Мил Рэй – Дневник неглавной героини (страница 12)

– Я справлюсь сама, – отсекла его увещевания. – Ты не дал договорить, мне, Глеб. Я расстроилась из-за плохих дел. Мне сложно видеть, что дело Саши погибает.

Он нахмурился, но я продолжила спокойно.

– А потом я поняла, что это временно. И за спадом придет увеличение продаж. Ведь так, Глеб?

– Да, моя хорошая. Ты очень умная и, честно, Сашка не был достоин такой женщины как ты. Раз ты все поняла, в психологе нет смысла, как я вижу.

Глеб засобирался уходить. Он поблагодарил меня за прием и кофе. Снова обнял, но, видя мое смущение, отстранился и погрустнел.

– А блокнот? – спросила я, когда он уже спускался по лестнице от моей двери.

– Ох, мне уже пора бежать, – сказал он рассеянно. – Я приду на неделе, поищем вместе, что там у него в записях интересного.

Я осталась одна. Визит Глеба оставил меня в совсем разрозненных чувствах. Он прав, они безумно похожи. Но он не мой муж.

Остатки кофе помогали мне перебирать в памяти те моменты, которые я считала малозначительными на протяжении трех долгих лет траура.

Я старалась общаться с братом мужа как можно реже. А Глеб ведь и раньше проявлял ко мне интерес. Уже когда Саши не стало. Спрашивал, есть ли у меня поклонники и готова ли я заводить новые отношения. И страшно злился при любом моем упоминании о муже.

Блокнот был всего способом прийти ко мне под благовидным предлогом и напомнить, что в офис приходить нельзя. Но туда я больше не собиралась. Какой смысл маячить перед Альбертом и Наташей, если фактически сделать ничего я не могу.

Аудит был бы правильным решением. Конечно, если бы не одно но: по уставу компании призвать на помощь аудиторскую проверку могли только все три совладельца Сашиного автосалона.

То, есть, включая в завещание того третьего, он связал нас с Глебом по рукам. Пока не объявится третий наследник и владелец доли в фирме, никакого аудитора вызвать мы не можем.

Этот пункт был включен в устав мной лично по указанию бывшего мужа. Я даже не предполагала, то ситуация развернется вот так и все эти дополнения сейчас не позволят узнать, что скрывает Глеб или его работники.

А знал ли мой муж, когда просил все переиначить в документах? Похоже, что знал.

Встреча с Глебом подняла целый пласт воспоминаний, и я отчетливо представила, как нахожусь в кабинете нотариуса, и в ушах звучит его спокойный монотонный голос, зачитывающий завещание Саши.

Арине Николаевне было плохо с сердцем, и она не пошла на оглашение. В кабинете были лишь мы с Глебом. Впрочем, несмотря на всю нелюбовь между нами, претендовать на что-то большее он не планировал.

– Я хочу просто поддержать тебя, Эля. Логично будет, если Санчо все оставил тебе. Я не буду ничего оспаривать. Брат итак много для меня сделал, – сказал он мне, едва душеприказчик зачитал первые строки документа.

После фразы о том, что загородный дом и машина достаются мне, нотариус перешел к счетам в банке. И тут тоже все было оставлено мне. Глеб сидел совершенно с безразличным лицом, как будто его итог «раздачи» имущества вообще мало волновал. Возможно, так и было на самом деле.

Саша уже купил ему хорошую квартиру в самом центре. И даже там Глеб бывал довольно редко. Деньги у него были не только от продаж в автосалоне, ведь там он числился всего-то Сашиным замом. С не очень-то шикарной зарплатой.

Но, вопреки предположениям, нотариус сказал, что квартира, где сейчас живет моя свекровь, завещана младшему брату покойного.

А дальше наступило время неприятных неожиданностей: фирма принадлежит теперь не просто Глебу или мне. Третий неизвестный озадачил и меня, но я тогда лила слезы по Саше, и какое, мне дело до этой чертовой фирмы?

Если до этого Глеб сидел, демонстрируя спокойствие, то теперь младший Зотов вскочил с места и покраснел, вне себя от злости.

– Что за шутки, Олег Николаевич? – закричал он на мужчину.

– Никаких шуток, Глеб Александрович. Пожалуйста, присядьте. Это воля вашего брата. Я не имею права комментировать суть и причину принятого Александром Александровичем решения. Прошу, садитесь.

– Вы понимаете, что теперь семейное дело мы будем делить, черт знает с кем? Как вы могли удостоверить такой документ? Он был в себе, когда составлял это завещание или нет?

– Прекрати, Глеб! – закричала и заплакала я. – Как ты можешь говорить такое о Саше?

– Саша все мозги прокайфовал! – бросил тогда Глеб и ушел с оглашения, не дослушав речь Олега Николаевича до конца.

Со мной едва не случилась истерика и, будь мы с Глебом в хороших отношениях, следовало бы уйти с ним, чтобы не слушать все в одиночестве.

Хотя, более ничего важного нотариус не сообщил. Воля моего мужа была неясной и для меня. Просто так включить третье лицо в завещание?! Не думаю, что его фирма была таким уж лакомым куском, чтобы его кто-то мог заставить указать третьего, неизвестного нам человека, нарочно.

