Мила Любимая – Любимая девочка Мажора (страница 14)

Чего?

Ну, например, сдохнуть от душевной муки под названием «безответная любовь». И хоть прошло целых три года, там внутри всё горит с новой силой. Потому, что ненавижу его за всё. И себя за доверчивость и наивность.

— Дай пройти, — голос звучит убедительно, но Ник даже не пошевелился. — Нас ждут. Ты же не хочешь, чтобы родители, твои и мои… подумали…

— Мне плевать, кто и что подумает, Мира. Дай чертов шанс хотя бы всё объяснить. Ты на корню обрубаешь каждую попытку.

— Ага, какая плохая девочка, — выставила вперёд ладони, но Тарасов просто сгрёб меня в охапку и прижал к себе. — Никита, блин!

— Князева, я по тебе скучал, — выдал этот мажор и лицом зарылся в мои волосы. — Скучал.

Он по мне скучал? Что это значит вообще? Но его объятия до странного были нужны мне. Надёжные, сильные, такие уютные. Они похожи на маковое поле. Знаешь, что нужно выбраться, даже пытаешься, но этот сладкий дурман в итоге всё равно побеждает.

— У нас в субботу матч, — ладонь Ника прошлась по моей спине, плавно поднимаясь вверх.

Целый табун мурашек пронёсся по коже, каждое прикосновение Ника было сродни пронзительным огненным искрам. Он разжигал пожар. Пожар, который потушить будет очень сложно.

— Я знаю, — тихо ответила. — Маша пишет репортаж.

— А ты придёшь? — прошептал на ухо, почти касаясь губами кожи. — Ко мне.

— К тебе на матч? – подняла на него глаза и утонула во влажном изумрудном взгляде. — Не думаю, что это хорошая идея. И мы договорились с Машкой посмотреть кино.

— Посмотрим после, — его губы медленно и уверенно приблизились к моим. — Ты, я и эти двое, как план, Князева?

Какой же он самоуверенный! Машка в жизни не пойдёт на футбол и точно не согласится на типо двойное свидание. Да и вообще… я категорически против!

— Я же сказала, мы смотрим с подругой фильм, никаких парней.

— О, с парнем ты уже смирилась? Это почти победа.

— Дурак! — щеки покрылись румянцем. Попробовала выбраться из рук Никиты. Но он только рассмеялся и почти целомудренно чмокнул меня в губы. — Тарасов, ад должен замёрзнуть навеки вечные и погрузиться в царство вечного льда, чтобы Савельева согласилась пойти на футбол, а потом вытерпеть Диму.

По крайней мере, еще несколько месяцев назад я была в этом полностью уверена.

— Ты когда краснеешь, у меня просто башню сносит, Князева, — отпустил и отошёл всего на шаг назад. — Значит, если Савельева скажет решительное «да», то шанс есть?

— Этого никогда не случится, — голос мой звучал уже не так уверенно. Особенно, когда вспомнила, что у Сотникова с моей подругой явно что-то наклевывается. Машка хоть и старательно делает вид, словно ей всё ни по чем, но…

— А если вдруг? — Никита совсем хитро улыбнулся. — Придёшь?

— Кино смотреть или матч? — устало выдохнула.

— Выиграю матч, потом заберу тебя, — самодовольная усмешка озарила его красивое лицо. — И буду соблазнять грушевым латте. Пока ты не сдашься и не признаешь, что хочешь быть со мной так же, как я с тобой.

— Перед зеркалом репетировал, да?

— А то, — рассмеялся. — Нервничал, будто подросток. Ведь девочка, которая мне нравится не хочет идти на свидание.

Ага, и у девочки есть все причины для этого.

— Как-то много тебе девочек нравится, не находишь? — развернулась к нему спиной и с опаской посмотрела на двухуровневый торт. — Ты любую из своих зазноб позови, на кофе тратиться не придётся. А сейчас, будь добр, помоги мне…

Обнимает меня за талию и целует в щеку.

— Ревнуешь, Князева.

— Я тебя не…

Мы даже никак среагировать не успели, дверь открылась и в проходе зависли мама и дядя Андрей. Где-то из-за их спины виновато выглядывала Савельева.

Чёрт побери! Ник меня обнимает! И даже руки убрать не догадался, гад!

— Молодёжь, а что это у вас тут происходит? — усмехнулся отчим.

