Мила Дали – Измена. За что ты так со мной (страница 35)

В ее глазках загорелся огонь, едва она поняла что где-то рядом есть не только богатый, но и щедрый мужчина. Она, скорчив свою отрепетированную физиономию невинной овечки, только и поглядывала на Расулова. Может быть, даже позавидовала мне. Так ей и надо!

— Ладно, Кать, отвезу тебя домой, — Давид тянет руку к машине, чтобы открыть мне дверь, но отвлекается на шум.

Я тоже слышу какой-то хлопок. Поворачиваюсь. Как оказалось, бахнула дверь заведения от того, что Тим слишком резко ее толкнул.

— Катерина! — строго кричит он и размашисто идет к нам. Вид у Тимофея более чем недовольный, даже злобный. Он смотрит только на меня, а Расулова словно не замечает. — Как это понимать? Ты еще не развелась, а уже шатаешься по ресторанам! Позорище! Как мне тебя теперь называть?

Хочется схватиться за голову. Мне правда стыдно.

Но не потому, что я считаю себя легкомысленной девицей, мне стыдно от того, что Тим закатывает сцену перед Расуловым…

А о своей измене и что он эту свою профуру еще и привел в нашу квартиру, из которой меня выставил, он и думать забыл? То есть мне новую жизнь строить нельзя, надо до конца дней носить траур жены, которой изменили, а Тимофею можно наслаждаться с другой, брать ее в жены, воспитывать с ней детей. И это, по его мнению, совершенно нормально!

— Рот закрой, — за меня отвечает Расулов.

— А вы, мужчина, не вмешивайтесь! Это не ваше дело! — возражает Тим. С незнакомыми людьми он привык общаться деловым тоном. — Мне нужно поговорить со своей женой!

— Так подойди и забери ее у меня.

Тимофей мнется, а я напрягаюсь до последней мышцы на теле.

— Кать, отойдем в сторону, — говорит муж тише.

— Нет, — мотаю головой.

И на метр от машины не отойду с этим предателем.

Дверь снова отрывается, и из ресторана выходит Кристина.

— Тимоша, ты куда убежал? — визгливо спрашивает она и вертится по сторонам.

Заметив нас возле машины Расулова, заостряет взгляд на Давиде, а не на своем любимом Тимоше.

Стискиваю челюсть. Кристина снова пытается стрелять глазками. Это уже не совпадение, а закономерность! Ей что, важен процесс отбивания у меня мужчин? Честное слово, меня это злит!

— Кать, давай отойдем в сторону и поговорим? — повторяет просьбу Тим.

Игнорирую его и поднимаю взгляд на Расулова.

— Поехали отсюда.

Давид открывает для меня дверцу, и только я собираюсь сесть в машину, как Тимофей все же решается подойти ко мне ближе. Он встает возле распахнутой двери, наклоняется в салон и пытается выдернуть меня на улицу.

О беременной его ребенком Кристине Тим, похоже, думает сейчас в последнюю очередь.

— Я же сказал: нам надо поговорить. Ты с каких пор такой дерзкой стала, а? Забыла кто ты?

— Тимоша, а я не поняла, зачем тебе Катя? — фоном слышится голос Кристины.

Но Тимофей будто оглох. Он пытается поймать меня, но ловит руками лишь воздух, потому что Давид хватает его за шкирку, оттаскивает из своей машины и бьет Тима кулаком в лицо.

Тимофей сгибается, прикрывает руками лицо, кричит что-то невнятно. Кристина визжит, подбегает к нему.

— Из-за какого-то сломанного носа такой ор устраивать… — укоризненно качает головой Расулов, садится в машину и заводит мотор. — А теперь выкладывай начистоту, Катя, что за отношения у вас с мужем? Почему он позволяет себе хватать тебя, если вы расстались? И кто та некрасивая девушка, что была с Демидовым? Его любовница?

В смысле некрасивая?

Кристина — та дрянь, которая без труда увела у меня мужа. Не значит ли это, что она должна быть во всем лучше меня? По крайней мере, обладать какой-то особенной внешностью, которая цепляет мужчин?

— Как ты ее назвал? — удивленно спрашиваю Давида.

— Кого?

— Ну… ту брюнетку в сарафане. Ты сказал, что она некрасивая.

