Мила Лимонова – Подари мне братика (страница 4)

– Да нет, я ее впервые вижу, – пожал плечами Рей. –  Вернее, второй раз, я даже удивился, что она меня тогда запомнила.

– Тогда – это когда? –  уточнила супруга.

– А, она как-то заплутала у нас в коридорах, я ей подсказал, как пройти.

– А, понятно. – Лариса немного успокоилась. В голосе Рея не звучало и нотки заинтересованности навязчивой коллегой, но некоторая тревога осталась. Лариса была уверена, что такие, как Элона, готовы пройти по головам, лишь бы добиться своей цели. А уж то, что эта женщина запала на ее любимого, Лара не могла не заметить. Как она на него смотрела, как улыбалась! Вот только этого еще не хватало…

 Домой чета Хеннел вернулась довольно поздно. Ануся сладко проспала всю дорогу на руках папы, но как только девочку внесли в дом, та сразу проснулась, немного поела и расшалилась. Так что ложились уже ближе к часу ночи.

Рей уютно устроился под одеялом и обнял жену, прижал к себе, осторожно поглаживая, словно пробуя, отзовется ли она на его ласку или, как часто теперь бывало, уснет, совершенно вымотанная прошедшим днем. Лариса почувствовала, словно ее разрывает пополам: одна половина желала ответить на прикосновения любимого мужа, вторая уверяла, что сон куда важнее. Рей тем временем аккуратно разминал ее уставшее от ношения малышки плечо, иногда легко, дразняще задевал грудь. Лариса слегка морщилась: почему-то теперь это не было так приятно, как до беременности и родов. Муж тем временем поглаживал спину, бок, бедро, и Лара позорно вырубилась прямо во время прелюдии.

Проснулась она почему-то рано утром, с полной грудью молока. Рея рядом не было, молчала радионяня. Лара торопливо вскочила, запахнула халат, побежала в детскую. По дороге мельком увидела себя в зеркало: волосы взлохмаченные, на халате пятно… Ужасно! Конечно, муж потихоньку начнет заглядываться на красивых и ухоженных, особенно когда они сами в руки падают!

Муж, не подозревающий о падающих ему в руки красотках, играл с дочкой.

– Проснулась? Доброе утро, – потянулся он к Ларе с поцелуем. –  А я хотел ее уже тебе нести, по-моему, она голодная.

– Удивительно, что вообще до утра проспала. – Лариса взяла малышку на руки, села в кресло.

– Да она же уже большая девочка. – Рей немного наклонил голову, с нежностью смотря на обеих. –  Я ей кашки дал немного, но, по-моему, молоко ей нравится больше.

– Что, вчерашнюю? –  всполошилась Лариса.

– Зачем, я новую сварил, – пожал плечами муж.

На кухне действительно оказались не только остатки свежесваренной каши в маленькой кастрюльке, которую Лариса прозвала “детской” за миниатюрный размер и милый узор из следов кошачьих лапок, но и завтрак для самой Ларисы. Омлет с овощами.

Что Ларису отдельно удивляло в Рее, так это его отношение к готовке. До родов Лара порхала с утра, охотно и с удовольствием приготавливая мужу разнообразные завтраки. Теперь, когда замученная бессонными ночами молодая мама еле сползала с кровати и шла в детскую, муж никогда не проявлял недовольства, если ему приходилось готовить завтрак самому или греть себе и жене остатки ужина. Лариса даже вспомнила одного из своих одноклассников, который разругался в пух со своей невестой, потому что та не желала каждый день вставать к плите. Причем готовил Марк – так звали одноклассника, – довольно прилично, не ограничиваясь стандартным холостяцким набором вроде яичницы и покупных пельменей.

– Слушай, ну как так? – удивлялась она. – Мы же у тебя собирались, помнишь, с Маринкой, Ступко и Толстяковым. Ты тогда с Маринкой битый час рецепты обсуждал, да так, что она еще и записала у тебя парочку. Чего ты тогда к своей Жанне пристал с готовкой? Может, помиритесь? Ты же сам готовил до того, как начал с ней встречаться?

– Ну ты не понимаешь, – мрачно отвечал бывший одноклассник. – Она же женщина, это ее обязанность!

– Но ты же приходишь с работы на полтора часа раньше, – упорствовала Лариса. –  И она же не всегда отказывалась готовить, а хотела, чтобы вы по очереди…

– Я не для того собирался жениться, чтобы готовить по очереди, – оскорбился Марк…

…Рей же не видел ничего плохого в том, что жена что-то не успевает по дому. “Ты что, думаешь мне какой-то завтрак важнее дочери?” – удивился он как-то раз. Ларисе это нравилось, но сейчас наслаждаться приготовленным мешали колкие слова вчерашней соперницы, что Лариса совсем перестала уделять внимание мужу.

“Надо собраться, – вздохнула про себя женщина. –  За свою любовь надо бороться!”

Когда Рей, немного поиграв с Анусей, ушел к себе в кабинет, Лариса поднялась с дочкой в свою комнату и принялась разыскивать свой любимый блокнот со списками.

