Мила Романова – Мятежные крылья (страница 8)

– Я видел, как ты дрожала. – заметил Чонхен.

Она фыркнула, передергивая плечами, словно отчаянно хотела стряхнуть с них момент собственной слабости. Почему-то… Рядом с этим темным ангелом ей не хотелось быть слабой, наоборот… Хэин вдруг захотелось стать… равной ему.

– Но это был не страх… – задумчиво произнес он и сделал шаг к ней.

– А что тогда? – удивлённо спросила она, неотрывно наблюдая за каждым его движением, за каждым взмахом длинных черных ресниц.

– Я ещё и сам до конца не понял, – тихо произнес он и уже уверенней добавил, – Но я непременно это выясню.

Хэин молчала несколько секунд, пытаясь осознать все произошедшее за столь короткое время, но затем решила задать самый главный из волновавших ее сейчас вопросов:

– Зачем ты привез меня сюда?

– Чтобы защитить. – просто ответил Чонхен, словно это объясняло абсолютно все. Девушка недоверчиво хмыкнула.

– Ложь. Ты мог отвезти меня куда угодно. Но привёл сразу в свой дом. Почему?

Он остановился прямо перед ней.

Так близко, что она чувствовала тепло его кожи, исходящий от него волнами запах ночи, магии и чего-то еще… слишком притягательного, чтобы ему сопротивляться.

Он наклонился чуть ниже, и его голос стал тихим, опасно интимным:

– Потому что здесь никто не сможет причинить тебе вред.

Он провёл пальцами по её щеке, криво усмехнувшись – так же хищно, как и до этого, в клубе.

– Кроме меня.

Её дыхание сорвалось.

– А ты… собираешься… причинить мне вред? – прошептала она едва слышно, затаив дыхание в ожидании его ответа.

– Нет, – он чуть приподнял её подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза – две темные колдовские бездны, в которых невозможно было прочесть абсолютно ничего, – Но боюсь, я собираюсь сделать кое-что… ещё хуже.

– Хуже? – дрогнувшим голосом повторила девушка, почему-то не чувствуя рядом с ним абсолютно никакого страха.

– Я… – он на мгновение прикрыл свои колдовские глаза, словно пытался совладать сам с собой и собственными чувствами, но у него ничего не выходило, – Я начинаю хотеть тебя… Намного сильнее, чем мне позволено…

Тишина упала между ними, как заклинание.

– Тогда… не сдерживайся, – сказала она тихо и сама поразилась собственной смелости.

– Хэин… – предостерегающе рыкнул он в последней отчаянной попытке остановить это безумие, толкающее их друг к другу с непреодолимой силой, но его глухое сдавленное рычание больше походило на умоляющий стон проигравшего в борьбе с собственным сердцем. А Хэин… Даже и не пыталась бороться с ним.

– Ты… спас меня дважды… за один вечер. Думаю, я… могу тебе позволить быть честным… – на выдохе произнесла она.

Он закрыл глаза на секунду, будто борясь сам с собой.

– Детка… – умоляюще прохрипел он, едва сдерживая дрожь в своем голосе, ставшем вдруг ещё ниже и бархатистее, чем до этого, – Ты ведь понимаешь, что… Если я перестану сдерживаться… – он приблизился так, что их губы почти соприкасались. – Я… уже не остановлюсь. Просто… Не смогу остановиться…

– А кто сказал, что я хочу… чтобы ты останавливался?.. – едва слышно выдохнула она, и все вокруг них – свечи, тени, сама ночь – будто задержало дыхание.

Часть 8

Он стоял так близко, что Хэин чувствовала каждую частицу его дыхания.

Пальцы Чонхена всё ещё держали её подбородок – мягко, почти трепетно, но с той силой, которая говорила: я отпустил мир, но тебя – не отпущу.

Его губы были в каких-то миллиметрах от ее собственных, и она даже не поняла, кто первым потянулся навстречу – он или она.

Просто воздух между ними внезапно стал горячим и плотным, как перед грозой.

– Хэин… – Чонхен прошептал её имя так, будто впервые пробовал его на вкус, а затем наклонился ещё ближе.

Сердце у неё заколотилось будто в самом горле, мешая дышать, а его дыхание

ускорилось, став прерывистым и неглубоким, а тень огромных, прекрасных, как сама ночь, обсидиановых крыльев, дрогнула за его спиной.

И его губы почти коснулись её.

Почти. Но в это мгновение их оглушил гром.

Не настоящий – магический.

Земля под ногами дрогнула, стены его убежища опасно затрещали, а руны вспыхнули ярко-алым.

Чонхен резко выпрямился, развернулся к стене, впиваясь в пространство глазами – мгновенно потемневшими до глубокой, космической, беззвездной черноты, хищными, убийственно сосредоточенными.

– Что… Что это было? – прохрипела она, всё ещё чувствуя тепло его дыхания на своих губах.

Руна на двери заискрилась, словно её пытались сорвать невидимыми когтями.

Из-за стены послышался многоголосый рёв.

– Дьявол! Они нашли нас, – холодно бросил Чонхен.

Его голос, ещё секунду назад тёплый и низкий, стал металлическим и опасным.

– Демоны? Сколько их? – испуганно выдохнула Хэин.

– Минимум трое. И один из них… – он сжал кулаки, – высокого ранга.

От удара по защитному барьеру содрогнулось всё помещение.

Волна тьмы прошла по воздуху, как электричество.

Тень на двери извивалась – длинные пальцы, когти, силуэт огромных рогов.

Хэин попятилась на шаг.

– Но… но ты же сказал, что твоя защита…

– Не пробивается, – закончил он за неё. – Да, так и есть.

Он поднял глаза на руны, которые начали гаснуть одна за другой.

– Но они пришли за тобой вчетвером. Это уже не случайность. Это охота.

Она замерла.

И впервые почувствовала, как внутри неё что-то откликается – глубоко, древне, как пробуждение вулкана.

– Чонхен…

– Я здесь, не бойся, – он подошёл ближе, став между ней и дверью. – Я всегда буду между тобой и тем, что хочет тебя сломать.

В этот момент на дверь обрушился удар такой силы, что свечи погасли.

Пол дрогнул.

Пыль посыпалась с потолка.

Хэин сама не поняла, когда именно схватила его за руку.

Но он ответил мгновенно – его пальцы сжались вокруг её хрупкой ладони, крепко, твёрдо.

– Не отпускай меня, – прошептала она, сама не зная почему.