Мила Морес – Магия без памяти (страница 3)

— Значит, я — умная? — опять перебиваю летающую энциклопедию.

— Да, госпожа. Я выбрал именно вас из-за острого ума и скрытого потенциала.

— Ты сам меня выбрал? — я подскакиваю на месте, потираю влажные ладошки.

— Да, госпожа.

— Может будешь называть меня Лаури? А то госпожа звучит слишком… пафосно.

— Хорошо, госпожа Лаури, как вам будет угодно.

Хмыкнула, но исправлять не стала. Пусть будет так. Даже забавно.

Поверить не могу… У меня есть питомец. Я — птица, да еще и уникальная. Не верится просто.

— А летать я тоже буду? Ты научишь меня?

— Да, госпожа Лаури. Это урок под номером сто тридцать пять в моем списке.

— Ого… А нельзя его в начало перенести и сразу учиться летать?

— Нет, госпожа Лаури. Практические занятия начнутся только после того, как вы изучите теорию магии и усвоите все ее принципы.

В дверь постучали. Я испугано вскочила с края ванны. Али тут же замолчал и превратился в голубя.

— Лаури, это ты?

— Да, мама, — высовываю голову, проверяю, нет ли поблизости отца.

— Ты почему так рано?

— Ко мне пришел мой питомец, представляешь? — говорю тихонько, хотя в дверь вышла полностью. — Его зовут Али, и он говорит, что я умная и уникальная.

— О, милая, как я рада, — мама слегка обняла за плечи. — Ну пойдем, поможешь мне на кухне.

Улыбка с моего лица тут же исчезла. Мама сразу перешла к делу, которое важно лично для нее.

— Можно я побуду с Али? Он много интересного рассказывает.

— Давай поможешь мне на кухне и расскажешь, как это случилось, а вечером пообщаешься со своим питомцем, — говорит ласково и с заботой, будто из возможных вариантов выбрала лучший для меня.

Спустилась вниз уже без настроения. Мама раздала указания, как обычно, список километровый. Мне же заняться больше нечем. Нужно почистить картошку. Обязательно с помощью магии, чтобы отец похвалил — так говорит мама, а я уверена, что он не похвалит, даже когда узнает, что мой питомец — алконост.

Да, запомнила уже.

Пересказала маме все, что было в школе. Получила поддержку в виде пары утешительных слов и того же символичного объятия плеч. Такое ощущение, что мама всю ласку растратила на четверых сыновей, а на меня у нее уже сил не осталось. Вот она и ласкает меня кое-как.

— А еще я встретила странного мужчину. Он дал мне визитку, и сказал, чтобы я позвонила, если хочу учиться в академии.

— Милая моя! — мама театрально вскрикнула. — Нельзя быть наивной девочкой. Сколько раз я тебе уже говорила? С незнакомыми мужчинами нельзя разговаривать, и уж тем более брать у них что-то. Где эта его визитка? Отдай мне, — я отдала карточку, — не нужно верить таким глупостям. Мало ли что у этого мужчины на уме. Отец сказал, что тебе незачем учиться. Тебя муж обеспечит.

— Мама, какой муж?

— Да, мам, кто ее такую возьмет? — с широкой улыбкой в кухню вошел Томан, наш бездельник. Сидит на шее у родителей, а самому уже сорок три.

— На каждый товар найдется купец, — мама прибавила народной мудрости, вместо того, чтобы вступиться за меня.

— Рыжая, конопатая доска, а на ней два соска.

— Дурак.

Да, по интеллекту моему брату лет двенадцать.

— Ну кто тебе еще правду скажет? Мужчинам нравятся блондинки, брюнетки, пышные формы, а не вот это вот все, — указал на меня пальцем как на мерзкую лягушку.

— Не обижай сестру. Она не виновата, что такой родилась.

Смотрю искоса на маму. Она серьезно это сказала? У меня ощущение, что ее мозг отключился где-то на этапе рождения второго ребенка. Или же мозг взрослой женщины оказался во мне. Может мамин позаимствовала?

— Мама, вообще-то у меня твои волосы.

— Да, милая, но чертами лица ты не пошла в меня. Жаль, конечно.

Чего жаль-то? И хорошо, что в мать только волосами. Такие глупости иногда говорит, что мне за нее стыдно. И за братьев тоже. Один Герд в нашей семье выдался нормальным. За первым ребенком, видимо, лучше ухаживали, а дальше уже тяп-ляп. Женитьба сделала Герда еще лучше. А остальные… стыдно за них.

Когда закончились все домашние дела, а случилось это поздним вечером, я вернулась в комнату, застав своего питомца под потолком. К нему пытаются дотянуться сестры. Тари делает попытки поймать мою птицу с помощью магии. Белый голубь вжимается в угол, как было в школьном кабинете, на чужие призывы не реагирует.