В раздумьях время пролетело незаметно, и вслед за Глебом обо мне вспомнила и свекровь. Арина редко звонила сама, особенно с тех пор, как мы с Глебом наперебой стали поставлять ей сиделок для развлечения.

– Алло, Элина! – прохрипела она в трубку. – Скажи, дорогая, можешь привезти мне свежий багет и каких-то фруктов? Хочу чего-то и сама не знаю чего!

– Конечно, могу, Арина Николаевна. А где Карина, почему вы не попросили ее? – удивилась я.

– Она мне все больше не нравится. Я тут обнаружила, что она копается в твоем кошельке, представь!

Странности девушки меня начинали раздражать, и я решила сама поговорить с Кариной.

– А она у вас? – спросила я.

– Да тут, ходит. Но деньги доверить ей я не могу, сама понимаешь. Вот так дай ей тысячу, а она и пропадет. Зря Глебушка ей оплатил за месяц.

Стоило бы уточнить, что это уже пятая сиделка у моей свекрови. И, зная ее непростой характер, предоплата за месяц едва ли могла удержать кого-то из сиделок возле нее надолго.

– Арина Николаевна, не отпускайте ее. Я сейчас же к вам приеду.

Отсутствие машины меня расстроило. За то недолгое время, что она была у меня, я уже успела насладиться комфортом передвижения без привязки к общественному транспорту.

Устраиваясь на заднем сидении такси, я вспомнила о Денисе. Прошло два дня с нашей случайной встречи на дороге, но он больше не появлялся.

Правда, вчера был звонок из автосервиса. Бойкий, молодой мужчина, представился Артуром и сообщил, что авто будет готово не раньше чем через неделю. Якобы поломка довольно серьезная. Он сообщил адрес и телефон мастерской. Хотя я припомнила, что Денис говорил, будто отправит машину в сервис к какому-то Игорю.

Я никогда не любила мужчин, окутанных тайнами и загадками. А вокруг Дениса их было, пожалуй, слишком много. Я старалась принять нашу поездку в автобусе за случай, но никак не могла.

И мужа своего я полюбила за простоту и ясность его действий. Очень жаль, что обстоятельства заставляют меня сейчас разувериться в том, что Саша и был таким на самом деле.

Возле дома Арины идут какие-то ремонтные работы, и таксист остановился почти возле той самой остановки, где я села в автобус с Денисом.

Я странно оглядывалась по сторонам, как будто ожидала, что он сейчас появится откуда-то как по мановению волшебной палочки.

Подумала, что приехал сюда он вынужденно, судя по тому виду, в каком я встретила его впервые. Беглец, не иначе. Одежда похожа на какую-то форму, не новая и дешевая, а рюкзак большой и довольно потрепанный.

На дороге он выглядел уже иначе. И автомобиль дорогой и новый. Очень странный мужчина. Я поежилась от того самого чувства уязвимости, что посетило меня в загородном доме.

Шагая к дому свекрови, я зашла в магазин и купила то, что она просила. Почти возле подъезда, обходя преграды, оставленные рабочими на асфальте, я решила, что сама не стану звонить Денису. Слишком уж подозрительный тип.

Тем более, у меня есть прямая связь с автосервисом и машину я смогу забрать без его ведома. В крайнем случае, придется попросить Глеба. Он хоть и не образец надежности, но уже больше известно, что от него ожидать.

Встречала меня скромница и умница Карина.

– Разрешите, ваше пальто, – лебезила она передо мной и почти расшаркивалась в реверансах.

– Карина, мне кажется недопустимо, что сиделка обследует вещи своей хозяйки и ее гостей, вам не кажется?

Карина покраснела и смутилась. Она попросила меня отойти в комнату по соседству с Ариной и поговорить.

Для начала я прошла к свекрови. А сиделка пусть ждет, иначе будет невежливо с моей стороны шептаться с чужим человеком на виду у Арины.

– А ты молодец, Элина! – хрипя, усмехнулась она, когда я вошла.

– Почему вы меня хвалите? – позволила себе улыбнуться я.

– Послушала меня! Макияж, укладка. Больше не похожа на тень. И это хорошо! Вы молодые, не стоит грустить. Это как болото, затягивает один раз и навсегда. Я вдова с тридцати лет. Понимаю, о чем говорю, не хмурься только!

Арина меня жалела. Я помню историю гибели ее мужа. Отец был примером для Саши и Глеба. Можно сказать, что Саша старался во всем копировать его. Начал заниматься спортом, рано пошел работать и добился успеха.

– Время такое было, Эля, сложное. Саша, мой муж, он ведь всегда мальчишек в строгости воспитывал. Жаль, Глеб его почти не помнит. А вот Сашка натерпелся.

Она рассмеялась и попросила Карину, сложившую ручки перед собой в дверях, принести ей трубку. Мне приходилось терпеть. Если Арина требует трубку, значит, что сейчас она станет рассказывать что-то о Саше. Она скучала по нему сильно, это нельзя скрыть никак.