Мила Элмез – Ёлки, подарившие тебя (страница 3)

– Кто это? – любопытство переполняло меня.

Он поднял руку, призывая к молчанию. Взяв другой лист, он улыбнулся краешками губ.

– Детка, принеси фломастеры. Они в шкафу на нижней полке.

С трудом отыскав их в огромном комоде, где царил беспорядок, словно в жилище заядлого холостяка, я заметила, что он уже закончил рисовать. Подойдя ближе, я разглядела очертания мальчика, который весело подмигивал мне с картинки.

– Я его разукрашу и тогда объясню, что всё это значит, – сказал он.

Вся эта ситуация меня ужасно пугала. Сев рядом, я наблюдала, как он тщательно закрашивает фломастером волосы, глаза и одежду паренька. Закрасив глаза и верхнюю одежду голубым цветом, он оставил нетронутыми его волосы.

– Почему ты не закрасил? – удивилась я.

Положив фломастер на стол, он посмотрел на меня и улыбнулся.

– Марго, помнишь, в наши первые встречи ты говорила, что одинока?

Я кивнула.

– Придет день, и ты окажешься среди этих молодых ребят. Тебя будет окружать множество деревьев, но это будет не лес, а словно пересеченная местность с елями и камнем. Тихая и непринужденная атмосфера этого места будет поглощать тебя и придавать силы. Оно будет будоражить все твое внутреннее чутье. Там ты преобразишься и станешь самой собой.

Я смотрела на него, вспоминая цифры, связанные с психиатрической больницей. Увидев мой взгляд, он молча встал и подвел меня к листам для рисования.

– Я понимаю, что это звучит странно, но поверь мне. Я уверен, что ты встретишь своих друзей именно там. И не только друзей.

Сморщив лоб, я перевела взгляд с листка на мужчину, который пытался приготовить кошачий корм в микроволновке. Он смотрел на меня с нежностью и одновременно с грустью. Аларик достал второй листок и, указав на парня в синем, прошептал:

– Этот молодой человек изменит твою жизнь. Неважно, кто этот парень, он будет именно таким, каким я его увидел. Он откроет в тебе твои силы. Ты станешь настолько сильной, что сможешь совершать необъяснимые вещи. Но будь осторожна: эти люди придут в твою жизнь не просто так. Они станут уроком, который ты должна усвоить. И затем ты сможешь расставить все по своим местам.

Взяв рисунок, я попыталась понять, знаю ли я этого парня. На мой взгляд, он был похож на слащавого придурка, но ничего не приходило в голову.

– Я не знаю этих людей. Мне все равно, кто они и что из себя представляют. Я не хочу быть в центре внимания, мне не нужно много друзей.

Аларик, взяв меня за руку, пытался успокоить.

– Маргарита, ты встретишь не только друзей, но и первую любовь. Ее ты узнаешь по прикосновению. Это будет ток, от которого в венах застынет кровь. Такой удар, что твое тело начнет неметь. Каждая клеточка твоего мозга на мгновение похолодеет. И только тогда ты откроешь настоящую магию. И обретешь ту силу, которая должна пробудиться именно с этим прикосновением.

Вспомнив про Максима, одноклассника и первого красавчика школы, я задумалась. Ведь, по сути, он был моей первой любовью. Он божественно красив. Темные волосы, немного прищуренный взгляд карих глаз и изумительное тело. Естественно, он не обращал на меня внимания. И все время сторонился меня, ведь я смотрела на него постоянно как идиотка. Но я ни разу не чувствовала никаких импульсов или тока. Сплошную тоску и все. Взглянув на меня, учитель повторил:

– Это не тот молодой темноволосый парень, которого ты показывала. Нет. Он будет другим. Совершенно другим. Он будет отличаться своим, как бы это попроще сказать, шармом. Ты почувствуешь эту силу. А пока, – взяв рисунки, он начал их рвать прямо на моих глазах, – никто не должен знать об этом. И нажав на моей шее какую-то точку, я провалилась в глубокий сон.

Очнувшись уже дома, я пыталась переварить то, что сказал мне Аларик. Елки, какие-то прикосновения. Чушь собачья. Через пару дней я узнала, что мой учитель уехал обратно на родину в Грузию. Я плакала несколько дней подряд. Мы даже не попрощались. Но его слова отложились в моей голове. Я ждала тот день, когда рисунки станут явью, ведь я понимала, что тому, кто обучал меня магии, точно нечего скрывать.

Глава 3

В последнее время мне было очень тяжело. Я постоянно оставалась наедине со своими мыслями и чувствами, ругая себя за то, что отличаюсь от других. Мне казалось, что меня не принимают и не дают возможности раскрыть свой потенциал. Я чувствовала себя белой вороной.

