Мила Дали – Предатель. Вернуть любимую (страница 27)
— Ладно.
На таких условиях я готов забрать презент. Однако Арина уходить не спешит. Вытягивает свою руку, просяще заглядывает в глаза.
— Тебе чаевые нужны? — ухмыляюсь и свободной рукой тянусь в карман, кажется там завалялась наличка.
Но рыжая отмахивается от купюры и быстро поворачивает мою ладонь. Сильнее вывернув ее, принимается что-то рассматривать и водить ногтем по линиям.
— Ты что делаешь?! — вскипаю я и резко выдергиваю руку из ее холодных пальцев.
— Я смотрела, чем все закончится, — испугавшись реакции, оправдывается она.
— Чокнутая! К психиатру сходи! — направлюсь в кабинет. — А из моего офиса проваливай.
Этими сказочками и колдовскими штучками пусть Бельскую впечатляет, а я в такую херню не верю. Будущее определяешь ты сам, и только от твоих решений оно зависит, а не от каких-то линий на руках…
Ставлю коробку на стол в кабинете и бросаю взгляд на часы — до встречи с клиентом еще двадцать минут.
Приземляюсь в кресло.
Признаться, меня очень удивил такой шаг от Бельской. Особенно после того как она катком проехалась по моему самолюбию в отеле, швырнув деньги как продажному кобелю. Мне это жутко не понравилось, и первой реакцией был гнев.
Но я понимаю, что моя Рита на такое бы не решилась — это в ней взыграла школа Кирияновой. Ведь Рита еще молода, жизненного опыта мало. Она податлива, как глина. Лепи из нее и лепи что нужно.
И я делал это — лепил под себя, как Пигмалион Галатею, пока мое безупречное творение не попало в цепкие когтистые лапы Эльвиры. Эта тетка ненавидит мужчин, под ноготь их загоняет. Генеральша в юбке. И стала она такой после личной трагедии.
Много лет назад Кириянова очень сильно любила своего мужа. Но пока рожала ему сына в роддоме, тот загулял с любовницей. На выписку не явился. А по возвращении Эльвиру ждал страшный удар — муж не признал ребенка, выгнал ее без денег с младенцем на руках на улицу.
И с тех пор Кириянова превратилась из любящей женщины в бессердечную железную леди. Начинала карьеру с простой швеи, но в жажде отомстить бывшему и утереть ему нос добилась невероятных успехов. Родных детей больше не рожала и замуж не вышла.
И вот с такой бескомпромиссной особой тесно общается моя Рита. И от Лили я узнал, что они не просто сотрудничают… Кириянова приютила Риту.
Подступиться к ней теперь гораздо сложнее. Мало того, что Рита взлетела высоко, став моделью, так еще и советчицу заимела. Стерву.
Потянув за кончик алой ленты, развязываю бант.
Едва узел ослабевает, стенки коробки раскладываются в разные стороны, и я вижу белый гипсовый слепок… самого эротичного участка женского тела…
И я сразу же узнаю, кому он принадлежит. Кровь в венах вскипает мгновенно. Приливает к лицу и паху. Облокотившись на стол, закусываю собственный кулак, не сводя взгляда с этого произведения искусства.
Неожиданно. Охренеть просто.
Провожу кончиками пальцев по гипсовым складочкам и улыбаюсь. Широко.
Вот так Рита… приятно удивила. Красиво и будоражаще напомнила о себе.
У меня сердце заколотилось чаще, а душа настойчиво потребовала продолжения праздника. В кабинете такую красоту не поставить — люди не поймут. Домой заберу и поставлю в спальне. Пусть хотя бы гипсовая частичка моей девочки остается всегда со мной.
Буду смотреть на нее и релаксировать, вспоминать о своей еще одной важной цели. Теперь уж точно не забыть. Может быть, сорвусь на грешок и подрочу…
Идей на этот счет возникает много.
Беру телефон и захожу на страницу Риты с фейка — заблокировала мой основной аккаунт сразу же, когда я на нее подписался. Вот и пришлось создавать левую, хотя раньше я подобной херней не занимался.
Вижу свежее фото из Модного дома, опубликованное полчаса назад. Глажу ее пальцем через экран. Красавица моя. Самая лучшая на свете. И подарок твой мне вкатил. Угадала, в самое яблочко попала…
Облизнув на рефлексах губы, откладываю смартфон в сторону. Нажимаю на кнопку селектора и вызываю по громкой связи секретаря.
