Мила Младова – Запретная для авторитета. Ты будешь моей (страница 15)

Герман вытащил фотографии из конверта, и лицо его ожесточилось, когда он просмотрел их.

— Пронырливый мудак. Ты не говорила, что он перечеркнул меня на всех фотках.

— Не говорила.

Герман перевел взгляд на меня.

— То есть?

— Их не было раньше. Когда он только прислал мне их, никаких крестов не было и в помине.

— Он снова вломился к тебе?

Я кивнула и рассказала Герману о наших подозрениях относительно того, как преследователь мог обойти мою систему и, что еще хуже, обратить эту систему против меня.

— Софа права, я не могу там оставаться. Это, конечно, не лучший вариант переезжать сюда. Если он найдет меня и у Софы, а он найдет, это подвергнет опасности и ее. Мне бы этого очень не хотелось.

Герман уставился на меня, напряжение сквозило в каждой линии его тела.

— Я убью его, — он огляделся по сторонам, окинул взглядом каждую коробку и достал свой мобильный телефон. — Гриш, сейчас вышлю тебе адрес сообщением, встретимся на месте, срочно... Не нужно. Это не займет много времени.

— Почему Григорий должен встретиться с нами здесь? — спросила я, как только он закончил разговор.

— У него внедорожник.

— И?

— И у него багажник больше, чем у моей машины. Он нам понадобится, чтобы перевезти все это.

Я почувствовала, что мое дыхание участилось.

— Куда именно ты хочешь перевезти мои вещи?

— Ко мне домой, конечно. Этот мудак никогда не попадет в мою квартиру. Ты видела, какая там охрана?

Я недоверчиво посмотрела на Германа. Он не мог говорить серьезно. Но он смотрел на меня в ответ, не двигаясь и не собираясь отказываться от собственных слов.

Я повернулась к подруге.

— Софа…

Она подняла руки, ухмыляясь.

— Я буду на кухне.

Я подождала, пока она закроет за собой дверь, и спокойно сказала:

— Герман, я не могу переехать к тебе — даже на время.

— Почему?

— Во-первых, даже если ты не просишь меня официально переехать к тебе, это все равно достаточно серьезный шаг. Во-вторых, я отказалась от своей квартиры. Закончилось мое спокойное одинокое проживание. Как правильно заметила Софа, я жила там только потому, что не люблю перемен. Я могу позволить себе что-то получше. Но я не знаю, сколько времени займет поиск квартиры. Это может случиться быстро, а может и не очень. Другими словами, если я соглашусь на твое предложение, я не буду знать, как долго я буду жить у тебя. И если мы расстанемся, я окажусь на улице?

Наклонив голову, Герман сложил руки на груди.

— Ты закончила искать причины, почему это плохая идея вместо того, чтобы просто посмотреть на ситуацию в целом?

— Я уверена, ты скажешь мне, что я что-то упустила, — пробормотала я.

— Как я уже говорил, у меня дома ты будешь в большей безопасности. Там много места и ты можешь спокойно уединиться, когда тебе это потребуется.

— Так.

— Ты и так проводишь у меня каждую ночь и просыпаешься у меня каждое утро. Единственное время, которое ты проводишь в своей квартире, — это часы между окончанием смены в кафе и нашей встречей. Не вижу ничего страшного в том, чтобы провести эти дополнительные часы со мной.

— Жить с кем-то вместе — это тяжело. Проводить столько времени с кем-то, кого ты еще не знаешь — чьи триггеры, привычки и потребности ты только начинаешь изучать — будет еще труднее. Мы только начинаем наши отношения, Герман. Нам нужно быть осторожными, чтобы не переборщить.

Он прищурил свои, как всегда проницательные, глаза.

— Ты думаешь, что мне будет трудно с тобой жить.

— Со мной нелегко жить, правда.

— Ты, наверное, заметила, что я тоже люблю порядок в доме.

Я прикусила губу.

— Я думаю, что у тебя отличная уборщица или клининг, не знаю, чем ты там пользуешься. Но...

Выражение его лица стало задумчивым.

— Тебе будет трудно, если кто-то другой будет вмешиваться в твой собственный порядок, — понял он.

— Ты уже понял, насколько я странная, да? Я даже не могла позволить матери убирать в моей комнате, что, кстати, сводило ее с ума. Софе все равно, она спокойно относится к подобным вещам. Ты много чего умеешь, Герман, но ты далеко не спокойный, — я положила руку на его твердую грудь. — Пожалуйста, не дави на меня. Я еще не готова выплеснуть на тебя все свое безумие.

Он обхватил меня за шею и притянул к себе.

— Детка, мне все равно. Я в самом деле одержим тобой, — он прижался к моему рту мягким, затяжным поцелуем. — Давай попробуем. Посмотрим, как нам будет житься вместе одну неделю.

— Ты меня не слышишь. Ты думаешь, я преувеличиваю.

— Я слышу тебя. Но я хочу, чтобы ты была со мной, — он снова поцеловал меня и слегка прикусил нижнюю губу. — Не думаю, что мне будет так уж плохо, но мы не узнаем, если не попробуем. Ну что? Как насчет, тестовой недели?

Я выдохнула, недоверчиво покачав головой.

— Ты сумасшедший.

— Я это уже слышал.

— Но тебе придется сказать своей уборщице, чтобы она больше не приходила.

— Я скажу ей, что у нее оплачиваемый отпуск. Потом, если ты решишь, что тебе лучше остаться с Софией, я смогу просто вызвать ее обратно.

У него на все был ответ.

— Попробуем?

— Хорошо, но я все равно думаю, что ты сумасшедший.

Григорий появился минут через пятнадцать. Обычно он был хмурым, но на его лице появилась еле заметная ухмылка, когда он помогал нам перенести мои вещи в свою машину. И он ухмылялся еще сильнее, когда помогал перенести все из внедорожника в квартиру Германа.

Глава 16

Наконец пришло время распаковывать вещи. Перед тем, как исчезнуть, чтобы сделать несколько звонков, Герман сказал, что я могу складывать свои вещи куда захочу; что нигде нет запретов и что я могу свободно передвигать его вещи, если они мне мешают. Он также выделил для меня несколько ящиков и полок в своей гардеробной.

Я не стала распаковывать все вещи, так как некоторые из них мне не понадобятся — например, моя посуда, подушки, одеяло и тостер. Я оставила их в коробках, намереваясь спросить Германа, куда я могу их положить.

Когда я доставала вещи из коробки с бельем и аккуратно укладывала их в ящик, он заглянул в гардеробную. Увидев, что мои вещи смешались с его, он выглядел... довольным. Даже самодовольным. Что меня озадачило.

— Я не понимаю, как эта ситуация может доставлять тебе удовольствие.

Он сунул руку в коробку с моим нижним бельем и начал бездумно рыться в нем. Затем его рука замерла.

— Ну, теперь... - он вытащил мой изогнутый вибратор в форме члена. Все внутри сжалось. Хитро улыбнувшись, он изучал игрушку. — Почему он фиолетовый?

Щеки покраснели, я пожала плечами.

— Ну, так вышло, — я протянула руку, но он не вернул его мне. Я расправила плечи, чувствуя себя глупо. — Ладно. Положи его обратно в коробку, когда закончишь изучать, — с этими словами я вернулась в спальню с гордо поднятой головой.