Мила Элмез – Ёлки, подарившие тебя (страница 8)

Накупавшись всласть, мы разложились на песке, как морские котики, поджаривая свои бока. День клонился к закату, народу становилось меньше, и ребята понимали, что пора бы уже уходить. Мы шли домой счастливые, а Тим не переставал на меня смотреть, пожирая взглядом. Я не выдержала и подошла к парню.

– У меня что, хвост появился или горб? Почему ты все время на меня пялишься?!

Ребята сильно загукали.

– Тимоша, она скоро тебя с живьем сожрет, как самка богомола, будь осторожнее, – Ден был слишком доволен всей ситуацией. Тимофей не на шутку смутился и, сказав пару извинений, засеменил рядом с Димой. Денис вальяжной походкой самца подошел ко мне.

– Тебе не кажется, что он просто запал на тебя? – смеясь, произнес парень.

Я взглянула на него и зло ответила, что мне этого не надо. Любовь для дураков. Мне не нужны были какие-либо чувства, так как я только недавно отошла от мальчика, который не отвечал мне взаимностью, а значит, я не хотела делать себе больно еще раз. Дениса очень позабавили мои слова. Он уверял, что я влюблюсь, даже не сразу поняв это.

– Поверь, крошка, ты еще, наверное, слишком мала, чтобы понять одну вещь. Мы все одинаковые, и какие бы ни были на это причины, любви до этого нет никакого дела. Она просто приходит и все.

Мы услышали крик Димы, говоривший нам, чтобы мы поторопились.

– Вы что, каракатицы, живее никак нельзя?

Предложив подумать над его словами, Ден взъерошил мои волосы и, улыбнувшись, побежал в сторону ребят, которые его ждали. Я шла сзади и думала. Вот, например, Лина и Дэн, им хватило недели, чтобы разобраться в чувствах и разбежаться, как в море корабли, а Диме и Кире так вообще два дня.

И что это за отношения и чувства? Просто детский сад, мне не нужны были все эти розовые сопли. Распрощавшись со всеми, я забрала Киру из объятий друзей и поволокла домой. Я размышляла вслух, не забывая спрашивать мнение подруги, каково это – любить? Она смеялась над моими мыслями, говоря, что это довольно серьезное чувство, и так просто его не объяснить. Когда мы пришли ко мне домой, развалившись на моей кровати с котом, моим любимцем толстяком Фарси, Кира с загадочной улыбкой спросила, понравился мне кто-нибудь из парней? О да, это был ее любимый вопрос.

– Эти парни меня нисколечко не интересуют, они отбитые на всю голову. Особенно твой бывший.

– Дима? Мне казалось, он довольно милый…

– Ты что, сумасшедшая? Улыбается как идиот, ходит вприпрыжку, постоянно ко всем лезет. И ты это считаешь нормальным?!

– Я поняла, что тебе он не нравится. А вдруг произойдет потоп, и ты поймешь, что он тот самый? Или, может, тебе понравятся белобрысые коротышки.

– Быстрее я стану балериной, чем влюблюсь в него. Он не в моем вкусе.

– Да-да, вкуса-то у тебя совсем и нет.

Я смеялась до колик в животе.

– Ты неисправима, – подумала я, сказав, что неплохо бы лечь пораньше спать, и, потушив свет, мы провалились в глубокий сон.

Глава 8

Мои друзья были простыми людьми со своими страхами и мечтами. Да, может, в их кошельках и звенело больше, чем у остальных, но это не делало их хуже или лучше других. Индивидуальные по-своему и хранившие свои скелеты в шкафу. Но никто не умел так изрядно повернуть все в свою сторону, как Лина Женкова. Будучи настырной, и немного своенравной по характеру, Лина отличалась довольно искусной формой выражения своих талантов. В свои пятнадцать с небольшим лет она стремительно поднималась по лестнице образования, вызывая гордость своих родителей.

Семейство Женковых было довольно обеспеченным. Мама – прокурор арбитражного суда. Веселая и немного взбалмошная дама отличалась глубокой проницательностью. Она была миниатюрного роста, с утонченной фигурой, короткими вьющимися волосами и большими серыми глазами. Отец – владелец крупных магазинов обуви «Каблучки». Статный загорелый мужчина средних лет, с русыми волосами и зелеными глазами. Он обладал довольно специфическими взглядами на мир, но никогда не забывал о любви к своей семье. Они баловали свою дочь постоянно, тем самым сама Лина никогда не знала, что такое голод и холод.

В фешенебельном особняке за городом Лина старалась быть первой во всем. В сфере английского и обществознания ей не было равных. Лучшие репетиторы города обучали ее. Родители были горды, что у них умная и прогрессивная дочь. Да вот только самой Лине было не всегда это нужно. Она любила учебу, но очень скучала по родителям. Осыпая дочь дорогим подарками, родители не всегда находили на нее время. В детстве мама подарила Лине маленькую гитару. Ребенок был в полном изумлении от маленьких струн и изящных росписей на инструменте.