Списки были ее любимым рабочим инструментом. Раньше Лара азартно расписывала в блокноте свои цели, покупки, мелкие задачи и дела по дому, глобальный план по перестановке на нижнем этаже… Но с рождением дочери эта привычка внезапно дала сбой, блокнот постоянно куда-то засовывался, терялся и обнаруживался спустя неделю где-нибудь среди круп и пряностей в кухонном буфете или упавшим за кресло, а то и вообще в коробке с детскими игрушками.

“Словно жизнь пошла кувырком”, – грустно подумала Лариса.

Тут же одернула себя: как она может так думать? Она же ребенка родила, девочку, такую сладкую малышку, долгожданную, выстраданную! Да как она смеет жаловаться, если у нее такая дочь и замечательный, самый заботливый, самый понимающий на свете муж?

Нет, надо срочно брать себя в руки. Надо меняться к лучшему!

Блокнот так и не нашелся, а тем временем дочка снова запросила грудь. Покормив и уложив малышку, Лариса отправилась на поиски записной книжки, хотя охотнее всего она бы сейчас хлопнулась на диван и уснула.

“Я же спала… целую ночь спала,” – подумала она, забывая, что ее ночь длилась куда меньше восьми часов.

Противный блокнот затерялся очень качественно, и Лариса обошла весь дом, отмечая попутно следы запустения, неизбежные в местах, где люди живут постоянно, но времени на уборку катастрофически не хватает. Ее разрывало от желания убрать сразу все: и вытереть пыль с подоконника, и за цветами поухаживать, и брошенную Реем футболку донести до стиральной машины, и вернуть на полку книгу, лежащую на журнальном столике. А это что там под диваном? Ярлычок от дочкиных новых носочков, которые Лариса торопливо переодевала, а потом унесла дочку наверх и забыла выбросить яркую бумажку…

Мечась от одного дела к другому, Лариса так и не нашла блокнота, и к пробуждению дочки чувствовала себя совершенно измотанной. Увидев ее, Рей предложил пойти отдохнуть, а сам принялся одевать малышку.

– Пойду проветрюсь, да и Анусе надо подышать воздухом.

– Ты же занят, – всполошилась Лариса. –  Может, ты ее оденешь, а я сама пойду?

– Да я сам устал сидеть за компьютером, пройтись хочу. А ты б полежала, Лар.

– Да я почти целую ночь проспала, – слабо запротестовала любимая женщина.

– Надо же, даже одну ночь, – невесело усмехнулся Рей и подбавил аргументов: –  Ну, родная, ты уж если ради себя не хочешь, то хоть ради малявочки. Сама же говорила, молоко от недосыпа пропасть может.

Лариса вяло, но благодарно кивнула, все-таки помогла мужу одеть дочку и выйти с ней на улицу. Закрыв дверь, она уронила взгляд на тумбочку и увидела там разнесчастный блокнот. Глянцевая обложка начала покрываться тончайшим слоем пыли.

– Вот ты где, зараза! –  в сердцах произнесла Лариса, схватила находку и унесла к себе наверх.

“Ужин надо приготовить, – подумала Лариса. – И еще внизу, в гостиной прибрать. И в прихожей на вешалках бардак. И еще надо пол помыть в детской”.

Список заполнялся строка за строкой, но голова была тяжелой, и молодая мама решила на минутку прилечь. Надо ли говорить, что в следующую минутку она провалилась в сон?

– Кто-о тут такой спит? А кого мы будить пришли… – донесся до нее воркующий голос мужа, каким он всегда разговаривал со своей ненаглядной дочуркой.

Ануся весело шлепала ручками по маминому плечу, тянула кофточку и радостно лепетала:

– Ма! Та! Та!

– Пра-авильно, маму пришли будить, умничка ты моя, – и Рей продолжил уже своим обычным тоном, – извини, тебя очень просила, хныкала. Мы погуляли немножко, две площадки обошли.

– Ох, а ужин-то я… – всполошилась Лариса.

– А ужин я заказал.

И снова Лариса почувствовала за всплеском радости и признательности слабый укол вины. Вкрадчивые намеки Элоны на Ларисину несостоятельность как жены и хозяйки ввинтились в душу и засели там, словно заноза.

 ***

Элона откровенно скучала, сидя в уютном кафе с бокалом любимого ягодного коктейля. Мужчина за столиком в середине зала бросал на нее заинтересованные взгляды, но девушка, занятая планами покорения чужого мужа, практически не обращала на них внимания.

На экране ее телефона светилась страница Рея в соцсетях. Элона задумчиво пролистывала нечастые посты владельца вниз, иногда в задумчивости теребя прядку волос.

Добавить его или еще рано? Элона глотнула коктейля и подозвала официантку:

– Принесите мне кофе, пожалуйста. – Палец с опрятным маникюром ткнул в строчку стоящего на столике сезонного промо-меню. –  И пирожное “Фруктовое счастье”.

 Когда коктейль был допит, палец девушки все же скользнул на кнопку “Отправить запрос дружбы”. Нажав, она отметила “лайком” несколько последних фотографий Рея, прежде всего те, где он был с дочерью. Не то чтобы Элона любила детей, но надо же показать мужчине, что у них общие интересы.