— Лара, закажи букет. Только не розы.
— Поняла, Мирон Олегович. Куда отправляем?
— В Модный дом Кирияновой. Хм… — снова разглядываю слепок. — И коробку клубники в белом шоколаде. Все для Маргариты Бельской.
— Открытку от вас подписать?
— Нет. Пусть там будет написано «Спасибо за подарок. Мне было очень сладко».
Глава 31
Рита
— Ох уж эти тайные поклонники! — смеется Эльвира, когда курьер заносит клубнику и цветы.
— От Мирона комплимент, — ухмыляюсь я, выдернув из букета открытку.
— Суворовы в своем репертуаре. Сначала накосячат, потом жилы рвут, — вздыхает Кириянова. — Помню, провинившийся Захар заказал для жены полсотни букетов из белых лилий. Наш Модный дом после его финта на неделю превратился в благоухающий цветник. Теперь вот Мирон. Платье купил, цветы, клубника. Я бы с интересом понаблюдала за его трепыханиями и дальше, однако его положение кардинально отличается от положения Захара…
Я стискиваю зубы и прожигаю глазами стену.
— Намекаете на беременность Виталины?
— Да. Ты жестко поступила, когда ответила на звонок с телефона Мирона. У нее все-таки не то сейчас состояние. Надо было ограничиться на показе. Виталине бы сполна хватило моего приглашения и того, что она здесь увидела.
— То есть я должна заботиться о ее настроении? Жалеть ее?
Не успев переключиться эмоционально, перевожу полный огня взгляд на Кириянову. Сколько раз по моим чувствам топталась Лактионова? Думала ли она в те моменты, что я тоже могу быть в положении?
Впервые за все время нашего знакомства Кириянова не выдерживает зрительный контакт и сдается первая, опустив глаза.
— Страшный ты человек, Марго, — вроде бы в шутку заявляет она.
— Ничего ужасного я не сделала, просто вернула долги. Извините, мне пора на примерку. — И, бросив цветы на стойке секретаря, направляюсь к лестнице.
За грудиной все еще полыхает огонь. Я не плохая. Нет. Я все та же Рита Бельская…
— Марго! — На втором этаже меня встречает наш стилист Эрик — низенький эпатажный мужчина в шелковой рубашке лимонного цвета и голубых расклешенных джинсах. — На новом показе у тебя будут два наряда с закрытым горлом, так что длинные волосы в таком сочетании неуместны. После примерки загляни ко мне, пора обновить тебе имидж.
— И каким же это образом? — замедлив шаг, интересуюсь я.
— Стрижка каре. Иные варианты исключены. Я вижу тебя только так.
— Нет, — отказываюсь тут же.
— В смысле? — суетливо обогнав меня, преграждает путь, вынуждая задержаться и обратить на него взгляд.
— Я даже матери родной не позволяла состригать мне волосы, а тебе тем более. Придумай что-то другое.
— Не наглей, Марго, — шипит он, прищурившись. — Ты контракт подписала, по условиям которого даже брови не можешь теперь выщипывать без моего ведома. Мне как топовому стилисту определять, как ты должна выглядеть. Захочу — с красным ёжиком на голове завтра же ходить будешь. Так что будь милой и послушной девочкой. Не забывай кто здесь Царь и Бог.
Я его не боюсь. Мне некого бояться, потому что терять нечего. Так уж получилось.
Наклоняюсь поближе к Эрику:
— Царь и Бог, значит? Повтори это Эльвире…
А затем снова выпрямляюсь и становлюсь выше Эрика на полторы головы. Обогнув его, шагаю в примерочную.
— Не девушка, а волчица, — бухтит мне в спину.
— Что поделать, — не оборачиваясь, бросаю я. — Время сейчас такое: человек человеку волк! — и скрываюсь за дверью.
В первое время работы в Модном доме у меня сложилось впечатление, что здесь уютная атмосфера и все относятся друг к другу по-семейному. Но позже это впечатление рассеялось. Конкуренция — вот что тут царит. Особенно среди моделей.
При Кирияновой они общаются как лучшие подружки, но за глаза конфликтуют, разбившись на два лагеря, которые я прозвала «молодые» и «старые».
Старые потому что их возраст от тридцати и больше и сотрудничают они с Эльвирой давно, в отличие от «молодых». Из двадцати «ангелов» их осталось девять, остальных по разным причинам заменили «молодые».