне удалось подняться. Воспользовавшись тем, что за нами никто не спешил, я заглянула в небольшую щель в повозке. Но понять, где мы находимся, так и не удалось.

Развернувшись, я решила получше рассмотреть своих попутчиц по несчастью. Молодые и старые, некоторые прижимали к себе детей, словно боялись, что их отберут. В их глазах застыл нескрываемый ужас. Мне отчаянно захотелось защитить их всех… Глупо, учитывая мои возможности. Я – одна из них, связанная и нуждающаяся в помощи. Для начала нужно узнать, где я нахожусь. А потом можно и строить планы по освобождению…

– За что ты здесь? – внезапно спросила миловидная девушка, прервав мои размышления. – Меня зовут Хильда. Хильда Бернс. Отец продал меня за долги, будь он проклят! А мать молча собрала мои вещи.

Я не спешила отвечать, переваривая услышанное…

– Мне очень жаль, – смогла лишь выдавить я.

– Ну а ты? Откуда? – она придвинулась ближе.

– Ты даже не представляешь, насколько это сложный вопрос, на который мне бы и самой хотелось знать ответ, – грустно улыбнувшись Хильде, я посмотрела в сторону.

– Ты явно не отсюда, не похожа на других.