mikki host – Мир клятв и королей (страница 60)

Пайпер сглотнула и вновь посмотрела на ключи в своей руке. Вещи оказались совсем простыми и даже не несли в себе никакой пользы, особенно сейчас. Она не могла вернуться домой, к замку которого бы подошли ключи в её руке. Да и пальто не было таким уж важным, если так подумать. Она, теперь больше верящая в то, что Гилберт в состоянии обеспечить её всем, что ей нужно, могла обзавестись новым. В конце концов, пальто было самым обычным, бежевым, с глубокими карманами, в которых иногда было слишком много ненужной мелочи. И всё-таки…

– Осталось ли ещё что-то? – тихо спросила Пайпер, боясь, что маги её услышат. Они отошли, стоило только появится дяде Джону, и теперь стояли возле Шераи, но Пайпер всё равно посчитала нужным понизить голос.

– Да, – Джонатан качнул головой, ещё раз улыбнувшись. – Одежда, книги, вещи, даже фотографии. Некоторые предметы настолько обычные и ненужные для демонов, что их магия их не касается. Но это позволяет им остаться целыми.

– И где сейчас всё это?

– В моём доме. Мы перенесём всё…

– Мы вернёмся туда? – перебила его Пайпер с надеждой в глазах.

Она уже не считала особняк Гилберта странным и опасным местом, но, находясь в нём, ощущала лёгкую тревогу. Мысль о возвращении в дом дяди Джона казалась Пайпер прекрасной идеей. Она не будет слишком далеко от мира, который остался в прошлом, и сможет наблюдать за своей семьёй, не теряя при этом связи с сигридцами.

Но Джонатан её энтузиазма не разделял.

– Поговорим об этом позже, – сухо ответил он. И, словно поняв, что этим сильно задел её, добавил чуть мягче: – Сейчас тебе нужно сосредоточиться на встрече с господином Илиром. Это важно.

«Важно, не спорю, – мысленно ответила Пайпер, – но я хочу вернуться в твой дом».

– Обещаю, что мы поговорим, когда ты вернёшься.

Пайпер спрятала ключи в карман пальто, подняла ладонь и улыбнулась. Дядя Джон, недолго думая, дал ей «пять».

Она не видела Эйса с тех самых пор, как он ушёл вместе с Марселин и дядей Джоном. Позже Шерая, нашедшая её в столовой в гордом одиночестве, всё ещё пытавшуюся провести все параллели в словах Гилберта с тем, что она уже знала, объявила, что вернулись Эрнандесы и что они немедленно отправляются к господину Илиру. От Пайпер требовалось только добраться до своей комнаты и переодеться во что-то более приличное, чем пижама, и спуститься в холл, где её будут ждать маги.

Где Марселин раздобыла для неё не меньше пяти полных пакетов, встретивших её на кровати, Пайпер понятия не имела. Когда речь зашла о новой одежде и деньгах, которых не было у Пайпер и Эйса, Гилберт заверил их, что это совсем не проблема. Дядя Джон хоть и объяснил всё более подробно, всё равно не вызывал доверия в этом плане. Пайпер сомневалась, что всё, бывшее у дяди Джона дома и когда-либо попадавшее к нему руки, проходило через Гилберта или было им приобретено. В конце концов, не может же Гилберт быть настолько влиятельным?

«Или может?» – возразила сама себе Пайпер, смотря на себя в зеркало.

Удобная и красивая одежда была не более чем обёрткой для новенького сальватора, который должен угодить всем и вся. Пайпер понимала это и без лишних слов. Зарекомендовать себя крайне важно, особенно сейчас, когда ей некуда возвращаться, а в безумный сигридский мир оказался втянут её брат.

Завоевать доверие и заручиться поддержкой тех, кто действительно может помочь – единственное, о чём сейчас должна думать Пайпер.

Поэтому Пайпер сняла пижаму и натянула принесённые Марселин вещи, – чёрные джинсы, тёмно-синюю рубашку и ботинки, до безобразия похожие на берцы, – привела свои волосы в порядок, собрав их в хвост, и несколько минут потратила на тренировку приветливой и учтивой улыбки.

Когда Эйс указал ей на изменившийся цвет её глаз, Пайпер отмахнулась. Она была права: глаза – это не всё тело. Разве её глаза, вдруг ставшие другого оттенка, сравнятся с переменами Эйса? Изменилось само его тело, а у неё всего лишь глаза…

Пайпер слишком спокойно приняла перемены, произошедшие с её братом. Стоило ей задуматься над этим или попытаться понять, как именно это произошло, её сознание рождало сотни мыслей и вопросов, переплетающихся между собой. Вразумительного ответа не было, и хотя Пайпер должна была страшиться этого, она ничего подобного не чувствовала. Несмотря на вопросы, всё казалось таким естественным и нормальным.

Из зеркала на неё смотрела девушка с золотыми глазами и кривой улыбкой, в которой разве что слепой не заметит фальши.

С того самого момента, как она вышла из комнаты, Пайпер не переставала улыбаться – иногда совсем незаметно, иногда во все тридцать два.

Её фальшь ещё никто не заметил.

