Мил Рэй – Измена. Два чуда для предателя (страница 9)
Глава 8
– Мамочка, прости нас! Мы не виноваты! – две пары голубых лучистых глаз смотрят на меня.
Доченьки держат меня за руки, смотрят снизу верх так жалобно, что не могу на них злиться.
Крохи у меня непоседливые, но назвать их избалованными, язык не поворачивается.
Стена гнева вырастает к Ольге Юрьевне. Я отрыто говорю, что это она виновата и расскажу Вячеславу Андреевичу, если он еще не в курсе.
–Мам, все в порядке. Нас спас наш папа!
Слово «па-па» из уст моих девочек как удар под дых…
Малышки никогда не знали отца.
Ярин расстался со мной некрасиво. Даже смс-ку не написал, кинул в черный список…
Мужчина из моего прошлого. Моя боль, самая большая любовь. Ни одного мужчину я не смогла так полюбить, как когда-то любила этого мерзавца.
Он изменил мне, так безбожно и жестоко предал.
Мой муж вернулся к бывшей, она ждала ребенка…
Рвано глотаю воздух.
Заставляю воспоминания остановиться.
Это было слишком давно, чтобы у меня сейчас даже мускул на лице дернулся.
Но девочки с таким жаром говорят о каком-то «виртуальном» отце, что невольно принимаю их слова за правду.
И, поддавшись эмоциям, упускаю из вида Ольгу…
Ольга Юрьевна бесцветной тенью ползет вдоль стены к своему кабинету.
Мне жалко ее, как женщина я понимаю мою коллегу. Но то, что ее кто-то бросил не позволяет ей так бессовестно бросать моих детей.
– Что там за папа, крошки? – сглотнув, перевожу на них взгляд.
– Наш папа снимался с ними в ролике, – говорит Аделина.
Они переглядываются как добрый полицейский и злой.
– Мама, а почему ты не сказала, что папа кинозвезда? – смеется Полина.
Я решительно не понимаю, о чем они говорят.
Пока мы идем к моему кабинету, девочки делятся впечатлениями о том, как прошла их первая в жизни рекламная съемка.
В рассказе мелькают подробности о встречи с каким-то мужчиной, который по сценарию был их отцом.
Личность заказчика мне неизвестна. С ним напрямую общался Вячеслав Андреевич.
– Нам тетя сказала, что мы так сильно похожи, как настоящие папа и дочки, – со звонким смехом, выдает Полина.
Я покрываюсь льдом, сжимаюсь в кокон.
– Как же вы оказались на парковке? – спрашиваю у дочерей.
– Оля сказала, что мы идем к машине, а Марина Борисовна была в туалете. Мы пошли, а она нас бросила.
Злость черной змеей пробегает по всем нервным клеткам, прикусывая.
Для Ольги нет оправдания, и я буду требовать, чтобы Слава не оставил эту ситуацию просто так, не спустил на тормоза.
Не успеваем зайти, как в дверях вырастает высокий атлетичный силуэт моего босса.
Первые же его слова вводят в ступор. Он ругает девочек.
– Вы что там устроили?! Аделина, Полина, неужели нельзя было час обойтись без баловства? Хорошо, что съемка закончилась. Вы чуть все не угробили! – краснея, раздувает ноздри шеф.
Девочки в замешательстве жмутся ко мне, как два нашкодивших котенка.
– Мы не виноваты, – пищат вдвоем.
Я инстинктивно загораживаю их и упираюсь взглядом в лицо Вячеслава Андреевича.
Из всех возможных вариантов произошедшего, он почему-то бросился обвинять моих дочерей.
– Вячеслав Андреевич, они не виноваты. Почему вы кричите на них? – упираю руки в бока, метая взгляды-молнии в босса.
Слова летят в Вячеслава и бьют, как пощечины.
– Варя, Варвара! Ты не понимаешь, чего нам едва не стоили шалости твоих детей! Ты должна лучше следить за девочками, – отчитывает меня.
Все теплые чувства, которые слабым ростком пробивались в моем сердце к Вячеславу, угасают. Не разобравшись, Слава обвиняет меня.
От затопившего душу острого чувства обиды, я отшатываюсь от Славы.
– Если вы считаете, что мои дети виноваты, я лично поеду к торговому центру, где Ольга бросила девочек, и достану запись с камер видеонаблюдения.
Мои слова не просто бравада любящей матери или «утка», у меня там действительно знакомый работает.
– Варя, не начинай. Я прошу тебя, давай не будем ссориться, это был ужасно важный заказ, проверка, я бы даже сказал.
Слава говорит, что из-за девочек мы чуть не опозорились перед генеральным, тем самым миллиардером, которого все так боятся и ждут.
– Ольга их на улице оставила. С ней и нужно разбираться, – твержу.
Девочки кивают в подтверждение моих слов.
Зеленые глаза Вячеслава бегают туда-сюда. Он и рад бы обвинить меня или девочек, но я яро защищаю дочек.
– Хорошо, если Оля виновата, она получит за свою выходку, – цедит Слава, играя желваками на красивом лице.
Слава взглядом окидывает малышек, недовольно выгибает бровь.
Раньше это не бросалось в глаза, но сейчас я вижу, что дети все больше его напрягают.
– Варь, давай поговорим наедине. Я позволил себе лишнего.
Слава закидывает рука за голову, пробирает пальцами густые волосы и виновато таращится на меня.
У меня единственное желание дистанцироваться от него, как можно скорее.
Меня так развернуло, что я не хочу с ним даже разговаривать.
– Нам нужно к Марине Борисовне. А потом я все-таки пойду в отдел кадров и возьму за свой счет на время карантина.
– Варя, ты все не так поняла, – рыкает Вячеслав.
– Нет, Вячеслав Андреевич. Вы абсолютно правы. Мать должна заниматься детьми, – говорю ему и выхожу вместе с девочками из кабинета.
Девочки молча ликуют, крепко-накрепко сжимая мои руки своими маленькими пальчиками.
К Славе они так и не прониклись симпатией, как бы он не старался.