Мила Раш – Наше горячее лето (страница 2)

— Конечно, я только хотела переодеться в более подходящее…

— Нет. Сейчас, — твердо, но не грубо говорит Марк.

Я в растерянности. Но так уж и быть — плетусь за ним по коридору в сторону кухни. В доме полная тишина и мягкий полумрак. Пол холодит босые ноги.

— А где все остальные? — зачем-то спрашиваю я.

— Уже соскучилась? — смеется Марк и дерзко ухмыляется.

— Нет, просто я… — почему-то я так теряюсь перед ним, словно глупая девчонка. Мне двадцать лет, я уже давно не девочка, а все равно мямлю.

— Да ладно, не бойся меня, — произносит Марк низким, мягким голосом. От этого тона в груди становится тепло. — Ребята уже спят. Наплавались в бассейне и устали.

Я уточняю его предпочтения и приступаю к готовке. Глазунья из пяти яиц, на масле, с солью, без перца. Вроде все просто. Я должна справиться.

Кухня здесь роскошная — обилие посуды, техники, широкая мраморная столешница-островок. Я достаю яйца из холодильника, мою их, ставлю сковороду на плиту. И все это время Марк наблюдает за каждым моим движением. Он удобно устроился на полубарном стуле и не отводит от меня глаз.

Не доверяет? Проверяет, насколько я умею готовить? Или они уже поняли, что Маша им наврала про меня?

Мне неловко и тревожно. Руки слегка дрожат, и каждое движение кажется нелепым. Было бы намного проще, если бы Марк так пристально не смотрел.

А смотрит он… проницательно. Заинтересованно. В полумраке его зеленые глаза кажутся темнее и жаднее. Я чувствую, как вена на его шее пульсирует, и эта пульсация почему-то отдается теплом внизу живота.

Что за глупость… Возбудиться от одного взгляда парня, который просто молчит!

Когда я беру мельницу с солью и понимаю, что она пуста, я осмеливаюсь спросить:

— А где у вас соль?

Поднимаю взгляд и сталкиваюсь с его глазами. Марк не отвечает. Он медленно встает со стула и направляется ко мне. Его шаги плавные, уверенные. Я не успеваю отойти, как он оказывается совсем рядом. Его крепкое горячее тело почти прижимается к моей спине. Я чувствую терпкий запах мятного геля для душа и тепло его кожи сквозь тонкий шелк халатика.

Моя попка невольно упирается в его бедра. Кажется, я даже слегка оттопыриваю её, прижимаясь ближе.

Боже, что я творю… Это неправильно. Я здесь работаю…

Марк замирает. Он явно заметил мои движения. Его дыхание становится тяжелее и обжигает мою шею. Он тянется вверх за коробочкой с солью, продолжая плотно прижиматься ко мне. Я чувствую, как его уже твердый член упирается мне между ягодиц через тонкую ткань плавок. Толстый, горячий. Внизу живота всё пульсирует и ноет от желания.

— Она была слишком высоко, — тихо шепчет Марк мне в ухо, обжигая дыханием. — Сама бы не достала.

Он ставит соль на столешницу, но не отстраняется. Его ладонь ложится мне на талию, медленно спускается ниже и крепко сжимает ягодицу. А потом — резкий, звонкий шлепок.

Я тихо пищу и прикусываю губу, чтобы не издать громкого звука.

— Эта попка любит пошалить? — низко и хрипло спрашивает он.

Ох, черт… Жжение от шлепка только сильнее разжигает возбуждение. Я не контролирую себя — прижимаюсь к нему всем телом и слегка приподнимаю попку, чтобы сильнее ощутить рельеф его члена. Он уже очень твердый и кажется еще больше, чем я думала.

Марк обхватывает мою талию одной рукой, а второй сильно сжимает грудь. Халат давно ослаб, и моя грудь почти полностью вываливается из него. Он сжимает соски, слегка прокручивая пальцами. Я не могу сдержать стон.

— Тише, красотка. Ты же не хочешь разбудить всех? — его горячий шепот обжигает шею вместе с поцелуями. — Или хочешь? Хочешь, чтобы нас услышали? Чтобы на нас смотрели? Такая ты, да? Грязная девчонка?

Марк шлепает мою грудь, отчего она тяжело колышется. Я вся горю. Стыд и возбуждение смешиваются внутри, и возбуждение побеждает.

— Возьми меня… — молю я жалобно. Слова вырываются сами, я даже не успеваю их обдумать.

— О да, красотка. Не сомневайся. Я оттрахаю тебя так, как тебя никто никогда не трахал, — грубо и низко произносит Марк.

Он резко разворачивает меня лицом к себе. Его взгляд теперь серьезный, хищный. Он действительно намерен это сделать.

Я приподнимаюсь на носочках, потянувшись к его губам, но Марк аккуратно отстраняется и утыкается мне в щеку.

— Я обещал трахнуть тебя, а не целовать, — шепчет он с усмешкой.

Его взгляд опускается на мои губы, потом ниже — на полностью распахнутый халат. Он ловким движением разводит мне ноги и опускается на колени. От предвкушения меня всю трясет. Я бесстыдно развожу ноги шире, когда его лицо оказывается у моей киски. Дрожащими пальцами цепляюсь за его каштановые волосы.

Его горячий язык проводит по моей промежности. Я едва стою на ногах.

