mikki host – Мир клятв и королей (страница 48)

Эйс завопил и резко принял вертикальное положение. Боль, разлившаяся по телу, исчезла так же быстро, как и пришла.

Он снова был в комнате, а рядом с ним – Марселин и дядя Джон, до побелевших костяшек сжимавший книги, которые ему вручила девушка. В свою очередь Марселин, уже убрав руку с груди Эйса, с подозрением вглядывалась в его лицо.

Мышцы Эйса ныли, а кости трещали, но он чувствовал, что эта боль очень скоро пройдёт. Его трясло больше от неожиданности и увиденного, чем от усталости. Он тяжело дышал, пытаясь наполнить лёгкие, и смотрел на собственные руки. Пальцы всё ещё были длинными и сильными, а не теми, к каким Эйс привык.

– Невероятно, – поражённо выдохнула Марселин. Она подняла руку, словно хотела прикоснуться к нему, но вместо этого поднесла её ко своим губам и ещё раз выдохнула: – Невероятно.

– Что? – порывисто спросил дядя Джон, подскочив на ноги. – Что с ним?

– Всё в порядке, – всё с тем же неуместным, как считал Эйс, восхищением ответила девушка. – Я просто… Никогда с таким не сталкивалась.

– Объясни мне, – глухо сказал дядя Джон. – Объясни мне всё.

Эйс упал на спину и прикрыл глаза. Медленно, но верно тело начинало казаться ему родным. Оно и было для него родным, но перемены, случившиеся с ним слишком резко… Сейчас это казалось таким же естественным и правильным, как тот факт, что Пайпер – сальватор.

«Расскажи о нашем разговоре сестре, но больше – никому. Передай ей, что Третий нуждается в её помощи».

– Это всё тот же Эйс, просто на три года старше, – принялась объяснять Марселин. Она в нетерпении сжимала и разжимала кулаки, будто Эйс был любопытным образцом, который ей хотелось как можно скорее изучить. – Таким бы он стал, если бы он никогда не столкнулся с другими мирами. Но эриам он бы не пережил. Если бы он «открыл глаза», он бы умер. Его тело и сознание не было готово к тому, что принесёт ему эриам.

– Значит, он должен быть… мёртв?

– Да, – качнув головой, подтвердила Марселин. – Он бы и был мёртв, если бы кое-кто не вмешался. Вместе с Силой Лерайе, которую она позволила ему наследовать, ему подарили часть другой магии, способной в краткие сроки изменить его возраст, тело и разум.

– Погоди, – дядя Джон упал в кресло и оторопело уставился на Марселин. – Ты хочешь сказать, что его время изменили? Его собственное время кто-то покорил?

– Именно. Вместе с Силой Лерайе и той магией, что вмешался во время Эйса, он стал взрослее и сильнее. Теперь ему не страшна смерть от эриама.

– Ничего не понимаю, – вклинился Эйс, но дядя Джон даже не обратил на него внимания:

– Значит, Арне всё же… Нет, погоди, – дядя Джон вцепился в книги девушки, будто только сейчас заметил их. Быстро подойдя к столу, он положил книги и принялся ходить из стороны в сторону, смотря то на Марселин, то на Эйса. – Эйс должен быть мёртв, но Лерайе и он спасли его?

– Да.

– Но он же сгинул.

– Если и не сгинул, то такое количество магии, которой он лишился, подарив твоему племяннику, убьёт его.

Они продолжали обсуждать произошедшее с ним, а Эйс смотрел в потолок и считал секунды.

Итак, он должен быть мёртв. Что бы за чертовщина не происходила с этим эриамом и человеком, столкнувшимся с этим, Эйс не должен был этого пережить. Он должен быть мёртв. Однако он до сих пор здесь, вполне себе живой и запутавшийся абсолютно во всём.

Марселин сказала, что какая-то там Лерайе позволила ему, Эйсу, наследовать свою силу. И хотя Эйс не знал и даже не догадывался, в чём эта сила может заключаться, он был уверен, что она помогла ему. Может, она сыграла ключевую роль в его спасении от «открытия глаз». Или же наоборот, не сыграла никакой роли. Эйс не знал. Он хотел разобраться, но понимал, что сейчас ему лучше лежать и не дёргаться, слушать, что говорят Марселин и дядя Джон, и изредка задавать уточняющее вопросы, такие, чтобы они не подумали, будто он знает больше, чем показывает.

– Слушай внимательно, – словно прочитав его мысли, обратилась Марселин к Эйсу. – Твоё тело и сознание изменились, но они пока не привыкли друг к другу.

– Как такое вообще возможно? – изобразив искренне непонимание, что было ему совсем не трудно, спросил Эйс. – Чтобы я всего за одну ночь повзрослел на три года… Как?

– Я выясню это, – заверила его Марселин. – Но сейчас ты должен запомнить вот что: не перенапрягайся. Процесс изменения твоего тела был болезненным, но, к счастью, ты перенёс это, находясь без сознания. Однако твои кости несколько раз ломались и срастались, а мышцы – рвались и вновь соединялись. Пока всё это происходило, я не могла залечить твои раны. Сила Лерайе позволяла тебе быстро и без особых проблем переносить все эти изменения, но сейчас… В общем, когда процесс закончился, у тебя осталось несколько повреждений. Я должна была вылечить их своей магией, но то, что внутри тебя… Та сила, что смешалась с Силой Лерайе, излечила тебя. Сейчас ты здоров. Я, если честно, рассчитывала, что будет много крови…

– Что?! – взвизгнул Эйс.

