mikki host – Мир клятв и королей (страница 78)
– И король Джевел согласился? – с сомнением уточнила Пайпер.
– Когда речь идёт о Джевеле, всегда повторяй: «Он же не принц Джулиан», и жить станет проще.
– О, приму это к сведению… И всё-таки, – Пайпер помотала головой, отгоняя мысли о каком-то там принце Джулиане и возвращаясь к рассказу Сиония, – почему Масрур изменил своё мнение?
– Несколько магических приступов, лекции Йоннет и постоянные разговоры Рейны. Это был взрывной коктейль.
– Допустим, я понимаю, о каких разговорах сакри идёт речь, – Сионий бросил на неё заинтересованный взгляд, но Пайпер повторила, на этот раз твёрже: – Допустим. И допустим, что я понимаю, какие лекции ему могла прочитать Йоннет. Но что такое магический приступ?
– Недостаток каналов, предназначенных для выхода магии. Магии у Масрура благодаря Рейне стало больше, а вот каналов для её выхода – нет. Если бы Масрур так и не принял Рейну и себя как её сальватора, он бы умер из-за этих приступов.
Пайпер нервно сглотнула. Это что получается: ей нужно постоянно думать о каналах для выхода магии и стараться не перегружать их, чтобы магия не рвалась наружу иначе? Ей нужно постоянно следить за Силой и не давать ей убивать её?
– Спокойно, – торопливо произнёс Сионий, заметив её испуганный взгляд, – тебе это не грозит. По крайней мере, в ближайшие месяцы… – шёпотом добавил он.
– Что?!
– Всё в порядке! Ты засвидетельствуешь свою связь с Лерайе, и всё будет хорошо!
– А печать? Что насчёт печати?
– Всё будет хорошо, – уклончиво ответил Сионий. – Если тебе и нужно о чём-то переживать, так это о том, что я передумаю и не буду ничего рассказывать.
Мужчина вдруг вздрогнул, словно его кто-то толкнул, и опустил взгляд на пол. Пайпер последовала его примеру и обнаружила там маленькую серую ящерицу, которой недавно выдали поручение. Ящерица заметила взгляд Пайпер и вновь зашипела, но на этот раз из неё вырвался самый настоящий рёв.
Пайпер резко выпрямилась и уставилась на поражённого Сиония.
Рёв был вовсе не от маленькой перепугавшейся ящерицы, уже запрыгнувшей на руку Сиония.
Магия приготовилась к нападению. Пайпер почувствовала, как загулявшие по её телу мурашки мигом исчезли, словно Сила подавила их и заменила собой, придав Пайпер больше уверенности. Тело не ощущало ни дрожи, ни неприятного чувства, ползущего по спине, которое атаковало девушку в доме дяди. Внутри же она тряслась и была готова вцепиться в стул, лишь бы остаться на месте. Однако ноги подняли её и бросили вслед за Сионием к дверям библиотеки, вытолкнули коридор и подвели к окнам, выходящим на парадное крыльцо особняка.
Расстояние от крыльца до главных ворот было около десяти метров, но Пайпер прекрасно различала происходящее за толстыми металлическими прутьями: дюжина тел, прыгающих, рычащих и нападающих на забор так, словно он был их главным врагом.
Дюжина тёмных созданий, пытавшихся прорваться внутрь.
Глава 18. То – тень и сущность
– Назад! – рявкнул Гилберт, когда Пайпер вслед за Сионием выскочила в холл.
Топчущийся у окон Эйс, которого Кит крепко держал за плечи, бросил перепуганный взгляд на Пайпер. Та пролетела все ступени, бросилась к Гилберту и рванула за ним на улицу, напоследок бросив через плечо:
– Да, Эйс, назад!
– Я это тебе сказал! – прокричал Гилберт, метнув на неё убийственный взгляд.
Ноги сами несли её вперёд, к уже оказавшимся у ворот Шерае и Данталиону, но не позволяли обогнать Сиония, стремительно приближающегося к ним. Гилберт словно специально сбавил темп, чтобы ещё раз накричать на Пайпер и попытаться загнать её в дом.
Магия вопила не от ужаса, а просто потому, что концентрация хаоса, из которого были созданы демоны, оказалась слишком большой. С каждым шагом, сокращающим расстояние между ними, магия кричала об этом всё громче. Движения становились всё медленнее, словно тело давало девушке возможность выжать из каждого момента максимум информации и эмоций.
Шерая и Данталион стояли в двух метрах от ворот, в которые ломились тёмные создания. Пайпер пригляделась: в нескольких сантиметрах от ворот демоны врезались в какое-то невидимое препятствие, издававшее слабое гудение.
– Что произошло? – требовательно спросил Гилберт, остановившись возле Шераи.
– Понятия не имею, – раздражённо ответила она. – Я вернулась десять минут назад, и всё было в порядке. Как и двадцать, и тридцать минут назад. Как и час назад.
– Я бы не сказал, что они пахнут разумом, – хмыкнул Данталион. Он сделал несколько шагов вперёд, и Гилберт угрожающе зашептал ему, приказывая остановиться. Данталион его проигнорировал, подошёл к воротам на расстояние вытянутой руки и помахал перед лицом одного из демонов, оказавшегося перед ним. – Они на меня не реагируют, – с досадой добавил он.
