Мила Кейн – Темные удовольствия (страница 66)

Эти слова прозвучали как удар под дых.

Он долго изучал меня, а затем достал телефон и протянул его мне.

— Это Колетт, застигнутая в компрометирующем положении. Благодаря этому фото брачный контракт вступит в силу. Она ничего не получит.

Я взял телефон и опустил взгляд на экран. Да, это действительно была Колетт с мужчиной. Я почувствовал облегчение от того, что они оба оказались одного возраста. Это был профессор Джеффрис. Гад, который приставал к Еве в библиотеке буквально на днях. Отвращение послало мурашки по моей коже. Похоже, Колетт встретила достойную пару.

— Что касается остального… Я тебе верю. Я должен был поверить тебе еще тогда, но не мог смириться с мыслью, что совершил такую ошибку. Если захочешь возбудить уголовное дело, я поддержу тебя.

Я положил телефон и уставился на отца, не в силах до конца осознать услышанные слова.

— Я должен был встать на твою сторону.

Сорен потянулся через стол, и на секунду мне показалось, что он сейчас возьмет меня за руку. Он замер, прикидывая, какого прогресса можно добиться за одну встречу, и вместо этого забрал телефон обратно.

— Меня не было рядом с тобой тогда, но я рядом сейчас. Что бы ты ни решил делать, мы сделаем это. Я буду рядом с тобой.

— Почему ты веришь мне сейчас?

Сорен повозился с телефоном, и включилась голосовая запись. Голос Колетт было легко разобрать.

«… а что касается Бека, не позволяй ему одурачить себя. Время, которое мы провели вместе, было самым ярким событием в его нескладной, глупой жизни, и если он говорит что-то еще, он лжец. Реакция тела не может лгать…

Он был ребенком. Реакция тела не имеет значения… Он был ребенком, а Вы — преступница.»

Ева. Другой голос. Моя милая, храбрая Золушка уничтожила мою злую мачеху ради меня.

— Значит, ты смог поверить своему сыну только после того, как получил неоспоримые доказательства против Колетт, — огрызнулся я. Все это было слишком, и теперь, когда я понял, каким вспыльчивым идиотом был по отношению к Еве, мне нужно было выбраться отсюда и поговорить с ней.

— Что еще я могу сказать, Беккет? Мне стыдно за себя.

Я отодвинул стул, не в силах больше ничего слышать. Эмоций было слишком много.

— Мне нужно идти… я должен увидеть Еву.

Отец привстал, когда я собрался уходить.

— Ты и девушка Мартино… между вами что-то происходит? Что-то серьезное, я имею в виду.

Я задержался на пути к выходу из зала.

— А что? Хочешь напомнить мне о своей политике не встречаться с местными девушками или предупредить, чтобы я не путался с дочерью уборщицы?

Сорен медленно покачал головой.

— Нет. Я ничего не скажу против этой девушки. Не могу.

Я кивнул.

— Верно. Ты не можешь. Скоро она станет твоей невесткой. Привыкай к этому факту.

Я направился к выходу, всю дорогу чувствуя на себе отчаянный взгляд отца. Прежде, чем выйти за дверь, я глубоко вздохнул.

— Я приеду в гости Клифф Поинт, как только Колетт уедет. Тогда мы сможем увидеться.

Я не обернулся. Не мог встретить его полный надежды взгляд. Между нами еще далеко не все было решено, но он сделал первый шаг в мою сторону, и я не хотел оставлять его в подвешенном состоянии.

— С нетерпением жду этого.

— Лили, я понимаю, что ты злишься на меня, но я просто хочу знать, где Ева… я просто хочу поговорить с ней. — Я изо всех сил старался сохранять спокойствие, хотя быстро выходил из себя.

Лили стояла в дверях своей комнаты, скрестив руки на груди и сузив глаза.

— Я думаю, что время для разговоров прошло. Слишком поздно. — Она потянулась, чтобы закрыть дверь.

Я просунул ногу в щель, чтобы остановить ее.

— Еще не прошло… Ева сделала кое-что для меня… что-то очень особенное и смелое. Она сделала это, потому что еще не слишком поздно. Когда дело касается меня и нее, никогда не будет слишком поздно.

Лили закатила глаза.

— Легко делать такие громкие заявления мне.

— Я бы хотел сказать об этом Еве, но она не отвечает на мои звонки.

— Не могу винить ее. На ее месте я бы никогда больше с тобой не заговорила.

— И все же ты приняла своего парня обратно после гораздо худшего, — отметил я.

— Думаю, утверждение про «гораздо худшее» спорно, — крикнул Кейден из комнаты Лили.

Отлично, теперь она никогда не скажет мне, где найти Еву.

— Я потерял самообладание и отреагировал слишком остро. Я прибегнул к своим старым привычкам и оттолкнул ее, что было неправильно, но не непростительно… Ева простит меня, а ты будешь чувствовать себя дерьмово из-за того, что устроила мне разнос.

— Нет, не буду. — Лили улыбнулась и начала закрывать дверь. — Увидимся, Беккет.

— Кейд, помоги мне, — взмолился я.

— Не в моей власти, чувак, — донеслось до меня через щель, прежде чем Лили щелкнула замком.

Прекрасно. У меня не было никаких зацепок. После разговора с отцом я сразу начал искать Еву. Ее не было ни на работе, ни у Лили. Я проверил библиотеку и даже разыскал кое-кого из команды Ледовых див.

Я направился обратно в общежитие Геллионов, полный решимости забрать ключи от машины, чтобы ездить по окрестностям и продолжать искать ее.

В коридоре я столкнулся с Чейзом.

— Ты же не видел Еву? — спросил я у нового игрока Геллионов.

Он ухмыльнулся.

— Уже потерял ее, да? Я говорил это.

— Говорил что? — спросил я, гнев пылал во мне.

— Что ты быстро все испортишь. Она слишком хороша для тебя, Андерсон, это видно любому, у кого есть глаза.

Что ж, это, безусловно, было правдой.

— Без разницы. Если увидишь ее, позвони мне. — Я зашагал прочь.

— Неа, и не подумаю, — крикнул в ответ Чейз. — Вместо этого я просто предложу ей замену получше.

Я развернулся и в считанные секунды оказался рядом с ним.

— Что ты, блядь, сказал?

— Я сказал, что ты не заслуживаешь такую милую, хорошую девочку, как Ева Мартино, и не стоит утруждать себя спорами со мной, потому что мы оба знаем, что это правда.

— Разумеется, знаем, но ты забываешь кое-что важное… она тоже хочет меня, а Ева получает всё, что хочет.

Я отступил от Чейза и вышел из здания, его слова звенели у меня в ушах. Такая милая, хорошая девочка, как Ева. Она была хорошей девочкой. Трудолюбивой, доброй, сострадательной… куда хорошие девочки идут зализывать свои раны?

Домой.

Я не мог поверить, что дом семьи Мартино не был первым местом, которое пришло мне в голову. Ева и ее мама были очень близки. Разумеется, именно туда бы она и пошла. В ее убежище. Я не подумал бо этом, потому что дом был последним местом, куда пошел бы я, если бы нуждался в утешении.

Через пятнадцать минут я уже был у них на пороге и звонил в дверь, преодолев весь город с рекордной скоростью.