Мила Любимая – После того как мы упали (страница 60)
— Моя ты булочка! — умилилась Авдеева, опускаясь на корточки рядом с любимцем. — Скучал по маме, да? Ну, пойдем… пойдем, я тебя накормлю!
Даже королева серпентария иногда превращается в добрую фею. Например, со своим демоническим котом.
Пока Ирэн кормила Барри, я приготовила человеческие закуски. Достала шоколадные конфеты, что так любит Ира и вино. Вымыла виноград и переложила его на тарелку, где уже красовалась сырная нарезка.
— О, ты это уже все? — спохватилась Ирэн, хватая с барной стойки два больших бокала под вино.
— Я даже поседеть успела, пока ты признавалась в любви этому шерстяному искусителю.
— Не слушай ее, Барри… — поставив бокалы посредине стола, она подхватила своего кошака на руки и чмокнула его в нос.
Феее…
— Мы будем пить или нет?
— Не ври, ты тоже его любишь.
— С чего ты это взяла? — я уселась на угловой диванчик поближе к окну. — Отпусти уже бедное животное и расскажи мне, по какому поводу у нас пьянка.
Авдеева нехотя вернула кота на пол, а сама заняла высокий барный табурет напротив меня. Она уже успела переодеться в черную шёлковую пижамку и теперь была в аккурат в образе — Царица Ночи.
Прежде чем ответить мне хоть что-то, Ирэн осушила свой бокал одним махом, а затем наполнила его вновь.
Та-ааа-к…
Это задница.
И судя по аппетитам моей подруги, достаточно огромная.
Сжимая обеими руками тонкую ножку бокала, я не сводила глаз со своей лучшей и единственной подруги.
Не могла не заметить, как сильно она сейчас нервничает.
Неужели настолько
Да нет… это же моя непрошибаемая Ирэн!
Легкая будто бы пуховое перышко, пофигистка до мозга костей. Ей же на всё фиолетово! Или нет? Наверное, в жизни каждого человека однажды появляется тот, после кого ничто не будет как раньше…
Кажется, мы с Ирой одновременно сошли с четкой дистанции, сокрушенные чувствами.
— Ир, ты язык проглотила? — требовательно спросила я, постукивая ногтями по хрусталю. — Если ты сейчас же не заговоришь, я начну тебя пытать.
— Ты можешь, — тяжело вздохнула она. — Прости, все это дико сложно.
— Кирьянов?
Она сухо кивнула и сделала еще несколько глотков вина, облизав накрашенные алой помадой пухлые губы.
— Знаешь, — протянула она. — У меня есть правило… я никогда не смешиваю работу и отношения. Потому что с моей профессией — это настоящее самоубийство. Вспомнить хотя бы моего последнего бывшего…
— Доктора?
— Его, — кивнула она. — Скотина.
— Ладно, а Роман Валерьевич здесь при чем?
— А Роман Валерьевич… — Ира выдержала театральную паузу, тем самым все больше накалив окружающую атмосферу. — Проводит свободное время с дорогими эскортницами.
Я аж поперхнулась.
Как только вино носом не пошло — не известно.
Откашлявшись, я выдавила всего один вопрос:
— Чего?!
— Того, Пожарова.
— Реально? — вытерла губы ребром ладони. — И что… он, получается, тебя… снял?
— Не меня, — отрицательно покачала головой Ирэн. — А Софу.
Офигеть…
Вызывайте пожарных, нужно тушить огонь.
— А ты?
— А я полночи проревела в дамской комнате, — поджала губы Ира, подливая себе еще вина. — Будешь?
— Спрашиваешь…
Я в шоке.
Мой шок в шоке!
— М-даа, — протянула я. — Жесть, конечно.
— По Фрейду.
— Он тебя не видел? — продолжала я засыпать Иру вопросами.
Похоже на особо жаркий допрос с пристрастием, если честно.
— Почему, — она сделала большой глоток, а я увидела, как ее голубые глаза заблестели от слез. — Он попросил «другую девушку». Прикинь?
Пиздец!
— Ир, может, это к лучшему? — аккуратно спросила я. — Если бы вдруг вы переспали… да еще так…
— Понимаю я! — сорвалась на крик Авдеева. — Аврора, я все понимаю, но… неужели ты не догоняешь, что он больше на меня не посмотрит?! Черт… — она резко опустила бокал на столешницу, вино выплеснулось наружу, а сам бокал упал, чудом не разбившись. — Он больше никогда на меня не посмотрит! Ни-ког-да!
— Перестань ты, — я встала, отставив свой бокал в сторону и подошла к подруге, обняв ее. — Ты самая роскошная женщина, которая только могла встретиться ему.
— Только шлюха.
— Он святой?
— Нет, — всхлипнула Ирэн и тяжело выдохнула. — Он вообще сама тьма во плоти.
— Во-оо-т…
— Я в него влюбилась, — Ирка закрыла руками лицо, смазывая вместе со слезами весь свой макияж. — И у этой любви нет никакого будущего.
— Прекрати, — я подняла ее бокал и потянулась за полупустой бутылкой. — Давай по последнему и спать?
— Хорошо, — Ира сделала вдох, а потом медленный выдох. — Все, я успокоилась. Больше реветь не буду.
— Обещаешь?
— Честное слово, — она растянула губы в улыбке и отправила в свой рот большую виноградину. — Еще поймет, кого потерял.
Наконец-то! Узнаю свою подругу.
— Так держать, — улыбнулась я.
— А ты что же?