Мама вразвалочку вошла на кухню и медленно опустилась в кресло-качалку. Дядя Андрей усмехнулся и направился следом. И пока прикидывала, как буду объяснять сложившуюся ситуацию, Тарасов сам всё решил.

— Мы встречаемся, — выдал Ник. — Мирослава моя девушка.

Ууу, бойфренд недоделанный! А самое паршивое, что могу сказать? Закатить истерику, мол, крестник отчима до меня домогается и проходу не даёт?

— Встречаетесь? — протянула мама. — Не думала, что у Миры есть парень. Но Ник хороший мальчик.

Ага, лучше не бывает!

— Вообще-то не предполагал, что у моего крестника есть девушка, — отчим задумчиво почесал подбородок. — Но с нашей Мирой ему фантастически повезло.

И будто нас здесь нет, правда?

— Да не встречаются они! — возмутилась Маша. — У Никиты просто на слово «нет» жуткая аллергия.

— Похоже на правду, — хохотнул дядя Андрей. — Наша школа, вцепился и не отпускает. Ладно, Ромео, дай передохнуть своей зазнобе, идёмте чай пить. Да, и торт захватите, наконец…

Глава 10 – Я пожалею об этом

Мирослава

— Обалдеть! — заливисто рассмеялась Савельева. — Так и сказал? Очаровательная самовлюблённость.

Угу, настолько очаровательная, что уже не знаю, где мне прятаться от Тарасова. Прёт, словно танк. Свидание ему подавай. Будто не знаю, какое такое «кино» нас ждёт. Нашёл наивную дурочку. Думает, один раз прокатило, значит, и во второй раз сработает.

— Как хочешь, но ты Сотникова обязана продинамить, — и схватила Машку за руку. — Двойное свидание – это ад на земле.

— Потому что где-то там очень глубоко внутри хочешь пойти? — усмехнулась лучшая подруга. — Не знаю, что ты там себе вообразила, но между нами этаж жилого дома и моё умение писать курсачи на заказ. Дима уже отправлен в пешее эротическое.

Остановилась посреди коридора и недоверчиво посмотрела на Савельеву.

— Правда? Так просто?

— Ну, ты же отшила своего Тарасова, — заметила Маша. — Хотя он будет поупрямее некоторых бабников. Мне даже кажется, будто…

— Что?

— Забей, — отмахнулась подруга. — Прикинь, выхожу из редакторской, а Дима заталкивает меня обратно и на полном серьёзе заявляет, что я должна пойти на матч. Видите ли, друг по девушке сохнет, а эта невыносимая зазноба ломается аки неприступная крепость. Даже узнал откуда-то про мой любимый фильм… надо было видеть, как он пытается меня уболтать.

— На двойное свидание? — улыбнулась. — Хочу знать всё! Рассказывай.

— Да нечего. Я сказала, что не пойду с ним. Никуда и никогда. Ты же знаешь, как этого парня органически не перевариваю. Мне хватило одиннадцати лет за одной партой. Чур меня!

— А Дима? Проглотил и ушёл? Отфутболили и ладно?

Что-то не сходится, то он хороводы вокруг Савельевой наворачивает, то они переписываются, словно влюблённые голубки, а тут…

— Не совсем, — Маша замялась и нервно сцепила руки между собой. — Было ещё.

Так-так-так, а вот с этого места, пожалуйста, поподробнее.

— Целовались? — предположила.

— Фу, нет! — и подруга активно замахала руками. — Господи, Мира! Теперь как представлю, что его губы, фу! Он же с половиной универа уже микробами обменялся через слюни. Просто сказал, что… что… я всё равно сломаюсь, как и все. Вот.

Действительно, фу. Какой противный мальчик! Только мне кажется, что Маша недоговаривает.

— О! — протянула. — Это очаровательная самовлюблённость, Маш.

Мы синхронно рассмеялись, а дальше подруга ушла в университетскую библиотеку, а я отправилась в аудиторию зарубежной литературы, взять у преподавателя дополнительный список книг. С Савельевой должны были встретиться в читальном зале через пятнадцать минут. Вот только всё пошло не по плану и вместо Александра Степановича по помещению слонялся Егор Авдеев собственной персоной. Очень интересно…

— Что ты здесь делаешь? — осторожно спросила.