Мила Любимая – Давай забудем друг друга (страница 24)
– Сотников пишет, – пытается довести меня до греха. – Разблокируешь?
– Сядь, – толкаю ее на диван, а сам нажимаю на уведомление. Раз уж Димас умудрился все запороть, надо хотя бы узнать причину. И, надеюсь, это что-то архиважное.
Чтоб вас!
Ни слова лишнего, только фотка. Некачественная, смазанная, темная. Но видно ясно и четко, кто и с кем.
ОНА. ОХРЕНЕЛА.
Я одним резким движением застегнул джинсы и вылетел на улицу. Как в тумане, растолкал присосавшуюся друг к другу сладкую парочку. Едва сдержался, чтобы не набить морду этому наглому индивидууму. А Князева смотрела на меня, губы облизывала соблазнительно и ресницами хлопала, будто глазки строила.
Прибил бы на месте!
Сука.
– Ник, спокойно! – узнаю в парне Артема Царева, нападающего из нашей футбольной команды. – Я не знал, что она твоя. Остынь, не претендую.
Еще бы ты претендовал, утырок!
– Моя, – хватаю Миру за талию и закидываю к себе на плечо. Пробует возмущаться, но мигом получает смачный шлепок по своей роскошной заднице.
Затихла…
Хоть мозгов хватает истерику не устраивать, и то ладно. Затолкал в машину, а потом старался тупо не смотреть. Потому что тогда за себя точно перестал бы отвечать.
– Хочу назад! – надрывно кричит Князева. – Я с тобой никуда не поеду!
Спросить забыл. Нажал на кнопку автозапуска и стиснул руль обеими руками.
– Адрес напомни, – цежу сквозь зубы.
– Ты глухой, Тарасов? – Мира хаотично бьет меня своим маленьким кулачком. – Не поеду с тобой! Не! Поеду!
Пока гнал по шоссе в город, она не уставала выносить мне мозг, припоминая все на этом грешном свете. Каждое слово вырывалось из нее вместе с концентрированным ядом.
Врубил музыку погромче и постарался абстрагироваться. Адрес Князевой нашел в навигаторе и собирался просто отвезти ее домой. Целоваться мне удумала с Царевым. Нашла, с кем.
Дура!
Никого в жизни не ревновал, ни одну девчонку. А тут… от одной мысли, что она с другим, внутри все полыхает. Докатился, черт побери.
Остановил машину у ее парадной и заглушил мотор, музло тоже вырубил. Надо убедиться, что эта красота до квартиры дойдет, а не найдет еще приключений на свою пятую точку. Охуенную пятую точку.
– Ты не имеешь права так себя вести со мной! – выдает она и тычет пальцем в мою грудь. – Я свободная девушка и могу делать, что хочу и с кем хочу. А ты… ты… о, ты просто сволочь, Тарасов! Конченая, слышишь?
– Мирослава.
– Что, Мирослава? Имя наконец-то запомнил, да? Так вот, не смей больше никогда….
Заткнул ее рот поцелуем, потому что слушать эту истерику сил никаких не осталось. Достала!
Я хочу ее придушить. Но сначала трахнуть.
Всхлипнула, но не оттолкнула. Замерла в моих руках, словно ждала от меня решительных действий.
И я целовал ее, погружаясь в нее без остатка, наматывая на кулак дурацкую косу и притягивая ближе к себе.
Еще!
Провел языком по пухлым губам, нырнул в горячий и жаркий рот, сразу получив гребаный разряд тока по всем нервным окончаниям.
Она приглушенно простонала, обвила за шею руками и неожиданно испугалась собственной решительности. Попыталась вырваться, замотала головой, глупенькая.
Не отпущу! Моя!
– Ник, – Мира пальчиками ведет по моим плечам, – нам нельзя. Отпустишь?
– Отпущу. – Я приглушенно смеюсь и, обхватив ее за талию, закидываю верхом на себя. – Но не сейчас.
Наши губы снова слились в поцелуе. Я уже не мог остановиться, когда она так близко, когда хотела меня и говорила «нет» только на чистом автопилоте.
Сдерживал себя из последних сил. Ласкал пухлые губы, трогал желанное тело везде, куда только мог дотянуться, и был в экстазе только от того, что Мира выгибалась в моих руках, томно постанывала и дышала тяжело-тяжело в шею.
О да! Следующая остановка – рай.
– Не надо! – пищит она и так смотрит, что все внутри мгновенно коротит. Чистая расплавленная лава потекла по венам и прямо в сердце.
– Надо, Мирослава! – всего один рывок в пустоту, и пути назад уже нет. – Надо!
Глава 13
Шанс
Его руки грубо фиксируют мои бедра. Пальцы Ника до боли впились в кожу, точно синяки на попе останутся. Но это сейчас заботит меньше всего на свете.
Сильные, жесткие толчки, как сквозь густую пелену тумана. С ним все будто в головокружительном сладком бреду!
Где-то на задворках сознания разум попытался включить источник резервного питания, достучаться до меня, да только мозги временно находились вне зоны доступа.
Логика? Да к дьяволу ее!
Ничего не соображая, не понимая, я прижимаюсь губами к его шее, дышу им, пока Ник показывает нам обоим рай на земле. Чувствую, как его член пульсирует во мне, отдаваясь огненными вибрациями по всему моему существу. Ник самозабвенно насаживает меня на себя. А я, словно последняя грешница на Земле, подмахиваю его ритмичным движениям, энергично двигая бедрами, отдаваясь ему без остатка…
Быстрее! Он так мне нужен! Сейчас мне нужен!
Разрядка не заставила себя долго ждать. Мы догнали друг друга на самом пике наслаждения и разбились в щепки от оргазма. Я так точно.
Я – космос. Он – мои звезды.
Тело зашлось сладкими болезненными судорогами, мышцы сократились. Внутри разлилось приятное тепло, и я вытянула вперед носочки ног, стараясь прочувствовать каждый миг этой незабываемой эйфории. С моих губ сорвался громкий стон, потонувший в страстном поцелуе, которым Ник заткнул мой рот.
Для меня это точно так же, как и в тот раз.
С Ником я впервые потеряла невинность и узнала, что такое настоящее волшебство. С ним же я испытала это чувство вновь.
Оргазм вынес меня в другую галактику.
– Божечки…
Вот и все слова, на какие у меня сейчас хватило сил.
– Не все, малышка. Мы только начали.
Он опрокинул меня на сиденье.
Прохладная кожаная обивка на мгновение отрезвила, но Ник не дал мне и секунды отдыха, накрыл мое тело своим, чтобы вновь унести в невесомость и доказать на практике, как хорошо может быть с ним. Только с ним!
Я слишком слабая, не могу сопротивляться его рукам, его губам. Пусть завтра моя душа вновь будет расколота на мелкие осколки.
Ник приподнялся, дав мне всего пару минут, чтобы перевести дыхание после очередного страстного безумного поцелуя, в котором наши языки бесстыдно занимались любовью.
Он зубами разорвал квадратик с защитой, принявшись раскатывать презерватив по своему крепкому, перевитому венами члену. Сглотнув и облизнув пересохшие губы, я отвела взгляд от идеальной головки, на самом кончике блестевшей капельками возбуждения. Посмотрела прямо в глаза Никиты, словно находилась под каким-то мощным и непробиваемым заклятием гипноза.
Погрузилась в холод и мрак изумрудных глаз полностью, будто нырнула на дно морское без акваланга и кислородного баллона.