Единственным человеком, который всегда был рядом, была моя подруга детства Кира. Она жила в другом городе, но всегда приходила на помощь, независимо от того, находились мы рядом или нет. Наши мамы начали общаться ещё тогда, когда у нас выпадали молочные зубы. Мы были совершенно разными, но это не мешало нашей дружбе. Мы часто ссорились, дрались и кусались, но это только закаляло нас. С каждым годом мы понимали, что не сможем друг без друга, и пообещали, что никогда не расстанемся, кто бы ни пытался нас разлучить.

– Обещай, что мы навсегда останемся лучшими подругами?

– Клянусь! – мы сжали в кулак маленькие ладошки и, глядя друг на друга, были едины.

Когда Кира приезжала на летние каникулы, это был единственный лучик света в моей серой жизни. Я мечтала, чтобы моя единственная подруга переехала ко мне в Ставрополь, но это было невозможно. Оксана Рыкова, мама Киры, работала в школе сутками напролёт, чтобы заработать на дом и обеспечить им с дочкой комфортную жизнь вдвоём.

Родители Киры развелись еще в молодости, и ее отдали на воспитание бабушке. Она жила в Санкт-Петербурге, который ей нравился, хоть и скучала по дому. Кира мечтала вернуться, и судьба услышала ее. Подруга переехала в Ставрополь раньше срока из-за смерти бабушки, оставив её в смятении. Ей было тяжело показать свои чувства, но я знала, что она глубоко ошарашена. Она долго смотрела на закаты солнца, сощурившись, и думала о прошлом.

– Эй, сестренка, все в порядке?

Мы называли друг друга негласно сестрами, чтобы проще было объяснить, кто мы друг другу.

– Не трогай меня, и без тебя паршиво, – она давила в себе ту боль, что копилась в ее душе.

Она была полностью подавлена, ведь в Питере у нее были друзья и ее парень. Я грустила вместе с ней, но внутри меня нарастало счастье от того, что я больше не буду одинока. Тем более у меня начинались новая жизнь и школа. В первые дни я полностью замкнулась в себе. Поначалу было трудно влиться в коллектив, но со временем все стало намного лучше. Новые одноклассники никогда не давали мне горевать, и я постепенно окунулась в насыщенную школьную жизнь.

Впоследствии я обзавелась парочкой подруг, но все же не было никого, кто был бы ближе Киры. Она поселилась в нашем доме вместе со своей мамой и пошла вместе со мной в одну и ту же школу. Подруга быстро освоилась на новом месте и завоевала хорошее отношение со стороны одноклассников, особенно со стороны парней, чему я не была удивлена. У нее был дар завоевывать чужие сердца, особенно мужские. При этом матушка природа не забыла щедро одарить ее стройной фигурой и глазами цвета сирени в обрамлении густых ресниц.

Ох, сколько побед одержаны этими самыми глазами. Конечно, как бы Кира ни была красива, она не могла найти человека ближе, чем я. Я была той, чье имя всегда на ее устах. Ведь ей было не так легко находить друзей из-за сложностей в характере. Слишком любила себя. Так или иначе, у нее получилось завоевать авторитет, тем самым помогая мне не забиться в угол. Тяжело, когда ты человек, который вечно пытается найти друзей. Но еще паршивее, когда ты человек, вечно попрекающий себя. Меня это всегда бесило. День за днем я готовилась к экзаменам, стараясь не думать о новой школе. О сумасшедшей и насыщенной суете дней. Как бы мне ни было в новой школе легко, я не чувствовала себя уютно в ней до конца.

Лето приближалось. Моя мама решила, что на летние каникулы надо отправить меня в летний лагерь. Чтобы я перестала думать, что моя жизнь отвратительна и что надо жить дальше. Даже если нет друзей. Для меня это заявление было шоком. Ведь я уже распланировала свое лето.

– Я никуда не поеду! Я же сказала, мы с Кирой будем зависать на нашем месте возле центрального пруда.

– Мое слово – закон! Или тебе напомнить, какие головные боли ты пережила за последний год? Ты едешь, и точка! Мать свою слушать надо.

– Ты все время всё портишь! – я была зла на маму, но деваться мне было некуда.

Яростно захлопнув дверь в свою комнату, я кинула в стену книгу, которую только начала читать. Бедная Маргарет Митчелл, она бы в гробу перевернулась. Меня съедал гнев. Я хотела провести лето с Кирой. Сидеть и смотреть разные сериалы по телику, загорать на песчаном пляже и ловить восторженные взгляды парней. Но, как всегда, мои мечты рухнули в одночасье. Сколько было скандалов, но все тщетно. Едешь, и точка. Мои нервы и так были на пределе из-за экзаменов, но Кира сказала, что это классно и что я могу там наконец-то найти парня.

– Марго, это же замечательно! Ты обязательно встретишь парня, а может быть, и не одного. У тебя закрутится роман с каждым из них, и наконец-то ты научишься целоваться. Мне так стыдно, что до сих пор никто не смог тебя поцеловать. Ты же не уродина. Вроде как.

– Ну спасибо, Кирусь, ты умеешь поддержать, – с этими словами я закинула последние джинсы в сумку и с силой захлопнула ее.