Мила Реброва – Кукла. Собственность бандита (страница 2)

Она смотрит на меня круглыми от недоумения глазами.

– Я хотела поговорить…

– Замолчи! Я хочу слышать от тебя только стоны, пока буду трахать. Поняла? – Подхожу и впиваюсь в ее губы с такой грубой силой, что слышу сдавленный писк.

Это не продолжается долго. Не церемонясь, хватаю девчонку за руку и разворачиваю к себе спиной, нагибая над столом. Знаю, что она не откажет – не посмеет. Малышка – стоит отдать ей должное! – послушно подчиняется мне, зная, что от нее требуется.

Быстро задираю ей юбку, обнажая упругую задницу.

«Почти такая же, как у куколки, – думается мне. – Снова эта куколка!» – Яростно рычу, попутно ударяя девушку по аппетитной заднице. Она вскрикивает.

– Хайсам… Я… – Снова делает попытку заговорить со мной дрянная девчонка. Не желая слушать ее тупой болтовни, а только стоны и крики, отодвигаю трусики в сторону. И, стянув свои шорты вместе с бельем, резко, одним толчком вхожу в нее по самые яйца.

Блядь, как же хорошо-то. А в особенности – слышать болезненный вскрик этой шлюхи. Да, это именно то, что мне сейчас нужно: грубый жестокий секс, приносящий партнерше боль наравне с удовольствием.

– Будешь послушной девочкой – кончишь. Ты ведь этого хочешь, грязная шлюха? – Все еще распаляясь из-за жены депутата, рычу в ухо девки, и, грубо хватая паршивку за волосы, начинаю быстрее двигаться в ней.

– Да… пожалуйста, – задыхаясь, шепчет одна из моих любимых игрушек.

Отпускаю волосы, хватаю ее за бедра и сильнее насаживаю на себя. Она вскрикивает так сильно, что, кажется, сейчас на бесплатный порно-сеанс сбежится весь клуб.

После моих грубых толчков в ней, шлюшка начинает стонать все громче, но мне этого мало. Я начинаю двигаться так быстро, как могу. Громкие стоны перерастают в крики и всхлипы. Я чувствую, как ее внутренние мышцы сжимаются вокруг моего члена.

Непонятным образом мою голову заполняют порочные картины, в которых жена депутата выгибается подо мной, умоляя не останавливаться.

Меня настолько разозлило одержимое желание обладать этой чертовой Куклой, что я буквально врезаюсь в тело, распростертое подо мной. Руки стонущей шлюшки начинают цепляться за стол в попытке выдержать мой напор. Она почти взвыла от удовольствия, волнами омывавшего ее тонкое тело.

Но в моей голове и мыслях был лишь ангелочек. Блядь, только представив, что на месте шлюхи я мог бы иметь ту Куколку, готов кончить. И, сделав последнее движение вперед, перед своей кульминацией, изогнувшись, откидывая голову назад, с хриплым стоном кончил, хотя в сексе со шлюхами обычно был молчаливым.

– Боже…ты… – Изогнувшись она положила руку мне на лицо, и провела пальцами по моим губам.

В ответ на это я вздрогнул, словно только что проснулся. Быстро отстранился от нее, опускаясь на кресло, и сдерживая стон. Ладонью устало прошелся по волосам, потом надавил на виски, пытаясь унять легкую боль.

– Что это было? – Спросила Лиля, продолжала лежать на столе без движения.

– Заткнись. Готовь свою задницу, ты стала слишком разговорчивой. Видно, давно я не порол тебя, дрянь.

– Да, мой господин, – она послушно соглашается, опускаясь на колени между моих ног.

Правильно, девочка моя, я больше люблю послушных игрушек. Но соглашусь и на дерзких, не подчиняющихся куколок, чтобы сломать их волю, личность, сделать послушными и зависимыми от меня во всем. Интересно, Кристина слушалась бы меня или попыталась бы дерзить? Даже если будет так, я подчиню ее своей воле, сделаю своей собственностью. Это дряная Кукла будет моей.

Глава 2

– Наш депутат возомнил себя птицей высокого полета, пора подрезать ему крылышки.

Я стоял перед Хозяином, опустив голову, и думая о том, что мой план успешно воплотился в жизнь. Покопавшись в грязном белье Тернова, я обнаружил что он, в поисках дополнительного дохода, отмывал деньги наших врагов. Очень глупый и опрометчивый шаг, который вскоре приведет к его гибели.

Я почти дрожал от предвкушения встречи с женой Тернова. Будущая депутатская вдова уже несколько дней не давала мне покоя, вызывая бурные фантазии, ожидавшие своего воплощения в жизнь.

– Что делать с его женой? – спросил я Висхожева, зная, что свидетелей и членов семьи предателей мы не щадили.

– Убрать. А если приспичило, то пустить по кругу и убрать. В любом случае расклад один,– пророкотал Тимур, недовольный глупым вопросом.

– Хочу ее себе. Это будет хорошим уроком для всех остальных. Смерть – слишком легкое наказание.

Глаза Тимура блеснули диким огнем прежде, чем он загоготал. Неприятное ощущение пробежало по моему позвоночнику, пока я ждал его следующих слов.

