Мила Любимая – После того как мы упали (страница 108)
— Честно?
— Между прочим, я почти мальчик зайчик.
— Ой ли?
— Пока ты думаешь про Кристиана Грея, я закажу нам вкусный ужин и выберу какой-нибудь классный романтичный фильм.
— Надеюсь, не «Ла-Ла-Лэнд» или «После»?
— Что ты имеешь против?
— Сотников, не огорчай меня.
— Тогда «Гордость и предубеждение»?
Аврора улыбается.
— Вы умеете удивлять, Ян Сергеевич.
— Я разве не похож на поклонника Джейн Остин? Мне кажется, я бы мог стать современным Мистером Дарси.
— Совсем нет. Ты скорее Хитклифф, чем Мистер Дарси.
Боже, она сравнила меня с угрюмым психопатом Хитклиффом...
— Даже не знаю, за что я тебя люблю, Пожарова.
— За то, что я не героиня из любовных романов. Нет, — признаю я и обнимаю ее. — Ты героиня моего романа, самая главная героиня.
Глава 50. Письма из прошлого
— А дождь на окнах рисует, напоминая о твоих поцелуях... — бубню себе под нос, мелкими штрихами заполняя скетч всеми оттенками красного.
Проклятая песня.
Прицепилась с самого утра, никак избавиться не могу.
Сделав очередной глоток рафа, щурюсь, разглядывая свою работу, пока Аврора обслуживает последних клиентов в кофейне.
Честно говоря, начинаю чувствовать себя словно не в своей тарелке, когда моя девушка вынуждена подрабатывать баристой. Но, с другой стороны, Пожарова перемелет мое сердце в кухонном комбайне, если я хоть заикнусь, чтобы она сняла передник и прекратила заниматься ерундой.
Потому что, во-первых, это не ерунда, а работа. А во-вторых, с сильный и независимый капец как сложно. Двадцать первый век...
Но я уважаю ее свободу и знаю, что кофейня — это всего лишь переходный период.
Залог любых здоровых отношений — понимать своего партнёра, поддерживать, верить. Между мной и Авророй было довольно токсичности.
Я уж точно не хочу давить на нее как-либо.
Хотя сидеть и чирикать на бумаге в то время, как она работает, тоже не самое приятное на свете.
Наверное, где-то тут я должен признаться, как мне трудно быть адекватным. Но нет. Совсем не сложно быть лучшим для своей девушки.
Какая это любовь, если ты не принимаешь другого человека со всеми его плюсами и минусами? Прогибаешь под себя? Лепишь удобную куклу?
Это любовь к самому себе. И так Аврору я уже любил. Нам обоим не зашло.
С этой девушкой я становлюсь более совершенной версией себя, с ней чувствую, как тьма, заполонившая моя сердце без остатка, не так сильна, как я думал. И мне хочется верить, что для Пожаровой я тоже якорь, удерживающий ее на плаву. Иначе просто и быть не может...
— Ян? — слышу тонкий женский голос.
Отвожу взгляд от скетчбука. Вижу перед собой незнакомую темноволосую девицу.
Хотя почему незнакомую сразу?
У меня появляется стойкое чувство, что я где-то видел. Наверное, спал когда-то. Девочек однодневок я никогда не запоминал.
Да-да, мудак. Знаю.
— Допустим.
— Я невеста Марка, — представляется брюнетка. — Настя.
А вот сейчас немного неловко.
Вот где собака зарыта! Анастейша Стилл, значит. Интересно... а как долго я спал? Сотню лет, тысячу?
Последний раз, когда я виделся с Марком (буквально на днях) эта самая Настя знать его не хотела. Ни то чтобы безосновательно...
Тут можно было бы сказать, что девчонки просто слишком эмоционально относятся к измене, но и мальчики тоже на самом деле.
Только я был готов нарушить уголовный кодекс нашей страны, так я злился на Барсова.
Злился...
Это слово решительно сюда не вписывается.
Раньше секс по дружбе и свободные отношения я и сам практиковал.
Если назвать свободными отношениями то, что я не связывал себя никакими обязательствами и сложностями. Меня это вполне устраивало. Каждый день как моя персональная победа. До последнего лета, когда я сам влюбился как прыщавый подросток.
— Марк письмо передал, — Настя протягивает мне большой конверт в плотной на вид крафтовой бумаге. — От вашей мамы.
Барсик теперь через почтальона со мной общаться собирается? Я понимаю, что ему тяжело... Наверное, стоит дать брату время прийти в себя.
— А сам что не пришел? — щурюсь я, не торопясь брать конверт в руки.
— Не успел, — пожимает плечами девушка. — У него самолёт. А я к нему полечу только через неделю. Так письмо... не хочешь взять?
Вообще-то не горю желанием.
У меня двоякие чувства.
Понимаю, что не могу проигнорировать его, но и принять страшно.
Страшно узнать то, что я знать совсем не хочу. Все ведь знают эти прощальные письма из прошлого? Я смотрел много фильмов. В том числе и мылодрам.
— Ладно, — забираю конверт и запихиваю его наугад куда-то в середину своего блокнота. Там ему самое место. — Не присоединишься? Аврора скоро освободится.
— Плохая идея, — качает головой Настя. — Мне кажется, я обидела Аврору... — в глазах девчонки практически блестят слезы. — Извини, тебе, наверное, это слушать совсем не интересно.
Ни разу.
Но Пожарова и правда переживала, что Настя прекратила с ней общение.
Ее нельзя не понять, но...
Мне казалось, девчонки обычно держатся вместе против всяких козлов.
— Как знаешь.
Настя всё-таки садится напротив меня.
Нервно постукивает костяшками пальцев по столешнице, даже прикусывает нижнюю губу. Обычно так ведут себя с парнями, которые нравятся. Но я, слава богу, не из их числа. Я, конечно, хорошенький получился, но последнее время меня волнует лишь одна девушка во вселенной. И во всех вариациях этой самой вселенной.
— Можно спросить?