Мила Реброва – Сломанная невеста (страница 10)
Меня купят.
И я навсегда останусь в этой клетке.
Бека
Завтра нам предстояло ехать в дом родственников Зумрат.
Праздник. Гостеприимство. Традиции.
Всё, как должно быть.
Но мне было плевать на традиции.
Я сидел в гостиной, и думал только об одном –
С того момента, как мы забрали Зумрат из их дома, я даже слышать не хотел об этих людях. Мне было противно думать о том, что мы сидели за одним столом с теми, кто предал собственную дочь. И вот теперь мы поедем туда, как будто ничего не случилось. Как будто это обычный визит родных.
Я посмотрел на Рашида. Он сидел спокойно, руки лежали на коленях, взгляд ровный, сосредоточенный. Снаружи – камень. Как всегда.
Но я знал, что внутри него не всё так просто.
Зумрат тоже молчала. Она смотрела в свою чашку, склонив голову, её пальцы чуть дрожали, хотя она пыталась этого не показывать. Я видел, как она напряглась, и прочувствовал злость на Рашида. Почему он не остановит ее?
– Ты не обязана туда ехать, – сказал я вдруг.
Она подняла на меня глаза.
– Это всего лишь на пару дней, – тихо ответила она.
Но я видел в её взгляде что-то другое.
Она не хотела туда возвращаться.
Но понимала, что выбора у неё нет.
– Это показуха, – буркнул я, скрестив руки на груди. – Они зовут нас только потому, что теперь ты жена Рашида. Чтобы показать, какие они хорошие, чтобы соседи увидели, что у вас нормальные отношения.
Зумрат молча смотрела перед собой.
– Ты правда хочешь это терпеть?
– Я не терплю.
Она повернула голову, посмотрела на Рашида, потом снова в чашку.
– Просто так надо.
Я закатил глаза.
Так надо.
Ещё одно дерьмовое правило этого общества.
Алим сидел рядом, молча слушая наш разговор. Джалил смотрел в телефон, но я знал, что он тоже всё слышит.
– Нам нужно показать, что перемирие реально, – наконец сказал Рашид.
Я фыркнул.
– Как будто кто-то в это верит.
– Верят или нет – неважно. Главное, чтобы не было повода для новой вражды.
Я помотал головой, глядя на них.
Гребаная политика.
Мы могли бы просто жить своей жизнью, забыв об этих людях, но нет – нужно соблюдать традиции, ездить в гости, улыбаться, как будто ничего не случилось.
Я перевёл взгляд на Зумрат.
Она держалась.
Но я знал, что внутри у неё сейчас всё горит.
– Если кто-то скажет тебе хоть слово, они сильно пожалеют.
Она улыбнулась уголком губ, но ничего не ответила.
А мне хотелось, чтобы она не улыбалась, а честно сказала, что думает.
Но, похоже, это был ещё один бой, который ей приходилось вести в одиночку.
***
Второй день после свадьбы был тихим. Слишком тихим.
Гости уехали, во дворе всё убрали, дом снова стал обычным – без шумных застолий, без музыки, без смеха. Башир куда-то ушёл с утра, отец тоже. Остались только женщины, и они переговаривались на кухне, будто ничего не изменилось.
Но изменилось.
Амина сидела у окна, не притрагиваясь к завтраку. Она просто смотрела в пустоту, теребя кончик платка. Вчера она улыбалась, смеялась, принимала поздравления. А сегодня…
Сегодня она была другой.
Растерянной. Молчаливой.
Я не спрашивала, почему.
Не хотела знать, что произошло в её брачную ночь.
Не хотела знать, что было утром.
Я не хотела знать ничего.
Я занялась делом, чтобы не думать об этом. Мыла посуду, расставляла чашки, протирала стол. Хотела, чтобы мои руки были заняты, чтобы голова не успевала думать.
Амина молчала.
Я чувствовала на себе её взгляд, но не поднимала глаз.
– Сафия… – наконец тихо позвала она.
Я вытерла руки полотенцем, но не ответила сразу.
Она ждала, что я что-то спрошу.
Ждала, что я поинтересуюсь, как прошла её первая ночь в браке, счастлива ли она.
Но я не спросила.
Я не хотела знать.
– Ты счастлива? – ровным голосом спросила я вместо этого.
Амина вздрогнула.
Она не ожидала этого вопроса.