Джонатан сжал её плечо, и Пайпер улыбнулась чуть шире. Стала считать секунды – её дядя всегда был внимательнее неё.

Но и Джонатан ничего не заметил.

– Объясните пока Эйсу всё, что ему непонятно, – лишний раз напомнила Пайпер. Её улыбка немного угасла, переместившись на спускающегося по лестнице Гилберта. Следом за ним шли Эрнандесы.

Пайпер не испугалась Гилберта или его силы. Сломать вилку может каждый, кто приложит достаточно усилий. Но в тот момент, когда металл столового прибора стал сгибаться, магия Пайпер встрепенулась – совсем как тогда, на собрании, когда девушка почувствовала нечто, не принадлежащее этому миру.

Гилберт определённо не хотел рассказывать Пайпер, кто он на самом деле и какой силой обладает. Но обещал показать её всю, когда она поймёт, кто он.

Учитывая, сколько он ей рассказал о себе и своей семье, Пайпер вполне может расспросить об этом Стефана или господина Илира.

– Эйс надоедливее тебя, – прошептал дядя Джон, проследив за её взглядом, – так что возвращайтесь как можно скорее, пока мы на стенку не стали лезть.

– Ночевать у господина Илира я не собираюсь – со смешком бросила Пайпер.

Гилберт обратился к Шерае с парочкой тихих слов. Женщина нахмурилась, но согласно кивнула головой, после чего поманила к себе Джонатана.

– Всё будет хорошо, – уверенно произнёс Джонатан, сжимая плечо племянницы. – Я доверю каждому из твоих спутников, так что и ты можешь доверять.

Утешение не то чтобы сильное, но есть хотя бы оно – поэтому Пайпер кивнула. С языка едва не сорвалась колкость, но девушка вовремя остановилась. Она узнала о Шерае больше, чем рассчитывала, и ей было нужно время, чтобы всё обдумать и принять. Слова Гилберта о ней казались искренними и шли от всего сердца, но не проверить их Пайпер не могла. Встреча с господином Илиром была отличным шансом узнать всё, что ей нужно.

– Ах да, – шёпот Гилберта вышел слишком громким, – лишний раз напомню, что она не любит, когда к ней обращаются на «вы».

Дядя Джон явно медлил с тем, чтобы подойти к Шерае – та хмурилась и сжимала губы, но была вынуждена немного успокоиться, когда Гилберт вновь привлёк к себе всеобщее внимание:

– Итак, Пайпер, Эрнандесы в твоём распоряжении. В какую бы чертовщину ты не попала, просто отправляясь к господину Илиру, они тебя вытащат.

При слове «чертовщина» Шерая скрипнула зубами и бросила на Гилберта убийственный взгляд, но юноша лишь невинно похлопал глазами и улыбнулся, кивая в сторону Эрнандесов.

Близнецы отличались только фигурой, с трудом проглядывающейся под чёрными кожаными доспехами, и оружием у них на поясе и за спиной. Они были выше Пайпер на целую голову и смотрели на неё одинаково настороженно, внимательно изучали черты её лица, будто пытались запомнить даже мельчайшую деталь. Когда их взгляд остановился на золотых глазах, кадык парня дёрнулся, а уголки губ девушки слегка приподнялись.

Пайпер, решив не оставаться в долгу, изучила и их: пшеничного цвета волосы, у девушки собранные в хвост на затылке, а у парня зачёсанные назад; тёмно-серые, точно грозовые тучи, глаза и родинки под левыми уголками губ. На правом боку у парня в тёмно-серых ножнах висел меч с бронзовым эфесом, а из-за спины выглядывали рукоятки двух мечей поменьше. У девушки ни мечей, ни каких-либо других клинков не было – только перекинутый через одно плечо лук и пустой колчан, ремнями закреплённый у неё на спине.

Несмотря на то, что они были ниже Стефана, в котором текла кровь великана, Эрнандесы заставляли девушку волноваться – от них так и исходила сила и опасность, сплетающаяся в один клубок.

– А ещё, – кашлянул Гилберт, нарушив затянувшееся молчание, – Пайпер очень саркастичная.

– Слава богам, – девушка с луком тут же облегчённо выдохнула, толкнув брата под рёбра. – Хоть не помру со скуки, а?

– Тихо, – проскрежетал парень.

– Формальности – это не для Пайпер, – продолжал Гилберт.

– Спасибо, – вторив тону рыцаря, Пайпер перевела взгляд на Гилберта, – но я сама могу о себе рассказать.

Гилберт надул щёки и демонстративно отвернулся.

Сейчас в его поведении было слишком много детского и непринуждённого, чем часом ранее. Тогда он выглядел и говорил по-настоящему величественно, будто и впрямь носил на голове корону и выступал перед своими подданными. Но почему-то теперь, когда вокруг него действительно есть люди, к которым он может обращаться подобным образом, он ведёт себя, как ребёнок.

Пайпер ничего не понимала.

– Во-первых, – начала Пайпер, пытаясь отвлечься от мыслей о Гилберте, – спасибо, что будете защищать меня. Хотя давайте признаем, – на этих словах она повернулась к Гилберту и сцепила пальцы в замок, сильно сжав их, – для того, чтобы встретиться с господином Илиром, мне охрана не нужна.