Мила Морес – Магия из прошлого (страница 20)

— Элим, вам с Лаури лучше побыть наедине, — говорит женщина, представившейся Алитой. — Ее питомец алконост, так что… Ну в общем, дальше ты знаешь. Напитывайтесь магией, ребятки.

— Откуда вы знаете? — набираюсь смелости, чтобы поучаствовать в разговоре.

— Милая, — она взяла меня за обе руки, — ты — часть нашей семьи. Мы немного напортачили и все перевернулось с ног на голову, но ты не волнуйся, мы тебя не обидим. Элим тебя очень любит, а ты его, вы предназначены друг другу.

Меня переместили наверх, но я все еще в шоке, не могу унять дрожь. Теперь я наедине с красивым мужчиной, который меня купил. Он смотрит на меня изучающе, но по виду ясно, что сам в неменьшем шоке.

— Что значит «напитывайтесь магией»? Что вы будете со мной делать?

— Не бойся, девочка, присядь, — кивает на кровать, подает мне руку, чтобы помочь сделать два шага, я ступаю вперед своими силами, покорно сажусь на краешек. И почему-то есть ощущение, что на меня сейчас набросятся, как на добычу.

— Зачем сразу в спальню? — мну руками коленки, боюсь поднять глаза.

— Расслабься, Лаури. Мы просто поговорим. Ты расскажешь мне о себе, я отвечу на все твои вопросы. Но я и сам не знаю, что здесь творится… Мне весь день твердят о другой жизни, в которой я счастлив с рыженькой девушкой. И сейчас я смотрю на тебя и понимаю, что на моей постели сидит мечта, которую я считал несбыточной.

Добрый голос меня успокоил. И я начала рассказывать, эмоционально тараторить, все в деталях, с обидой в голосе. И о тяжелых домашних обязанностях, и о неблагодарных родственниках, и о навязанном замужестве, о том, что сегодня планировала сбежать. Даже о питомце Али все выложила, как есть. О его магической способности, заставляющей забывать тоже не умолчала, добавив рассказ о том, как пыталась использовать эти силы, но у меня не вышло.

В ответ узнала много о сидящем рядом мужчине. Он работает преподавателем в университете немагов, преподает историю и философию. До войны между темными и светлыми планировал работать в академии магии, но его не брали, потому что он слишком молод и неженат. От этих своих планов еще не отказался, просто сейчас все на паузе из-за войны. В будущем хочет попробовать свои силы именно в магической академии, там работа ему представляется интереснее.

Так как речь зашла о его возрасте, спросила, сколько ему лет. Семьдесят пять…

Кхм.

Ну хоть не сто двадцать.

Мы долго просидели на краю кровати, я и не заметила, как моя ладонь оказалась на мужских коленях. Он перебирает мои пальцы, нежно разминает их, так бережно и трепетно. Никаких посяганий на мою невинность, ни малейшего намека. Какие-то неизвестные до этого ощущения обволокли мое тело, стало тепло и уютно, и спустя время я даже прилегла, закрыв глаза. Под тихий мужской голос уснула. Точно помню, что мои ноги свешивались с кровати, старые джинсы впивались в кожу, но когда я проснулась, обнаружила себя под теплым пледом посредине кровати. Неудобная одежда с меня исчезла, осталось только белье. В комнате тихо, никого рядом нет, над кроватью горит заботливо оставленный ночник, но в нем уже нет необходимости, в окно смотрит утреннее солнце.

Если со мной до сих пор ничего плохого не сделали, наверное, я не так уж и плохо я продалась. Здесь, в чужих стенах, мне удивительно комфортно.

— Тук-тук, можно? — дверь слегка приоткрылась.

— Да, — говорю хрипло.

— Я принес тебе завтрак, услышал, что ты проснулась.

Смотрю смелее на Элима. Не верю, что я сейчас в компании такого красавца. Даже если он полезет ко мне с непристойностями, я не буду против. Это уже не тот тип с противными губами и хищными похотливыми глазами. Этот парень смотрит и одновременно ласкает. Хочется ему нравиться.

— Спасибо. А вы уже завтракали?

— Если ты не против, позавтракаем вместе, — улыбается. — Я предпочел бы, чтобы ты обращалась ко мне на «ты» и по имени. А то мне тут рассказали внизу, что в прошлой жизни я был твоим преподавателем и ты называла меня «мистер Нотрил», — его смех меня щекочет.

— Мистер Нотрил, — улыбаюсь, устраиваясь на постели для завтрака. Столик на коротких ножках уставлен ароматной едой, я роняю слюни.

— Лучше Элим.

— Элим, — повторяю мечтательно, моей душе сейчас хорошо.

Мы завтракаем вместе, болтаем о жизни, шутим, он периодически касается моей руки, один раз убрал прядь волос с лица, я тут же залилась краской. Мне льстит его внимание, но не покидает ощущение, что я попала в чужой сон или застряла в параллельной реальности.

Этот мужчина нереален. Он не может быть создан для меня.

— Проверишь сегодня способности алконоста. Они должны были уже проявиться. У меня появились новые силы. Это подтверждает, что мы предназначены друг другу. Всего за одну ночь все изменилось.