— Ты так намокла, красотка…

— Продолжай, прошу…

Марк умело работает языком — то кружит вокруг клитора, то толкается внутрь. Меня трясет. Я вся горю. Ещё немного — и я кончу.

Но он внезапно останавливается.

Я издаю жалобный стон.

Марк встает, стягивает плавки. Передо мной во всей красе появляется его мощный член — толстый, длинный, с выступающими венами. Я невольно облизываюсь.

Он разворачивает меня спиной, заставляет упереться ладонями в холодный мрамор и входит в меня одним сильным толчком. Я тихо вскрикиваю. Он большой. Растягивает меня приятно и глубоко. Смазки так много, что боли почти нет — только ощущение наполненности.

— Тише, красотка, — рычит Марк, начиная мощные толчки.

Он трахает меня жестко, уверенно, сжимая бедра и шлепая по попке. Я прикусываю губу, но стоны все равно вырываются. Каждый толчок отдается жаром по всему телу. Халат давно сполз и висит бесполезной тряпкой.

"Боже… что я делаю…" — снова и снова крутится у меня в голове. — "Я здесь работаю… а вместо этого стою раком на кухне и даю ему так грязно…"

Но тело не слушается. Я выгибаюсь сильнее, прижимаюсь к нему и шепчу:

— Ещё… сильнее…

Марк ускоряется, его яйца громко шлёпают по моей мокрой киске. Пальцы находят клитор и начинают кружить. Я взрываюсь в мощном оргазме, едва сдерживая крик. Мышцы киски сильно сжимаются вокруг его члена.

Через несколько секунд Марк кончает в меня — горячо, обильно, глубоко.

Я тяжело дышу, прижатая грудью к холодному мрамору. Ноги дрожат. Когда наконец поднимаю взгляд, то замечаю в проеме коридора темную мужскую фигуру.

Это Глеб.

Он стоит и смотрит на нас. Через белые боксеры отчетливо видно его большой стоячий член.

Он наблюдал за нами все это время.

Часть 2. Влад. Глава 1. Подглядываешь?

У парней в доме шумная вечеринка. После того как я приготовила закуски и напитки, я ушла в свою комнату и сижу здесь уже несколько часов. Громкая музыка, взрывы смеха и обрывки разговоров доносятся даже сквозь закрытую дверь. Парни не запрещают мне выходить и слоняться по дому, когда у них гости, но мне самой неловко. Я все-таки здесь как персонал. Поэтому прячусь в комнате и с тоской смотрю в панорамное окно. За задним двором коттеджа начинается дикий пляж. Лунный свет красиво ложится на воду.

Честно признаться… после той ночи с Марком я готова сгореть от стыда каждый раз, когда случайно сталкиваюсь с ним по дому. Он ведет себя так, будто ничего не произошло, но я чувствую электрические разряды по коже, когда он оказывается рядом. А если мы встречаемся вдвоем, он называет меня «красотка», точно так же, как тогда на кухне. Ох… Стоит мне выкинуть это из головы. Не хватало еще повторения того безумия. Меня же могут запросто уволить, а мне здесь так хорошо.

Я понимаю, что хочу выбраться на улицу. Там свежий морской воздух, легкий ветерок и приятная ночная прохлада. Благодать. А если вода в море окажется теплой, то я даже искупаюсь.

Надеваю купальник и не могу не заметить, как соблазнительно выглядит в нем мое тело. Тонкие ниточки бикини почти не скрывают попку — подтянутую и объемную, а большие натуральные груди едва прикрывают розовые треугольнички тонкого лифа. Через ткань явно проступают соски. Я накидываю поверх короткое легкое платьице, чтобы не щеголять почти голой по дому, полному парней и их гостей.

Выходя из комнаты на втором этаже, я иду по коридору к лестнице. Проходя мимо одной из дверей, я вдруг вздрагиваю. Из-за двери доносятся громкие, откровенные стоны. Дверь приоткрыта — словно тех, кто внутри, совершенно не смущает присутствие десятка людей в доме. А может, они нарочно оставили ее так?

Я не могу ничего с собой поделать. Почему-то останавливаюсь и прислушиваюсь. Девушка выкрикивает блаженно:

— Да! Да! Еще!

Раздаются пошлые шлепки тел друг о друга. Я чувствую, как сама начинаю возбуждаться. Никогда раньше не подглядывала за другими, но это действует так гипнотически. В сто раз сильнее, чем любое порно.

Осмелившись, я подхожу ближе к приоткрытой двери и теперь могу видеть происходящее. Это Глеб и какая-то рыжеволосая девушка, которую я вижу впервые. Он нагнул ее в позе раком, распластав на кровати, и трахает очень грубо и сильно. Девушка просит:

— Еще! Еще! Сильнее! О да!

Тело Глеба мощное, мускулистое, влажное от пота. Он тянет рыжую за волосы, меняя угол, но не сбавляет бешеного темпа. Ее большая грудь подпрыгивает от каждого толчка, и она сама ласкает свои соски, постанывая от кайфа.

По моим венам пробегает ток, в горле пересыхает, а между ног появляется знакомая пульсация. Непроизвольно я свожу ноги вместе и слегка поглаживаю плоский живот снизу, там, где всё сладко тянет. Не перестаю наблюдать за парочкой.