Мила Романова – Манифестор (страница 3)
Музыка закончилась, и они, остановившись в центре зала, поклонились зрителям. Послышались дружные аплодисменты. Он взял мать за руку и повел к ее столу.
– Платош, у меня есть еще один подарок для тебя! – сказала Елена, переведя дух.
– Но ведь ты утром мне подарила новый телефон!
– Да. Но второй подарок гораздо более интересный.
– И что за подарок?
– Сейчас это очень модно. Мне знакомые посоветовали, и я сходила. А теперь заказала и для тебя. Это называется дизайн человека. Даже не знаю, как назвать. Наука не наука, теория не теория. Система такая, что ли.
– Интересно. А на что похоже?
– Ну… напоминает гороскоп. Но не астрология. И появилась система совсем недавно. Но, ты знаешь, я сходила к специалисту. Она мою рейв-карту почитала. Впечатляет.
– Рейв-карту?
– Да. Это что-то типа графического изображения энергий человека. Но я не буду рассказывать. Тем более что это очень трудно объяснить, особенно если сам в этом не разбираешься. Сам все узнаешь. Завтра в десять поедешь на прием к этому же специалисту, у которого была я.
– Спасибо, мам.
– Потом поделишься впечатлениями
– Обязательно! – Платон улыбнулся ей на прощание и отошел от стола. И уже через секунду забыл обо всем, что сказала ему мать. Все его мысли занимала Инга с зелеными глазами. Как у кошки. Или пантеры.
– Тони! – услышал голос Эда и вспомнил свой разговор с Владимиром о предстоящем деле.
«Нужно с Эдом поговорить. Настроить и вдохновить на предстоящую работу. А потом узнать у Владимира, сколько денег поднимем. Может, как раз и появится у меня та сумма, что позволит мне удивить этого инструктора Ингу? Нужно ковать железо пока горячо! Но о своих планах никому ни слова. Вот удивятся пацаны, когда я на очередную вечеринку пожалую в компании прекрасной летающей девушки Инги. Ведь сегодня все ее видели».
А что? Разве у него есть преграды? Конечно же нет. Он приходит и берет то, что ему нужно. Без предупреждения. Как настоящий хозяин жизни.
Он улыбнулся своим мыслям и направился к столу, за которым сидели его друзья.
Плохая примета
Он спал и ему снилось, что он летает. Но не в аэро трубе, а в открытом космосе. Он пытается рассмотреть себя, но ничего не может увидеть. Ни рук, ни ног. Только полет, восторг и бездонная космическая глубина.
«Почему я себя не вижу?» – задавал он себе вопрос.
«Потому что тебя еще нет… Есть только магнитный монополь, который именно сейчас входит в транспортное средство…» – услышал он странный ответ.
«Откуда ты знаешь? Ты кто?» – кричал во сне Платон.
«Я знаю. Я Голос». Затем раздался странный громкий шум, который на крыл его с головой и заставил окончательно проснуться. Платон протер глаза и понял, что это звонит телефон.
– Алло! Сынок! – Платон услышал голос матери. – Ты что, еще спишь? У тебя же прием через полчаса. По дизайну человека. Помнишь, я вчера говорила?
– Фу, черт! Забыл!
– Давай, собирайся и пулей. Если не успеешь, попасть не сможешь. Я за два месяца записывалась на этот прием. Сейчас это очень модно и очень востребовано.
– Успею, мам. Адрес.
Елена назвала адрес и добавила:
– И не забудь потом ко мне зайти, рассказать.
– Обязательно!
Он отложил телефон и пошел в ванную. Времени было мало, он торопился. Услышал, что телефон снова зазвонил. Завернувшись в полотенце и мысленно ругая неожиданного абонента за то, что позвонил не вовремя, он вышел из ванной и взял трубку.
– Тони, привет! Тут такое дело, – Эд, как всегда, громко орал в трубку, – я сегодня за посылкой поехать никак не могу. Извини, братан.
– Эд! Ты в своем уме! Я Владимиру пообещал! Тебя уже ждут! Не думал, что ты меня так подведешь!
– Ну, не сердись. Матери плохо. Увезли ее на скорой. Мы с сестрами в больнице ждем. Матери делают срочную операцию. Не могу я девчонок одних бросить. Может, Ник за меня съездит?
