Мила Реброва – Игра в любовь (страница 4)

– Сейчас же убирайся из моего дома! – срываясь на крик, сказала я.

– Дома? Номер в отеле ты называешь домом? – приближаясь к кровати, с явной издевкой спросил Алихан. – Эх, Диля, Диля, ничему тебя жизнь не учит. Тебе давно пора бы понять, что я делаю лишь то, что хочу.

– Плевать я хотела на твои «хотелки» и на тебя! Исчезни! – твердо потребовала я, попытавшись соскочить с кровати. Но не тут-то было: мерзавец каким-то образом сумел перехватить меня и подмять под себя, нависнув сверху. – Что ты делаешь? – взвизгнула я, испугавшись его близости.

– Ты – моя любимая игрушка, – зашептал этот ненормальный, зажав мне рот рукой, отчего из него вырывался лишь негромкий писк. – Глупо с твоей стороны думать, что ты можешь мне приказывать. Ты ведь меня знаешь, Диля. Возможно, ты специально бросаешь мне вызов? – наклоняясь к моему уху, прошептал он, овевая меня своим дыханием. – Хочешь повторить нашу последнюю встречу? Тебе ведь понравилось? – Он прижался ко мне бедрами и лизнул мое ухо.

«Только бы не расплакаться», – думала я, пытаясь ровно дышать и не выдать своего состояния. Такого унижения я бы не вынесла! Достаточно того, что я умоляла его и выклянчила его любовь, больше слабости я себе не позволю! Что бы Алихан не задумал, ему меня не сломить.

Не знаю, как, но мне удалось укусить его, и он со стоном отдернул руку, глядя на меня с нескрываемым удивлением.

– Выметайся из моего дома! – повторила я, собравшись с силами и толкая его в плечи.

Знаю, что мне не удалось бы скинуть его, если бы он сам того не захотел, но даже эта маленькая победа, принесла мне удовлетворение.

– Я – не парк развлечений и не вещь! То, что я промолчала и не рассказала все брату, вовсе не значит, что я и впредь буду молчать, – твердо проговорила я, вскакивая с кровати и все еще кутаясь в одеяло. – Не принимай мое молчание за слабость, Алихан! И не смей больше являться без спроса! Я могу с легкостью доказать, что не приглашала тебя. Если обращусь в полицию, легко ты не отделаешься. Это – не Россия, здесь за оскорбление женщины полагается суровое наказание.

– Интересненькое намечается времяпровождение, малышка. Я весь в предвкушении. Но хочу напомнить тебе, что, если всплывет правда, твой дорогой братец пострадает не меньше. Мой адвокат с превеликим удовольствием предъявит ему иск за нападение, которое последует после твоего признания. Я уже не говорю о том позоре, что тебя постигнет, узнай люди о том, что ты отдалась парню до свадьбы, – развалившись на моей кровати и подперев голову рукой, продолжал говорить он, совершенно не впечатленный моими угрозами. – На твоем месте, я вел бы себя потише, Карамелька.

– Встань с кровати! – потребовала я, проигнорировав его слова.

– Зачем? Лучше ты присоединяйся! – подмигнул мне мерзавец.

Только сейчас я обратила внимание на его внешний вид. Пиджак с галстуком он где-то потерял, воротник белой рубашки был ослаблен, а пуговицы расстегнуты непозволительно низко, открывая вид на его поросшую волосками широкую грудь. Манжеты рубашки также были расстегнуты, а рукава закатаны по локоть, являя на свет накачанные предплечья.

– Нравится то, что видишь? – явно заметив мое внимание к своему телу, ухмыльнулся подонок.

– Ядовитая змея в моей постели привлекла бы меня больше, – выплюнула я.

– Не знал, что ты такая извращенка.

Устав от этого бессмысленного разговора, я, развернувшись, направилась к двери, с твердым намерением позвать охрану, дежурившую на каждом этаже.

Плевать, что будет, я больше не была намерена его терпеть.

– Ну ладно, поиграли, и хватит, – захлопнул он дверь прямо у меня перед носом.

Откуда только такая прыть?! Только что ведь лежал, расслабленный!

– Уйди с пути! Клянусь богом, я закричу! – разворачиваясь и метая в него молнии взглядом, прошипела я, разозлившись, что он позволял себе такую близость.

Алихан буквально вжимал меня в дверь, давая почувствовать твердость своего тела даже сквозь слои одеяла, в которое я куталась. Загнав в ловушку своих рук, подонок смотрел на меня словно собака – на желанную кость. Сердце зашлось от страха: ведь неизвестно, что он мог сделать со мной. Если он снова зажмет мне рот, я не смогу ни вырваться, ни закричать. В его бесчестности я давно убедилась. Ничто не помешает ему сделать со мной то, что он хочет. А по тому, что прижималось к моему животу, было ясно – хочет он явно многого.

Понять бы еще, зачем? Недостатка в девушках у него никогда не было, неужели решил вновь втоптать меня в грязь? Или хочет выставить в неприглядном свете перед Османом?