— То есть из всего того, что я успел спросить, ты запомнила только это? Ладно, если тебе это так важно, то да, девушка видится мне совсем не привлекательной. Чисто моя вкусовщина, — притормаживает на светофоре. — Так что там с честными ответами на вопросы?

Буравлю взглядом лобовое стекло.

— Не только из-за нее распалась наша семья, а потому что Тимофей оказался неблагодарным, неблагородным человеком. Я измен не прощаю. Поэтому, как только подловила его на интрижке, сразу же собрала вещи и ушла. И права на амнистию Тимофей никогда не получит, — говорю сухо.

Конечно, на самом деле все было не так.

Поначалу у меня возникали бредовые мысли о сохранении семьи, и если бы Тим сразу раскаялся, возможно, я бы его и простила… Понятия не имею, как бы потом жила, но простила бы. Ведь чувства тогда еще не остыли. Я его любила.

Но муж сделал все, чтобы разрушить нашу любовь. И даже после этого я не ушла, а вынужденно проживала с ним какое-то время, потому что у меня элементарно не было денег!

А Расулов пусть думает, что я при таких ситуациях сразу же хлопаю дверью и не слушаю оправданий. Он должен знать, как со мной можно поступать, а как нельзя.

Мой телефон в кармане вибрирует. Достаю его. На экране высвечивается сообщение от незнакомого абонента.

«Сволочь ты, Катя. Не успела от меня уйти, а уже в койку к другому прыгнула. Я-то думал, что ты порядочная, верная женщина, но оказалось, ты лярва. А может, не я один такой мерзавец? Может, и ты налево бегала, пока я был на работе? Просто я попался первым, и теперь ты выставляешь меня исчадием? Я разочаровался в тебе, женушка. Ты хотела развода? Ты его получишь! Такого я тебе никогда не прощу!»

Не знаю, смеяться или плакать…

Во мне вспыхивает недовольство, но я быстро вспоминаю из-за кого злюсь — из-за недостойного человека.

Пусть теперь Кристина тратит нервы на него.

— Что-то случилось? — спрашивает Давид.

— Ничего криминального. Просто Тимофей нагадил… буквами.

— Мне развернуться и еще раз ему нос сломать?

— Нет, не нужно. Много чести ему.

Телефон в руке вновь загорается. Должно быть, Демидов, не дождавшись реакции, решил снова мне написать.

«Все равно так, как я, тебя никто больше не полюбит. Ты хоть отдаешь себе отчет, с кем ты связалась? Сегодня он ударил меня, а завтра по лицу получишь ты. Катя, где твои мозги? Он же ненормальный, агрессивный отморозок!»

Ухмыляюсь одним уголком губ и быстро стучу по экрану смартфона пальцами, набирая сообщение Демидову.

«Зато ты воспитанная тварь».

После чего выключаю телефон и прячу его в сумку.

Так незаметно заканчивается дорога до дома, что мне становится немного грустно. Еще и муж украл несколько минут моей жизни, которые я бы могла провести с Давидом.

Расулов притормаживает возле моего подъезда.

Поворачивается ко мне всем телом и берет за руку. Неожиданно. Давид для себя, кажется, уже все решил. Переплетает наши пальцы. Уф! У меня горят щеки, а ладошки, наоборот, леденеют от волнения.

— Сегодня ужин сорван, — заявляет Давид. — Предлагаю сделать второй дубль. Как насчет встретиться завтра? Я позвоню.

Мой пульс учащается. И это нормально для меня… наверное… Я не помню, чтобы рядом с Давидом мой организм вел себя как ни в чем не бывало.

Слова «звони в любое время. Буду ждать» так и рвутся наружу.

Это мои третьи отношения с мужчиной.

Сначала у меня была невинная школьная дружба, потом сразу Тимофей. А теперь вот Расулов.

К Тимофею я бежала без оглядки, когда ему было удобно, откладывала все дела, лишь бы увидеться с любимым.

А с Давидом так себя вести мне что-то мешает. Он ни в чем не виноват, но мне больше не хочется слепо бросаться к мужчине по первому зову и соглашаться со всем, что он скажет. Может быть, виной тому прошлый неудачный опыт?

— Хорошо, Давид, если завтра Кириянова не завалит меня работой, то мы увидимся.