— Али, иди ко мне, — выставила руку вперед. Птица сделала круг и присела на предложенное место. Сестры завистливо ахнули, потянули руки, но я выскочила из комнаты и забежала в гардеробную, быстро защелкнув за собой дверь. Еще минут двадцать слушала стуки, крики, потом пришел отец и всех разогнал. К счастью, меня на допрос не вызвал.

— Госпожа, Лаури, урок номер два…

Лекция продлилась около часа. Я сидела на полу и пыталась внимательно слушать, но то и дело зевала. В итоге так и уснула на полу в гардеробной. Разбудил меня будильник, и только после этого я поняла, что никакие домашние задания я не сделала. А в школу предстоит идти.

Ну ничего, дам еще один повод учителям убедиться, что я — неодаренная.

В школе день шел как обычно. Скучные уроки, насмешки, издевки, беготня. Теперь меня называют голубкой, что мне даже нравится.

В перерыве между уроками все обычно выходят во двор школы через магическую дверь. Сама школа находится в башне, а вот ее живописный двор неизвестно где. Здесь всегда тепло, солнечно, вокруг цветы и деревья. Ученики своими компаниями сидят на траве или на лавочках. Я выхожу во двор, чтобы съесть свой самостоятельно приготовленный бутерброд, потому что на столовую мне деньги не выделяют.

И на улице моя персона не без внимания. Хочу сесть тихо под дерево, перекусить, подумать, подышать в конце концов, но нет, покой мне только снится.

— Что, рыжая голубка, летать уже умеешь? — одноклассник ржет, будто сказал гениальную шутку. Его друзья подталкивают в бок, чтобы он продолжил свои издевательские речи. Я сижу молча, продолжая жевать.

— Пацаны, давайте ее с балкона… того. Посмотрим, полетит или нет.

— Ха-ха. Придурки.

— Ты че сказала? — интонация наезжающего гопника.

Божечки, какая тупая борзота.

— Слышали? Она еще и обзывается!

Меня обступили сразу трое. Уже чувствую, что дальше будет драка. С моей стороны побои рюкзаком по чем придется, с их стороны выдирание моих волос. А потом снова к директору, снова доложат отцу, он попытается вытрясти из меня всякую дурь, которая засела в голове благодаря интернету. Сценарий стандартный.

— Отвали, придурок, — выдираю свой рюкзак из лап одноклассника.

— Силенок маловато, да, рыжуха?

Один тупой, другой еще тупее. Я закончила жевать. Вскочила на ноги, дернула рюкзак на себя. Больше удивила, чем проявила силу, но это сработало. Отскочила в сторону, лишь бы избежать драки. Уже знаю, что лучше спасаться бегством.

— Держи ее, пацаны!

Я бегу ко входу в школу через весь двор. За мной погоня из троих человек. Похоже, они всерьез хотят меня с балкона сбросить. Умом природа не наградила, хотят силой брать. Но я хитрее. Бегу так, чтобы еще и запутать след. Делаю резкие повороты, перепрыгиваю препятствия, в ушах свистит ветер, отдаленно слышу крики. Хорошо, что здесь перемещаться нельзя, иначе я была бы уже в ловушке.

Они все-таки меня догонят. Снова навалятся сверху, оставят на теле ссадины и синяки. Ну почему именно за мной они бегут? Есть же девушки посимпатичнее, там и потрогать найдется что, а у меня лишь кости. Сами все время об этом напоминают. Хотя сейчас мне это на руку. Бегаю я быстро. Вот еще крылья научусь распускать, так вообще подлетать буду и атаковать в прыжке. Правда… в школе так делать нельзя.

Уже на входе я врезалась в строгий мужской костюм. Испугано подняла глаза, чтобы убедиться, что я врезалась в учителя. Другого варианта быть не может. Нос отдаленно учуял запах, с которым я уже однажды встретилась, причем примерно при тех же обстоятельствах. Я летела, он ловил…

— Здравствуй, Лаури. У тебя все в порядке?

— Это вы? — смотрю на преподавателя, с которым уже имела честь познакомиться. — Я в порядке, — выпутываюсь из рук, оглядываюсь. Одноклассники застыли в нерешительности. Погоня на время приостановилась. Их, похоже, пугает человек, держащий мою руку.

— Да отпустите уже, — пытаюсь незаметно ускользнуть, но спиной чувствую приближение недоброжелателей. — К ученикам нельзя прикасаться вообще-то.

— Я тебя не держу, — говорит преподаватель.

Опустила глаза, и поняла, в чем дело. Я сама ухватилась за руку мужчины и сильно ее стиснула. Мне казалось, что это он зажал мою ладонь, но на деле все наоборот. Я почти когтями впилась в него, и будто сил не хватает, чтобы разжать собственные пальцы.