Микки Спиллейн – Мой револьвер быстр (страница 5)

Он провел рукой по лицу и медленно поднял взгляд.

– Мистер Хаммер, мог бы я посодействовать… например, позаботиться о погребальной процедуре? У меня есть все, а у нее…

Я остановил его, покачав головой.

– Лучше это сделаю я. Но, в любом случае, спасибо.

– Если вам понадобится какая-нибудь помощь, обращайтесь ко мне, мистер Хаммер.

Вошел дворецкий с подносом. Мы взяли по бокалу бренди, чокнулись и выпили. Это был на редкость хороший бренди. Я поставил бокал на столик, презирая себя за то, что все кончилось. Почти кончилось. Оставался Масляная голова, он мог знать личность рыжеволосой. И я предпринял последнюю попытку.

– Как вы нашли этого Ласта?

– По рекомендации фирмы, которая однажды воспользовалась его услугами. Какое отношение он мог иметь к покойной?

– Не знаю. Может, просто входил в число ее клиентов. А где он сейчас, мистер Берин?

– Рано утром уехал на кладбище с именной доской для мавзолея. Я велел ему посмотреть, чтобы ее правильно установили. Вряд ли он вернется раньше полудня.

Я поблагодарил его, и мы снова пожали друг другу руки. Из ниоткуда вдруг появился маленький старый дворецкий и подал мою шляпу. Мистер Берин сам открыл мне дверь, и я сбежал по ступенькам к машине. Он все еще стоял на пороге, когда я отъехал.

…Мраморные колонны поднимались вверх на пятнадцать футов и затеняли массивные бронзовые двери, испещренные греческими письменами. В граните был высечен трилистник – эмблема королевской семьи… или доброго американского виски. Чуть ниже – несколько латинских слов, два из них «Берин-Гротин». Очень просто, очень благородно.

Масляная голова отчитывал кого-то из рабочих. Я тихонько подошел сзади, достал из кармана пластмассовую расческу и подбросил к его ногам. Через минуту он повернулся, заметил ее, поднял, повертел в руках, провел по волосам и положил себе в карман.

Лучшего доказательства мне не надо было. Масляная голова – вот кто разгромил комнату рыжеволосой.

Он не замечал меня, пока я не произнес:

– Привет, Финней.

Тогда зубы его оскалились в зловещей гримасе, а уши отодвинулись назад.

– Грязный сукин сын! – прорычал он.

Его оскал перешел в саркастическую усмешку, а тем временем рука как бы случайно скользнула в карман. Он, наверное, думал, что я болван. Так же случайно я расстегнул свой пиджак и прислонился к стене.

– Чего тебе нужно?

– Тебя, Масляная голова.

– Думаешь, меня просто взять?

– Уверен.

Он продолжал ухмыляться.

– Что ты искал в комнате у Рыжей, Финней? – Мне показалось, что сейчас он взорвется от ярости, так он взбесился. Сумасшедший огонек прыгал у него в глазах. – На полу у окна осталась лежать расческа. Та, которую ты только что подобрал.

Он выдернул руку из кармана и щелкнул сверкающим лезвием ножа. Я сорвал пиджак и швырнул ему в лицо. На секунду это его ослепило. Нож полетел в сторону.

Финнея Ласта взять было непросто. Он прыгнул на меня прежде, чем я успел защититься. Я получил в висок и в челюсть, но вмазал ему правой прямо в нос; потом поймал его ногу, и он со смачным звуком шлепнулся на землю. У меня хватило сил захватить его кисть в замок. Финней лежал лицом вниз и стонал, потому что я вывернул его руку к шее.

– Что тебе от нее надо было, Финней? Кто она?

– Клянусь Богом, не знаю. Боже… прекрати!

Чуть посильнее нажим на руку, и снова Финней начал говорить. Я едва разбирал слова.

– Проститутка… Я приходил к ней… Как-то раз она у меня украла… я хотел получить обратно…

– Что украла?

– Материал на одного парня. Его засняли в номере с девицей. О Боже…

Он потерял сознание. Тут сзади послышались шаги, и рядом возникли двое рабочих. Один из них, с синяком под глазом, сжимал в руках молоток.

– Вы возражаете, ребята?

Парень с подбитым глазом покачал головой.

– Наоборот. Хотели убедиться, что он свое получил. Слишком любит корчить из себя начальника и пускать в ход кулаки. Если бы мы не боялись потерять хорошую работу, давно бы разобрались с ним сами.

Я встал и поправил то, что осталось от моего нового костюма, затем поднял Финнея и перекинул его через плечо. Как раз поблизости была свежевырытая могила, и Финней Ласт полетел вниз. Надеюсь, его найдут прежде, чем опустят гроб…

У ворот к машине подошел сторож. Но, взглянув на меня, застыл с раскрытым ртом.

– Здесь у вас недружелюбные покойники, – сказал я.

Глава 3

Я въехал в Нью-Йорк в самый разгар ужасного ливня. Дома сменил одежду и пропустил бутылочку пива, потом перекусил на скорую руку в забегаловке и направился к себе в контору.

Уже темнело, но Вельда была еще там. И Пат. Он с усмешкой взглянул на меня и помахал рукой.

– Что ты здесь делаешь? – спросил я.

– Есть новости. Мы нашли парня, убившего Рыжую.

Мое сердце бешено заколотилось.

– Кто?

– Один юнец. Был нетрезв, ехал быстро и проскочил на красный свет; вспоминает, что кого-то сбил, но не остановился, а поддал газу. – Пат рассмеялся и добавил: – Теперь дело передано другому отделу, и я могу успокоиться… Тебе следовало быть полицейским, Майк. Ты бы нам пригодился.

– Да, боюсь только, что я слишком часто использовал бы дубинку. Послушай, почему ты так убежден в виновности этого парнишки?

– У нас есть его признание. Лаборатория обследует машину, вмятины на бампере и одежду Рыжей, но еще раньше он предупредил, что постарался уничтожить все следы, которые могли остаться. Специалисты полагают: Рыжая, получив скользящий удар, сломала шею, упав на край мостовой. Отсюда же ссадины, царапины на щеках и коленях.

– Установили ее личность?

– Пока нет. Этим занимается Бюро розыска. И вообще, почему ты так стремишься узнать ее имя? В городе тысячи подобных бродяжек, и каждый день с ними что-нибудь случается.

– Черт возьми, я тебе уже объяснял. Мне она понравилась. Не спрашивай, почему – сам не знаю. Но будь я проклят, если не закончу дела!

Я сунул в рот сигарету. Пат подождал, пока я закурю, потом поднялся, подошел ко мне и положил руку мне на плечо.

– Майк, ты все еще думаешь, что она была убита?

– Угу.

– Какие-нибудь, хоть сомнительные, основания?

– Нет.

– Хорошо. Если что-нибудь выяснишь, дашь мне знать?

Я выпустил в потолок струю дыма и кивнул.

– Она сейчас в морге? – Пат наклонил голову. – Я хочу ее видеть.

Внутри старого кирпичного здания царил холод. Но не тот, что приходит со свежим воздухом прохладным утром, а холод, пахнущий химией и смертью. Пат попросил у служащего список личных вещей покойной, и пока тот искал его, роясь в бумагах, мы молча ждали.

Губная помада, пудра, немного денег, несколько ничего не стоящих безделушек, которые обычно носят в сумочке женщины.

– И все? – спросил я, возвращая список.

– Все, что у меня есть, мистер, – зевнул служащий. – Хотите на нее взглянуть?