– Когда-нибудь ты сыграешь для меня, малышка. Я буду слушать твои песни и вспоминать о тебе, – держа за руку девочку, женщина нежно смотрела в глаза дочери и ласково гладила ее по волосам. Лина, прижав к груди гитару, обещала маме, что сделает все, чтобы она была рядом и счастлива. Но шли годы. Лина научилась играть на струнном инструменте, да вот только ее маме было некогда слушать отрывки песен, лившихся из-под пальцев девочки. Она всегда пропадала дотемна на заседаниях, а отец был вечно в командировках. Гитара быстро ушла в долгий ящик, как и мечты самой Лины.

Почему я всегда в тени своих родителей… Я скучаю по ним, тяжело принимать, что они не могут находиться дома всегда. Рядом со мной…

Мечты о постоянстве дали ход выбору профессии на будущее. Девушка решила, что станет преподавателем английского языка, чтобы радовать других детей любовью и вниманием, которого ей самой не хватало. Лина стала понимать, что нет ничего важнее теплоты слова и ласкового взгляда. Всеми силами они старалась понравиться всем подряд. Она была веселой, доброй и открытой. Но в душе поселилась дикая печаль, которую я видела изредка в ее глазах. Она была с нами на одной волне, сердцем компании. Особенно Лине нравилось внимание молодых ребят, в частности, самого Дениса. Ей хотелось максимум внимания от парня ее грез. Она так давно мечтала об этом, что только из-за этого ввязалась в авантюру с клубом и карточным долгом. Но вот не всегда мечты оказываются теми, какими мы их видим в своей голове. Денис уделял внимание ей, но не так, как бы хотелось самой Лине. Будучи тихим и своенравным, он выражал свои эмоции незаметно для окружающих глаз. Девушке же было всегда мало, из-за этого ссоры были частыми и импульсивными.

– Крошка, мне кажется, ты слишком навязчива. Я тоже хочу погулять с друзьями. Не только с нашими.

– Дэн… Я все понимаю, но мы так мало проводим времени вместе.

– О чем ты?! Я целыми днями шатаюсь на елках. Меня уже начинает все бесить, особенно твои доводы, что мы мало общаемся.

Мы видели, как они ссорятся между собой. Я наблюдала за подругой и замечала ее слепое отчаянье. Она отворачивалась от нас, немного потупив взгляд, и, успокаиваясь, возвращалась к нам с довольной улыбкой на лице. В какой-то момент всем стало казаться, что мы лишние в их разборках, так как ругались они частенько.

– Все замечательно, я в полном порядке, – и, хватая нас за руки, тащила в местное кафе, дабы немного охладиться напитками.

– Лина, ты не должна держать в себе все эмоции. Это не закончится для тебя хорошо, – Дима смотрел ей в глаза, хило улыбаясь и пододвигая ближе ее любимое пирожное. Мы напряженно смотрели на блондинку, которая молча смотрела на стол.

– Я же сказала, что в полном порядке! Вам не надоело лезть в чужую жизнь? – и, резко отодвинув стул, убежала к выходу.

Мы были в замешательстве, но понимая, что бежать за ней нет особого смысла, остались на месте.

– Зачем она так реагирует на чужие слова? Просто дебилизм, что ей вечно хочется быть лучшей во всем! – Денис откинулся на кресле, поворачиваясь с Тине, и вопрошающе взглянул на Диму.

– Чужая душа – потемки… Если она не хочет говорить этого нам, значит, не готова, либо не хочет раскрывать душу остальным, – закинув ногу на ногу, блондин искоса посмотрел на меня. Потупив взгляд, я оглянулась на входную дверь. Мои мысли кричали о том, что надо догнать Лину и обнять, но я осталась сидеть, уйдя в свои мысли.

Мне искренне жаль, что она закрытая книга для нас…

Влетев к себе домой и чуть ли не сбив помощницу матери, красотка Женкова запрыгнула в свое любимое дизайнерское кресло. Слезы капали на новую блузку, но девушке было все равно. В ее руках была фотография маленькой девочки с отцом на рыбалке. Шмыгая носом, она пыталась собраться с мыслями. Ей так не хватало родных, и это убивало ее. Скатываясь с кресла на пол, девушка, рыдая, обнимала фотографию. Ей хотелось быть любимой. Просто быть с кем-то рядом.

Глава 9

На мгновение я закрываю глаза и вдыхаю морозный воздух. Немного озябшие пальцы проходят по коре деревьев, ведь я так давно не была здесь. Воспоминания уносят в прошлое. Тот яркий и насыщенный день лета, когда мы все наслаждались нашей недолгой, но счастливой жизнью подростка. Ребята любили поболтать о пустяках, но тема, которую они затронули, очень меня встревожила. Они обсуждали людей, которые умели видеть сквозь время, читать мысли, чувствовать этот мир иначе. Болтовня друзей сильно напрягала, ибо я хранила кучу секретов, которыми не спешила делиться. Ребята так увлеклись этой темой, что мне захотелось в один момент просто уйти, как вдруг Тина резко остановила меня.