Мила Любимая – Прежде чем мы разобьёмся (страница 2)
Я прекрасно знала, на что он способен. И, пожалуй, единственное, чего Ян не мог контролировать — это своих демонов. Его тьма прямо сейчас вырвалась из потаённых глубин преисподней, чтобы вновь превратить мою жизнь в хаос.
Вот и судьбоносная встреча. С грёбаным Ангелом Смерти.
Глава 1. Получи, гад!
А как всё хорошо начиналось!
Какие-то два часа назад мы с сестрой собирались на вечеринку. Болтали и шутили, строили планы. Думали, как классно проведём вместе первый вечер летних каникул.
Ну ладно-ладно. Было не совсем так.
Марьяне пришлось постараться, чтобы уговорить меня поехать вместе с ней, потому что наш строгий отец не отпускал её одну на ночь глядя. Несмотря на то, что его взрослой дочке уже двадцать лет.
В общем, так оно и было. До определённого момента.
Марьяна окунулась в свою привычную стихию: в бесконечный флирт, парней и пьяные танцы у бассейна. А я умудрилась найти приключения на свою задницу в лице мажора, которого на дух не переношу.
В этого ненормального будто бес какой-то вселился. Затащил меня в подсобку со своими непонятными намерениями и нелепыми обвинениями. Теперь держит тут практически силой. Вызывайте скорую, мальчику плохо.
— Сотников, ты осознаёшь, что творишь? Выпусти меня отсюда немедленно.
— Тебя папа не научил отвечать за свои поступки, Пожарова? — парень растянул губы в кровожадной улыбке в стиле безумного Джокера.
— Тебя мама не научила, что нельзя девочек обижать? — парировала в ответ.
Он прищурился, напоминая собой при этом дикого опасного хищника, который вот-вот раздерёт добычу на мелкие ошметки, чтобы утолить свой голод. Только, во-первых, я не лёгкая дичь и становится ею не собираюсь. И во-вторых, Ян скорее свои клыки сломает об меня, чем сожрёт.
— Для начала ты хорошо и качественно извинишься, Пожарова.
— Жарова, — поправляю его сквозь зубы.
— Без разницы. Хоть Дульсинея Тобосская.
Так, мне надоел этот театр абсурда. Я ухожу и плевать мне, какие демоны устроили внеплановое восстание в голове у Яна Сотникова.
Но мажор в очередной раз преграждает мне дорогу. А дальше больше того, больно стискивает за плечи, удерживая на месте. Синяки останутся, между прочим. Но какое дело золотому мальчику до этих мелочей. Пришёл со своей собственной чушью. Теперь стоит, как истукан и расплескать её боится.
Не мои половые трудности. Нет.
В эти моменты я радуюсь, что природа не сделала меня хрупкой и миниатюрной Дюймовочкой. Использую всю свою силу и отталкиваю парня от себя.
Возможно, с кем-то другим данный трюк сработал бы, но только не с ним.
— Не слышу извинений.
Да что он заладил, как курица-наседка?
Едва сдержалась, чтобы не произнести этого вслух. Инстинкт самосохранения, всё такое.
— За что я должна перед тобой извиняться? Ещё немного и просить прощения придётся тебе.
— Зря. Ты же знаешь, стукачей никто не любит.
Достал.
— Без понятия, откуда ты вообще это взял. Давай свою доказательную базу, железобетонные факты. Или их нет, Ян?
— Нарываешься.
Ну понятно. Всё, как и всегда.
Постаралась незаметно вытащить из сумочки перцовый баллончик, чтобы при надобности показать Сотникову, где раки зимуют.
Нет никакого удовольствия и дальше торчать с ним в этой тесной комнатке. Все панические атаки на теме клаустрофобии остались в детстве, но ощущения всё равно не из приятных. Это всё равно, как заставлять человека с боязнью высоты кататься на американских горках.
Потому сделала последнюю попытку пробраться к выходу, а когда этого снова не получилось, нажала на клапан и направила струю газа прямо в лицо наглому и невыносимому мажору.