– И ему ничего не угрожает? – поспешил уточнить дядя Джон.

– Только переутомление, – ответила Марселин, после чего вновь посмотрела на Эйса. – Ты не привык к этому телу и ещё не знаешь, как им управлять, так что ещё можешь пострадать. Я буду следить за тобой и не давать тебе перенапрягаться, но ты должен сам ограничить себя в действиях. Запомни: хоть это и твоё тело, ты ещё не знаешь его. Возможно, тебе потребуется не один месяц, чтобы привыкнуть к произошедшим изменениям.

– Но смерть мне больше не грозит? – не унимался Эйс.

Зелёные глаза Марселин потемнели. Дядя Джон, прекративший мерить шагами комнату, остановился у изножья кровати и посмотрел на племянника.

– Смерть грозит всем нам, – тихо сказал он. – Всем, в ком течёт кровь первых.

– Я не понимаю, – выдавил Эйс, хотя прекрасно понимал.

Ему, может быть, и потребуются месяцы, чтобы привыкнуть к этому новому телу, но разум уже подчинялся ему. Эйс понимал, что он не обычный человек, а кто-то, кто связан с другими мирами. Если верить словам дяди Джона, в них течёт кровь каких-то там первых, что и делает их непохожими на других людей.

Возможно, Эйс всё же умер, но только для того, чтобы возродиться совершенно другим человеком.

– Где сейчас Пайпер? – так и не получив более подробных объяснений, спросил Эйс.

– В своей комнате, – пролепетала Марселин. – В смысле, в той комнате, которая в этом доме считается её комнатой.

– А что это за дом?

– Особняк Гилберта, – может, Эйсу и показалось, но глаза Марселин стали немного теплее. – Одного из сигридцев, который пережил Вторжение и сейчас работает на благо всех, в ком течёт кровь первых. Он один из лидеров коалиции, в которую входит и твой дядя.

– Правда? – слишком высоким голосом спросил Эйс, переведя взгляд на дядю Джона. Тот кивнул, плотно сжав губы. – Какая новость…

– Здесь ты в безопасности, – поспешила сообщить Марселин. – Этот особняк защищён барьерами и пространственной магией, так что врагам до вас не добраться.

– Но что с Пайпер? – ещё раз спросил Эйс. – Я помню, как она… Её глаза были золотыми. Она голыми руками расправлялась с теми чудовищами.

– Это была её магия, Сила, – подал голос дядя Джон. – Лерайе ещё не пробудилась, но Пайпер всё равно может использовать её Силу.

– Конечно, без последствий не обошлось, – добавила Марселин. – После того количества магии, что она высвободила, она ещё не оправилась, но сейчас ей ничего не угрожает.

– Она и вправду новый сальватор?

Удивительно, что он запомнил это слово. Но, произнося его, Эйс не чувствовал, будто губы пытаются справиться с чем-то чужеродным. Словно это слово было частью его родного языка, который он знал с детства.

– Да, – подтвердила Марселин. – Её сакри – Лерайе.

Значит, они оба связаны с какой-то сверхъестественной чертовщиной, в которой им разбираться и разбираться – ровно до тех пор, пока не появится что-то новое, требующее их внимания. Эйс не успел ещё разобраться во всех тонкостях магии, свидетелем существования которой он недавно стал, и не подозревал, какова эта Сила, которую его сестре подарила Лерайе, но ему казалось, что она будет значительнее той, что приобрёл сам Эйс.

– Я могу её увидеть?

– Позже, – Марселин отрицательно покачала головой. – Сейчас её исцеляет её собственная Сила, и хотя я могу вмешаться, не думаю, что это разумно. Мы не знаем, как её магия может выплеснуться и повлиять на окружающих. Лучше никому, кроме магов, к ней пока не подходить.

– Но я хочу знать, что с ней произошло!

– Я тебе объясню, – подхватил дядя Джон. – И я познакомлю тебя с теми, кто тут живёт. С Гилбертом – в первую очередь. И ещё кое-что, Эйс.

Ему не понравилось, как дядя Джон произнёс его имя. Будто оно – проклятие, насланное на заклятого врага, или часть табу, которое он нарушил. Но Эйс, в очередной раз проглотив рвущиеся наружу чувства, кивнул, показывая, что готов слушать.

– Семья забыла тебя, – на одном дыхании произнёс дядя Джон, смотря ему в глаза. – Уже тогда, когда ты пытался объяснить им то, что увидел, они не помнили тебя.

Эйс сжался. Бурлящая в нём сила утихла, ничего вместо себя не оставив. Привычный мир непростительно медленно рушился, каждым осколком задевая Эйса и заставляя его испытывать жгучую боль в груди. Привычный мир таял, словно снег под яркими солнечными лучами, выжигая всё то, за что Эйс пытался уцепиться в последние дни. Сам того не осознавая, он пытался удержать свой привычный мир и тот мир, частью которого он стал, пытался сплести их во что-то единое и жить так, будто это нормально. Ещё вчера Эйсу было двенадцать и он считал, что его сестра и дядя пропали без вести, а семья не помнит их. Сегодня ему пятнадцать и он, увидевший и почувствовавший магию, был частью чего-то, выходящего за рамки знакомого ему мира. Вселенная расширилось до бесконечного числа неизвестных ему миров, из которых дядя Джон назвал лишь шесть, и одного мира, который был известен им, сигридцам, из легенд. Эйс даже не услышал названия этого мира, но шестое чувство шептало, что и он не является просто легендой.