Пайпер сжала кулаки и оглядела демонов. Все они казались одинаковыми, точно близнецы; уродливые и отталкивающие близнецы, из ртов которых капала чёрная пена. Нижняя половина их тел напоминала звериную, с набухшими и выпирающими из-под кожи венами, на длинных лапах с кривыми пальцами были короткие острые когти, заляпанные уже высохшей кровью. Верхняя половина тела больше напоминала человеческую: Пайпер сумела разглядеть широкую грудную клетку, острые ключицы и такие же плечи, из которых росли шипы. Руки, так же укрытые шипами и торчащими костями, заканчивались длинными чёрными когтями. Вытянутые, точно у собак, морды демонов скалились, с губ срывалась пена, а нос постоянно дёргался, улавливая всё больше запахов. Белые без зрачков глаза, казалось, смотрят прямо на неё.
– Господи, – не сдержалась Пайпер, на всякий случай закрыв рот ладонью. Она была рада, что Одовак не успел обеспечить их чаем и сладостями.
– Когда пали барьеры? – спросил Сионий, бросив на Шераю быстрый взгляд.
– Не могу понять, – ответила женщина. – Они кем-то сломаны, но кем именно и когда…
– Погодите, – вмешалась Пайпер, – барьеры уже пали? А что их тогда сдерживает?
– Последние два барьера, – ответил вместо Шераи вампир. – Минуточку, – он принюхался и тут же поморщился, будто забыл, что стоит слишком близко к тёмным созданиями, источающим тошнотворный запах, – почти полтора барьера. Этот скоро падёт.
– Я его уже усилила, – непонимающе произнесла Шерая. – Как они могут так быстро его ломать?
– Ничего не понимаю, – пробормотал Сионий. – Они сломали барьер, который я поставил только что!
Пайпер не могла проследить перемены, происходящие с барьерами. Она чувствовала дрожь чужой магии, как она формировалась во что-то более сложное и ограждала их, но она не перекрывала ощущение хаоса. Хаоса было так много, что Пайпер начинала забывать ощущение собственной магии.
А после демоны сломали предпоследний барьер.
Гилберт отступил на шаг и шумно выдохнул. Шерая подняла руки, на которых алыми искрами запылали небольшие сгустки энергии. Данталион усмехнулся и облизнул выставленные напоказ клыки, но всё же слегка пригнулся, готовясь в любой момент атаковать. Сионий заслонил собой Гилберта, будто хотел защитить его от чего-то. Пайпер осторожно выглянула из-за спины вампира, наполовину закрывавшего ей обзор, и уставила на мечущихся перед воротами демонов.
Одиннадцать тёмных созданий и один перевёртыш, принявший облик Третьего и смотрящий прямо на Гилберта.
Пайпер сразу почувствовала, что перед ней перевёртыш. Такое же чувство было и при разговоре с Твайлой, когда она примеряла чужие облики. Однако сейчас всё было как-то иначе, неправильно и искажённо. От Твайлы исходил шёпот магии хаоса, которую она идеально контролировала и использовала для превращений в других существ. Демон, стоящий у самых врат, впереди всех тёмных созданий, прямо-таки источал магию, способную в любой момент вырваться из-под контроля. И было в его магии что-то ещё, что-то такое же древнее и сильное, как хаос, но более покорное и знакомое, из-за чего магия Пайпер бесилась.
Она хотела спрятаться от безумного взгляда демона-перевёртыша. Он смотрел даже не на неё, а на Гилберта, но Пайпер было не по себе. Она понятия не имела, сколько ещё Гилберт сможет простоять вот так, не шевелясь, потому что её обострившиеся чувства шептали: он на грани паники. Любое слово или действие демона-перевёртыша, даже незначительное или случайное, и страх заполнит сознание Гилберта. Тот цеплялся за рубашку Сиония, как за спасательный круг, но никак не мог отвести взгляда от демона-перевёртыша.
«
– Эй, – выдохнула Пайпер. Демон-перевёртыш не ответил, и тогда она закричала: – Эй!
Пайпер услышала, как Гилберт выдохнул, когда демон-перевёртыш перевёл взгляд на неё.
– Убирайтесь, – выдавила девушка.
Столь скорое столкновение с тёмными созданиями могло поднять ужасные воспоминания, иногда возвращавшиеся к ней в виде кошмаров, но Пайпер не могла позволить себе встать под чью-нибудь защиту или вовсе потерять сознание. В доме дяди Джона её спасла только удача, а когда демоны пришли за её братом, – Гилберт, Энцелад, Диона и Шерая. Но Эрнандесов здесь нет, и хотя Шерая уже была готова броситься в бой, Пайпер не могла доверить всю работу ей. Гилберт по-настоящему боится Третьего, и его нужно защитить. Вот пусть Шерая и защищает его, как и клялась его старшему брату.
– Я не умею так, как он, – проскрипел демон-перевёртыш. Его голос действительно напоминал звучащие в унисон скрипящую дверь и заржавевшие детали, которые кто-то специально тёр друг о друга. – У него… более низкий, да?