Мил Рэй – Развод. Шанс на счастье (страница 43)
- Хорошо. Я справлюсь, - голос колеблется, дрожит.
Разворачиваю ее к себе, меняя положение хрупкого тела Снежинки.
- Ты мастерски меня выводишь! Какого черта ты на все соглашаешься?! Я не марионетку в дом привел, да и ты не такая! Что случилось? Почему ты молчишь и нарочно уходишь от разговора? Я ведь вижу, что что-то не так! – взрываюсь.
- Архип продает мою фирму…
Млять.
Молодец, Ребров. Хотел получить ответ и получил…
Подбородок Снежинки вздрагивает, губы подскакивают, делая арку Купидона еще выразительнее. Она плачет тихо, беззвучно. Меня женские слезы парализуют, выводят из себя так сильно, потому что сделать ничего не могу.
В порыве, сжимаю ее в руках и припечатываю к груди. Внутри бушует чувство страха.
Значит, гребаный бывший муж решился... А я надеялся, что это просто развод на бабки и он никогда не продаст ивент-агентство.
- Прости, я… Затянул с процессом. Выискивал в твоем деле подводные камни, - выдавливаю, глотнув комок, застрявший в горле.
- Я тебя не виню. Он не зря отобрал у меня фирму. У Солоницкого долги. Он брал деньги у инвесторов под проценты, мудак. Конечно, агентство и мое доброе имя ему не нужны. Он выручит за него гроши, но убьет то, чем я так дорожила, то, что строила по кирпичику! Мне так жаль... - всхлипывает часто няня.
- Не переживай Снежана и не рви душу из-за мудака. Пока меня не будет Зотов будет гонять по судам. Мы уже обжалуем решение, - говорю и правду и вру одновременно.
Правда в том, что документы я подал. А неправда в том, что это не гарантирует положительный результат.
Скорее всего, Снежа останется без фирмы, так как по документам ее владелец только Солоницкий.
Я пытаюсь ей все объяснить. Она говорит, что свекровь и ее муж настояли, что все будет записано на их сына. Снежа сопротивлялась, в итоге (якобы) фирма стала принадлежать ей. Сейчас разобраться в остатках документов и понять, что оригинал, а что подделка - почти нереально.
Я читал до мигрени их дело. Я бы все оспорил, провел почерковедческие экспертизы всех доков, где стоит подпись Снежинки. И я это сделаю...
- Я такая дура! Он часто подходил ко мне с документами, говорил, что они имеют отношение к ипотеке на нашу квартиру. Я порой была уставшая и ничего не читала, - плачет на моей груди.
- Нет, Снежана. Это делается не так. Все равно, фирма была создана в период вашего брака. Но муж делал взносы в уставной капитал, - дальше стараюсь в двух словах объяснить курс гражданского права.
- Андрей, я... я ему верила, думала, он меня любит, а он... Боже, я не понимаю, зачем ему Дина? Зачем он отобрал фирму, ведь мы могли просто развестись!
Снежинки ловит языком слезинки на губах, вытирает пальчиками горькие капли с щек. Она смотрит на меня так, что я сам себя ненавижу за вранье.
- Скажи, Андрей. Можно ли как-то наказать тех, кто ему помог? Ведь у него был адвокат. Я вспомнила, что у меня даже бумажки с его данными есть. Он ведь работает в какой-то фирме? Можно написать на него заявление в Прокуратуру? Ведь они мошенники! Они с Архипом у меня все нечестно отобрали!
Последние слова ее фразы растворяются во влажных всхлипах.
Плечи Снежинки пробивает крупной дрожью. Я схватываю ее сильнее, придавливаю к груди, как медведь наивную Машу. Только я не положительный герой в данной ситуации, от этого в душе застревает камень вины перед Снежей.
Она ведь из-за меня плачет.
- Снежана, я найду всех. Я… - запнувшись. – Узнал, что бывший адвокат твоего мужа сбежал заграницу. И по этому поводу я тоже еду в командировку. Мне нужно с ним разобраться лично, а не дистанционно.
- Почему? – поднимает глаза Снежинка.
- Он тоже работал в моей фирме. Я тоже имею к этой истории непосредственное отношение, - тактично выдаю половину правды.
Но на минном поле не бывает безопасных тропинок.
Или все, или ничего.
Или правда, или я погрязну во лжи и потом хрен знает, как выбраться из этого капкана.
Я делаю вдох.
Взмах ее ресниц отмеряет секунды.
Думаю, что сейчас Снежинка покажет характер и рванет, разбив нашу связь навсегда.
Но нет.
Снежана снова облизывает губы с блестящими капельками слез.
- То есть, это твоя фирма занималась разводом? Моим разводом с Архипом? – часто моргая, говорит.
Что мне, мля, остается?!
- Да, Снеж. Это я тот мудак, который тебя всего лишил.
Глава 33
Сил не хватало дышать, легкие обжигало огнем, а в груди кольнуло от испуга.
Я сморгнула несколько раз, не в силах проронить и слова. Андрей смотрел на меня, касался ровным, но виноватым взглядом.
- Нет. Нет, - мотаю головой. – Это же твой работник. Не ты? Ты… не мог.
Черные омуты Реброва стали просто непроницаемой бездной.
- Снежана, фирма моя. Он мой сотрудник. И я с ним разберусь, обещаю. Это дело чести, девочка, - в голосе Реброва улавливаю странные ноты.
Он раскаивается. Искренне.
Винит себя за то, что не делал.
Андрей для меня стал просто рыцарем. Хотя, он и до этого был таким. Уже не один раз он спас меня и выручил из беды.
Наши непростые отношения, его брак с Полиной и их секс (под вопросом) не могли обнулить то, что я испытывала к нему.
- Андрей, не надо так. Ты руководитель, но этот урод пошел на подлог документов! Сто процентов, Архип ему заплатил! Это незаконно, и ты… не при чем, - выдавливаю через улыбку, глядя в глаза адвокату.
Я должна была кричать, устроить скандал, но я понимала: если он мне не поможет сейчас, то мое ивент-агентство уйдет с молотка. Мой муж не пожалеет меня и продаст «Праздник и Ко».
Я надеялась на Реброва, а он говорит сейчас такое…
Андрей быстро мне все объясняет, старается ретироваться. И я ему верю.
- Снежана, я не святой. Но… Это адвокат виноват. Он получал деньги от Архипа, и я докажу это. Мы уже обжалуем решение. Не переживай, ты можешь верить мне, девочка, - успокаивает меня.
Помолчав минуту, Ребров говорит, что фирму нельзя продать, так как она получена мужем незаконно. Но нужны дни. И это меня убивает.
- Хорошо, я буду ждать. Мне ничего другого не остается…
Наши взгляды переплетаются.
- Ты хочешь еще о чем-то поговорить? – непонимающе, спрашиваю.
- Да. Скажи, почему ты не родила для мужа? Солоницкий мне многое наговорил в ту, нашу встречу.
Не помню, чтобы между ними были какие-то откровенные беседы. Но молчать не могу.
Закусив до боли щеку, я вздыхаю.
Трудно говорить на такие темы. Я обожаю детей, но врачи уверенно говорят, что их у меня не будет…
- Мой диагноз не слишком радостный, особенно для молодой женщины, - боль сковывает меня и не дает раскрываться.
- Вы пробовали что-то?
Нет.