– Ну и хитрый же ты лис. И девку решил получить, и меня задобрить. Так уж и быть: забирай. Ты заслужил награду за свои подвиги. Но только на пару месяцев. Мы никому не даем шансов на выживание. Поиграй с ней в свое удовольствие и прикончи.

Согласно кивнув, я молча удалился, прикрывая за собой дверь хозяйского кабинета. Я знал, что шанса на жизнь у жены предателя не будет. Уже и того, что я смог выторговать для нее, было более, чем достаточно. Куколка должна быть благодарна за то время, что я ей подарил.

Рано или поздно Тернова бы вычислили. И тогда у нее не было бы и этого времени.

****

В дом ворвались посреди ночи. Нас с мужем просто выдернули из постели, бесцеремонно ворвавшись в спальню. Несколько вооруженных мужчин тут же уволокли Игоря на первый этаж, а меня заперли в ванной комнате.

Я ждала этого с тех пор, как случайно обнаружила, что Игорь отмывал деньги в обход Висхожева. А предательства Хозяин города не терпит.

В голове не укладывалось, как мой, казалось бы, умный и расчетливый муж мог решиться на подобную неоправданную глупость?! Ведь денег у него и так было достаточно. Их было столько, что и за десять жизней он не успел бы потратить все нажитое.

Теперь все это перейдет во владение Висхожева.

О, я хорошо знала, как работает схема его возмездия. Перед смертью предателей заставляли переписать все свое имущество, и, даже если что-то оставалось скрытым, то под пытками жертвы сами охотно выкладывали всю информацию, отдавая все, ради чего, собственно, и шли на риск.

Я совершила ошибку, сделав ставку на Игоря. Он оказался слабым звеном в этой игре, не способным оценить риск и потери от своей авантюры.

Слава Богу, предчувствуя такой поворот, я спрятала телефон под двойным дном ванны. Достав его, набрала короткое сообщение «Я в ловушке. Если не найду выхода, ты знаешь, что делать» в расчете на то, что адресат поймет мое послание.

Ответа я не получила, и, зная, что его не будет, тут же отключила телефон, предварительно удалив сообщение. Спрятав мобильник на прежнее место, попыталась сконцентрироваться на своей задаче, а именно: выглядеть напуганной и печальной. В конце концов, через пару часов я стану вдовой. Так что слезы и крики о помощи не станут лишними в такой ситуации. Именно так вела бы себя обычная жена, верно?

Заплакать без глицерина было бы для меня невозможным процессом. Как бы я не пыталась, слез не было. Я давно выплакала весь свой лимит. В другой жизни. В этой же места для настоящих слез не осталось.

Если кто и будет плакать, то только мой враг. И очень скоро.

****

Я не любил пытки, считал пустой тратой времени заставлять мучиться тех, кто слабее, предпочитая равный бой.

Но это вовсе не означало, что я не умел пытать. Умел. Да так, что к концу экзекуции моя жертва готова была выложить все что угодно, лишь бы я прекратил эту агонию.

Депутат не стал исключением. Он выложил все перед тем, как я пустил ему пулю в лоб. Для кого отмывал деньги, кому отправлял, где прятал заработанное. А еще Тернов переписал все, что имел, на имя Висхожева.

От боли он уже был готов на все условия, ожидая смерти как избавления от мук.

– Уберите труп и приберите здесь все, – я убрал оружие за пояс брюк, направляясь к выходу из кабинета.

– А как же девка? – Задал вопрос Арман, он всегда встревал не вовремя, невероятно раздражая меня этим.

– Не твое дело. Хозяин отдал ее мне. Так что я сам разберусь со своим подарком. Выполняй то, что я приказал.

– Понял я. Зачем так горячиться? – Ухмыльнулся Арман, сверкая белоснежными зубами на небритой морде.

Проигнорировав его, я направился в сторону спальни, где меня ожидала моя сладкая награда.

Еще из коридора были слышны ее вопли о помощи и грохот от кулаков, колотящих по двери. Неужели все время, когда я пытал ее мужа-недоумка, девчонка пыталась дозваться кого-нибудь?

Распахнув дверь, я уставился на зареванную мордашку. Из одежды на Кукле была только черная шелковая сорочка, своей длиной не доходящая ей даже до колен. Я голодно смотрел на эти длинные ноги, жадно исследуя каждый сантиметр бледной кожи. Налюбовавшись вдоволь, поднял взгляд на ее лицо, встречаясь с ней взглядом, и увиденная в нем темная безнадежность заставила ее испуганно отшатнуться и опустить глаза, продолжая ронять слезы.

– Пошли, – бесцеремонно схватив за руку, я потащил ее прочь из комнаты, не оставляя возможности возразить.

– Куда ты меня тащишь? – Закричала она, вцепившись второй рукой в мое запястье в безуспешной попытке ослабить железную хватку.

Я продолжал идти все с тем же непроницаемым выражением лица, не собираясь отвечать на ее ненужные вопросы.

– Где Игорь? – Она не оставляла глупой надежды достучаться до меня.