— А какие у вас силы?

— Хм… Как бы описать… Утром я неудачно махнул рукой и раскрошил раковину внизу. Восстановить невозможно, она разлетелась на части.

— Ого…

— И в нашей семье все говорят мысленно, так что, если услышишь в голове чей-то голос, не пугайся. Теперь я общаюсь с одним из братьев и с сестрой на расстоянии. Пока только старший, Калеан, без этой способности. Но сегодня мы должны найти его женщину.

— Я ничего не понимаю. Все так странно.

Мы уже позавтракали, я приняла душ и надела вещи из своего рюкзака. Немного стыдно выходить в своей старой одежде, но другого варианта нет. Я не вписываюсь в обстановку этого шикарного дома. Но в этот раз мне хотя бы не стыдно за мои рыжие волосы. Элим несколько раз повторил, что они прекрасны, и я начала ему верить. Невозможно сомневаться в словах, когда на тебя смотрят с восторгом и благоговением.

— Что мы будем делать? — спрашиваю своего «мужа».

— Нам пока можно отдохнуть. Остальные собираются переместиться в прошлое и забрать оттуда жену брата.

— Я будто попала в какой-то фильм… Или это все сон.

— Все будет хорошо, девочка моя, — Элим погладил мои волосы, заглянул в глаза. Его лицо неожиданного начало приближаться. Он хочет меня поцеловать.

Вот так вот сбежала от одного извращенца, угодила в лапы другого.

Так и знала, что до этого дойдет!

Но этот мне очень даже нравится, и он будет меня соблазнять.

Что делать? Бежать или остаться? А я вообще могу сбежать?

— Элим, — шепчу у самых его губ, он приостанавливается, — мы только вчера познакомились.

— Прости, — отстраняется с разочарованным видом, — я поспешил, ты права.

И все? Отошел, лохматит волосы на голове, успокаивает дыхание. Никаких попыток меня заставить, насильно потрогать, ущипнуть. Даже губы не облизывает, не чешет пах.

— Извините, вы меня купили и, наверное, рассчитываете на что-то, а я…

— Лаури, ты что, девочка? Не думаешь же ты, что я уже собираюсь повалить тебя на постель и воспользоваться тобой? — говорит серьезные вещи, а глаза смеются.

— Я не знаю, — говорю заикаясь.

— О, солнышко… Нам нужно больше времени, чтобы узнать друг друга. Ты совсем напугана. Это я тебя до такого довел? Прости, малышка. Пойдем вниз, если тебе так будет комфортнее. Я не буду к тебе приставать.

— Правда?

— До тех пор, пока ты сама этого не захочешь, — снова искорки в глазах. Он берет меня за руку, и мы перемещаемся вниз.

Глава 16

Алита Тортес

Ночь была тяжелой. Мы с Дженом спали беспокойно. То он просыпался в холодном поту с дрожью в теле, то я с рыданиями сквозь сон звала нашу дочурку. Последние часы до рассвета мы лежали в обнимку и гладили друг друга. Не было сил для разговоров, мы уже все обсудили несколько раз. В душе осталось неспокойное чувство, что мы совершили непоправимую ошибку.

Мы хотели сделать другу подарок, осчастливить его, и настолько озаботились чужой судьбой, что забыли о своей собственной. Есть такая проблема у людей: если счастлив сам, хочешь подарить то же и другим. Но этот случай стал для нас горьким уроком, и мы выучим его на всю оставшуюся жизнь.

Около девяти утра я услышала над ухом злобный рык, он заставил меня поднять голову с родного плеча.

— Это, значит, и есть твой любовник?! — Эрней Тортес стоит над моей кроватью, злобно сверкает глазами, челюсть ходуном. — Вставай! — он попытался ухватить меня за ноги, намереваясь уже стащить с кровати, но я двинула его ногой, отъехала от края подальше.

— Джен, — только и успела пискнуть, натягивая под шею одеяло.

Мой мужчина отошел от полусна в одно мгновение, его тело легким вихрем пронеслось над кроватью. Не успел еще мой нежеланный муж сказать слово, как кулак Дженарда взрезался в его челюсть. Тортес пошатнулся, попытался поймать равновесие, но удар был настолько сильным, что он завалился на стоящее в углу кресло. Последовала череда ударов, мелькания мужских фигур в пределах комнаты, моя любимая ваза с цветами рассыпалась вдребезги, туалетный столик перевернулся, содержимое вывалилось из шкафчиков.

— Ах ты ж сука! — мужчины покрывают друг друга благим матом, валяются по полу, крошат лица в кровь. В основном удары наносит Дженард, но Тортес тоже несколько раз сумел ответить. Я наблюдала за всем без криков, даже с интересом. Мой мужчина на высоте, я его уважаю за каждое действие. А этот тюфяк, называемый моим мужем, и в подметки ему не годится.

— Ну хватит уже, — встряла спокойным тоном, — и так очевидно, кто победил. Я достанусь сильнейшему. Иди ко мне, Джен, — тяну руки к своему любимому, — а ты проваливай!