Мила Нокс – Война на восходе (страница 15)
— Тео, мы должны найти хозяина тени…
— Что?
— Это человек! Он прячется где-то здесь! Ты видел его? Ты не сможешь убить тень, не убив хозяина!
Вик схватил Тео за руку, вложил в его пальцы нож.
Он сказал что-то про «убить»? Именно это сейчас Теодор и хотел больше всего. Убить. Теодор отомстит. Сейчас. Прямо сейчас.
— Где он?
Тео развернулся. Невдалеке переминался с ноги на ногу Темногор. Тео шарил глазами меж деревьев — тень исчезла.
— Почему она не набросилась на нас?
— Не знаю. Возможно потому, что хозяин рядом и хочет удрать. Он может управлять тенью на расстоянии, но сам должен хорошо спрятаться, чтобы его не нашли, — смертный с тенью не справится, а вот тело хозяина беззащитно. Если его найти…
«Пещера!»
Тео оглянулся на маму, но Виктор уже потянул его за собой.
«Нет, нет, нет… Я вернусь. Скоро. Сейчас, только найду этого… Мама, подожди, я сейчас вернусь».
Тео почудилось, что мама чуть шевельнула рукой — или это колыхнулась тень от дерева? Он сморгнул, хотел подойти, но Вик не позволил, упорно тащил за собой. Проклятый Вик!
Ярость застлала глаза, когда Тео наконец осмелился признаться себе в том, что мама не пошевельнулась.
Теперь Тео не боялся. Он убьет хозяина тени сразу, как только увидит. Тео развернулся, ноги сами понесли его вперед.
— Я нашел следы и остатки его трапезы, — сказал Вик. — Понял, что это нелюдимец.
— Нелюдимец?
— Да, это его тень! Он был где-то совсем рядом, не ожидал гостей. Я спугнул его, бросился преследовать, и тогда он решил выпустить тень. Она напала на Темногора, и нам пришлось удирать по воздуху. Я сразу бросился к тебе, потому что в одиночку тень не одолеть.
Змеевик вдруг перехватил Теодора за локоть, развернул к себе. Ноздри раздуты, на щеках — кровавые мазки, жилка над виском билась со страшной силой.
— Тео, я могу убить тень лишь в одном случае: если она нападет на человека. Например, на тебя. Но это смертельно опасно, ты можешь не выдержать ужаса.
Жилка продолжала биться.
— Боишься?
Тео посмотрел в холодные глаза Змеевика. Боится? Он? Ответил не моргнув. Так же холодно. Почти спокойно.
— Нет.
Вик вглядывался секунду. Понял, что Тео уверен как никто. Кивнул.
— Хорошо.
Тео сжал нож. Он сможет все. Вернется к маме и, может, сможет даже…
Сверху посыпались камни. Змеевик задрал голову:
— На скале!
Он ринулся вверх, крича Теодору:
— Когда убьем тень, сразу же уничтожай хозяина!
Тео карабкался следом. Травы хлестали по щиколоткам, ветви цеплялись за одежду. Они двигались по тропе вверх, преследуя в тумане невидимого беглеца.
Тео то и дело оборачивался в поисках тени. Поскальзывался на влажных камнях, падал и раздирал кожу на руках, но снова и снова лез по тропе. Наконец Змеевик выхватил с пояса нож и метнул куда-то в туман.
Раздался вскрик.
Змеевик зашипел и рванул вперед, Тео за ним — и через какое-то время они настигли беглеца — тот, подтягиваясь на одной руке, упорно полз к кустам. Змеевик подскочил к нему и приставил меч к горлу. Следом подоспел Теодор, но Вик остановил его:
— Нет, еще нельзя, Тео!
Однако ярость была столь сильна, что Теодора ничто не могло успокоить.
— Я УБЬЮ ТЕБЯ! УБЬЮ, УРОД, СЛЫШАЛ? Я УБЬЮ ТЕБЯ!
Мужчина хрипло рассмеялся и тут же застонал, схватившись за плечо, в котором торчал нож Вика. Человек скорчился на земле, дергая босыми грязными ногами. Одежда невыносимо воняет, порвана и заляпана чем-то бурым. Кровь? Змеевик склонился, схватил мужчину за шиворот и заорал:
— Где она?!
Беглец повернулся к Вику лицом — и Тео отшатнулся. Нечто подобное он видел, когда бежал через Ноктумгард, — лица, бывшие
Налитые красным глаза уставились на Вика, губы растянулись в злой улыбке.
— Боишьс-с-ся?
— Это была твоя тень! — заорал Тео. — Ты убил мою маму!
Монстр перевел безумный взгляд на Теодора и рассмеялся.
— Тео, да? Тот самый… Она ждала тебя… Звала в бреду… Тебя и его… Обоих… Ждала, что ты придешь за ней… Заберешь… Но ты не пришел. Откуда тебе догадаться, где она?
— Я нашел ее! Нашел!
— Наш-ш-шел, — прошипел монстр, — но поздно.
— Я убью тебя!
— Давай, — кивнул тот, — давай, малыш. Убей меня. Ну же, никчемный сосунок. Твоя мамаша свихнулась еще при жизни, пытаясь выносить ребенка. Безуспеш-ш-но. Вернулась, чтобы обзавестись семьей. Женщины — дуры, что ни говори. Из могилы встанут, лишь бы кого-то понянчить! И до чего это ее довело?
— Не смей так говорить о моей матери!
Теодор зашипел и рванулся к монстру с ножом, но Змеевик его удержал. Парень постоянно оглядывался, всматривался в деревья — тени не было.
— Я уко-кош-ш-шил ее, да! Как и хотел — чтобы она мучилась, зараза! Чтобы сдохла, как я, в навозе, в хлеву, среди дерьма! Так ей и надо! И толку, что ты приперся, когда она уже мертва?! Дур-р-рак!
Мужчина вновь расхохотался, но тут же застонал — Теодор поставил ногу ему на грудь и надавил.
— Убей меня, да, убей… А потом я тебя найду. Ты же не Охотник.
— Верно, — проговорил Змеевик. — Он не Охотник. А вот я — да.
Мужчина уставился на Вика и часто задышал.
— Вреш-ш-шь.
— Ты больше не вернешься, чтобы мстить людям. Я убью тебя. Мы убьем.
В глазах монстра мелькнул страх, тут же сменившийся лютой злобой:
— Дур-р-рень. Любишь людишек, да? Сдохнуть ради них готов? Защитничек. Сдохнут скоро твои люди! Все!
— Что?
Вик убрал меч, схватил пленника за грудки и встряхнул.
— Говори!
Мужчина зашелся воем.