– Ладно! – Платон продолжал злиться, но немного успокоился и начал быстро прикидывать, что делать. – Сейчас Нику позвоню и Владимиру. Подвел ты меня, дружище!
Ник сразу согласился. Владимир тоже не возражал.
Когда все вопросы были улажены, Платон глянул на часы и понял, что до назначенного времени осталось всего пятнадцать минут. Он быстро оделся, закрыл входную дверь и пошел к машине, припаркованной недалеко от подъезда.
Погода окончательно испортилась. И если вчера в воздухе пахло весной, то сегодня зима снова вернулась. Сыпал мелкий снег вперемешку с холодными каплями дождя. Под ногами бурое – месиво, которое сразу испортило вид щегольских туфель. Он уже почти добежал до машины, как вспомнил, что оставил на полке в гостиной сумку с документами и деньгами.
– Вот зараза! – выругался громко и опять перебежками направился к подъезду. Не стал дожидаться лифта, легко вбежал на пятый этаж, открыл дверь квартиры. И пораженный остановился. Он увидел отца, который стоял по средине гостиной и рылся в его документах.
– Не понял! – Платон сделал шаг вперед.
– Откуда? – Отец держал в руках несколько пятитысячных купюр, которые достал из бумажника Платона.
– Откуда у тебя такие деньги? Ты же не работаешь. Целый день дурака валяешь! Балбес одним словом. Где взял? Мать дала? Или этот хахаль ее? Бегаешь за ним как шавка!
– А ну-ка обратно положи! – Платон сделал шаг к отцу.
– Нет! Ты мне сначала объясни! Я имею право знать, чем занимается мой сын!
– А ты не знаешь?
– Знаю! – с вызовом крикнул отец. – Мой сын – бандитский холуй!
– Что? – Платон почувствовал, как внутри закипает ярость. Он резко подскочил к отцу и со всей силы ударил его в челюсть. Отец замолчал на полуслове, покачнулся и упал на бок, как старая сломанная игрушка. Платон нагнулся, выдернул из рук отца деньги и бумажник, не спеша положил все себе в карман. Затем также не торопясь посмотрел на часы. До назначенной встречи осталось семь минут. Он вышел из квартиры, не глядя на отца, который остался лежать на полу.
«Оклемается! – оправдывал он себя. – Нечего было совать нос не в свои дела! Получил по заслугам».
Он опоздал только на одну минуту. Когда позвонил в дверь, ему сразу открыли. Платону показалось, что его ждали прямо за дверью.
– Доброе утро! Извините, немного опоздал.
Женщина, что открыла ему дверь, кивнула в знак приветствия и показала рукой на дверь в другую комнату. Мол, проходите.
«Странно. Она что, разговаривать не умеет?» – подумал Платон.
Он зашел в небольшую, но уютную комнату с большим диваном посередине.
– Присаживайтесь, Платон, – женщина зашла следом и наконец-то заговорила: – Сейчас начнем. Меня зовут Ариадна.
– Очень приятно, – буркнул Платон. На самом деле ему было все равно. Более того, он уже не рад был этой затее матери. Ну не вовремя и не к месту этот дизайн человека. Куча проблем. И Эд подвел, и поручение Владимира нужно выполнить. Да еще и папаша вздумал учить в очеред ной раз. А он вынужден ехать сюда и слушать эту женщину. Чтобы мать не обиделась. Да еще потом заехать к ней и все рассказать.
– Не нужно злиться, – вдруг сказала Ариадна, – гнев только разрушает тебя.
– А с чего вы взяли, что я злюсь?
– Чувствую. Я многое чувствую. А твой гнев написан на твоем лице. Да это и неудивительно. Ты же манифестор. А манифесторам гнев свойственен. Особенно когда они проживают обусловленные опыты своей жизни.
– Интересно. – Платон повернулся к Ариадне. – И что еще?
– А еще… Ты человек с профилем пять один. Генерал, на которого люди направляют свои проекции.
– А можно мне по-человечески рассказать? Без всех этих «примочек» типа манифесторов и профилей.
– Попробую. Хотя в системе дизайна человека без этих, как ты сказал, «примочек» никак нельзя. Но для начала скажу лишь, что тот, кто открыл миру систему дизайна человека, собственно, был ее основателем, имел такие же характеристики, как и ты. Манифестор с профилем пять один.
– Круто! И как чувака звали?
– Ра Уру Ху.
– Он что, индеец был? Из племени краснокожих? Такое имя странное…