– Не стоит так паниковать, – явно заметив ужас, отразившийся на моем лице, сказал Алихан. – Я просто хотел поздороваться, по старой дружбе, так сказать, – тоном, леденящим душу, сказал он, отодвигая меня в сторону и выходя из номера. – Спокойной ночи, малышка, увидимся за завтраком.

Не в силах поверить, что отделалась испугом, я тут же захлопнула дверь и в бессилии опустилась вдоль стены, издавая жалобный всхлип и снова пускаясь в слезы. Так хотелось позвонить папе и пожаловаться, как бывало в детстве, когда очередной хулиган дергал меня за косы. Но я уже выросла, и проблемы у меня были куда серьезнее, чем в школьные годы.

Почему я не могла проснуться и понять, что все это – просто очередной кошмар? Пойти в комнату к родителям и лечь между ними, слушая успокаивающий голос мамы и чувствуя поглаживание отца по голове?

Возможно, если бы я рассказала все в тот злосчастный день, родители поняли бы меня. Я даже уверена: несмотря на позор, что я навлекла на них, отец не стал бы меня винить. В отличие от других наших соотечественников, которые за такое просто убили бы опозорившую их девушку, мои родные заставили бы Алихана заплатить. Но та глупая Диля все еще надеялась, что он осознает свою ошибку и вернется к ней. Думала, что, несмотря на все жестокие слова, в его сердце проснется любовь, в которую она так верила. Она до последнего ждала его, не решаясь разрушить мосты к его возвращению.

Какая же она была глупая – та, другая я, которая верила в силу любви.

Глава 3

Заснуть этой ночью я так и не смогла. Несколько часов прокручивала в голове все варианты и, в конце концов, приняла решение рассказать обо всем Осману. Если я решила выйти за него замуж, он имел право знать о том, что Алихан – и есть тот, кто лишил меня чести.

Как бы я не хотела скрыть произошедшее, чувствовала, что Алихан не позволит мне этого сделать. Но я ни за что не позволю ему шантажировать себя.

Одевшись в свою обычную рабочую одежду, состоявшую из строгого костюма с белой блузкой, я, в качестве исключения, позволила себе распустить волосы, выпрямив их стайлером.

Волнуясь о том, как отреагирует Осман на новость, которую собиралась сообщить, я, предварительно постучавшись, вошла в его кабинет.

Мужчина сидел, развернув кресло в сторону окна, и я видела лишь его макушку.

– Осман? Нам нужно поговорить, – начала я, приближаясь к его столу. – Знаю, мы должны были встретиться за завтраком, но я не могла больше ждать, – я даже начала нервно заламывать руки.

– Алихан меня преследует! Не дает мне прохода, а вчера даже имел наглость заявиться ко мне в номер! – разворачивая кресло и имитируя мой голос, воскликнул мой ночной кошмар. – Это ты пришла сказать? Ты такая предсказуемая, Карамелька. В общем-то, как и все женщины, – закатил глаза гад, окидывая меня голодным взглядом.

– Что ты здесь делаешь?! – возмутилась я, уже прикидывая пути к отступлению.

– Попросил друга одолжить мне свой кабинет, и он, как видишь, проявил гостеприимство. Не волнуйся, Осман полностью занят тем, что устраивает для вас идеальный завтрак. Не понимаю только, зачем ты дуришь беднягу? – вставая с кресла, сказал Алихан.

– В отличие от тебя, у меня нет привычки дурить людей, – процедила я, с беспокойством наблюдая за его приближением. – Я собираюсь замуж за Османа, и тебе не удастся вновь все испортить!

– Замуж? Интересно. Скажи-ка мне, дорогая, как отреагирует Осман, когда узнает, что его маленькая невеста не так невинна, а вернее совсем не невинна, как выглядит? Думаешь, он женится на тебе, когда узнает, что я сделал с тобой три года назад? – приближаясь ко мне все ближе, с дьявольской усмешкой на губах спросил Алихан.

– Поверить не могу, что когда-то любила тебя! Я каждый день благодарю бога, что он уберег меня от тебя! Можешь не пытаться шантажировать меня! Осман все знает! Да, я рассказала ему о том, как ты обманул меня! – увидев его удивление, подтвердила я свои слова. – Он не такой, как ты! Тебе не понять светлую и чистую любовь! Мужчины вроде тебя понимают лишь язык похоти…

– Но тебе ведь понравилась моя похоть. Хочешь, напомню, как ты извивалась в моих объятьях от наслаждения? – хватая меня за плечи и разворачивая в сторону стола для переговоров, промурлыкал гад.

– Пусти! – вскрикнула я прежде, чем оказалась уложеной на спину.

– Обязательно, но сначала кое-что тебе докажу, – усмехнулся подлец, нависая надо мной и проводя губами по линии моей челюсти. – И, кстати, кричать бесполезно: я отпустил охрану на пару часов. Видишь, какой я предусмотрительный?

– Что ты себе позволяешь!? – взвилась я, пытаясь вывернуться и ударить его в пах. – Слезь с меня, мерзавец! – прорычала в отчаянии.