mikki host – Мир клятв и королей (страница 125)

На миг всё вокруг застыло. Отдававшаяся в костях дрожь пошла на убыль, зато вой стал громче и зазвучал ближе. Пайпер крепче стиснула руку Эйса и отступила на шаг, пытаясь подтолкнуть его к ванной комнате. Может, хотя бы так она выиграет ему несколько секунд. Однако что потом? Как правильно призвать Силу и использовать её без вреда для себя и Эйса? Как использовать всё то немногое, что она узнала из уроков Сиония, Стефана и Энцелада?

На дверь навалилось что-то массивное, и дерево мгновенно затрещало. Быстрее, чем Пайпер успела пихнуть Эйса в сторону, меч со свистом рассёк чью-то плоть и дерево. Сквозь отдалённый хор жутких голосов послышалось знакомое ворчание. Меч выскользнул из дерева, чья-то туша с глухим шлепком упала на пол, и дверь распахнулась, явив больше раздражённого, чем злого Энцелада. Его бронзовые доспехи были покрыты густым слоем чёрной крови. На ожесточённом лице Энцелада алела царапина, пересекавшая нос, но выглядела она не так ужасно, как Пайпер подумала при первом взгляде.

– Идём, – Энцелад кивнул в сторону и ногой отпихнул тушу тёмного создания от прохода. – Нужно убраться отсюда, пока демоны ещё не добрались до вас.

– Стой, – Пайпер обратилась и к Энцеладу, сразу же замершему на месте, и к Эйсу, уже сделавшему шаг из-за её спины. – Почему я должна тебе верить? Действительно ли это ты?

Энцелад склонил голову вбок. Уголок его рта приподнялся, складывая губы в кривую ухмылку.

– Двигайся, пока я не выволок тебя отсюда за шиворот, Первая.

Пайпер это совсем не убедило. Так мог сказать и настоящий Энцелад, и демон-перевёртыш, принявший его облик – уж слишком скверный характер был у рыцаря, скопировать который было крайне легко. Однако бесцветные нити магии, означавшие хаос, опутавший всё вокруг, возле Энцелада искрились изумрудным – цветом магии Марселин. И пахло очень знакомо. Обоняние Пайпер всё ещё ютилось где-то на границе человеческого со сверхъестественным, но этот запах определённо принадлежал магии Марселин. Чуть более буйной и отчаянной, чем обычно.

Что-то, произошедшее со Стефаном и вызвавшее столь дикую вспышку хаоса, коснулось Марселин.

– Что произошло? – наконец спросила Пайпер, первой приближаясь к Энцеладу.

– Барьеры пали, и тёмные создания атаковали нас, на этот раз изнутри, – рыцарь отступил в сторону, пропуская её и Эйса, но Пайпер схватила его за локоть и протащила всего пару на сантиметров, чтобы показать, что он идёт первым. – Как скажешь, Первая, – с издёвкой выдохнул он, перехватывая меч поудобнее и бесшумно ступая по залитому кровью ковру.

Воздух трещал от сцепившихся хаоса и магии и буквально искрил предупреждением: опасность за каждым углом. Любой неверный шаг или случайно обронённый звук могли только усугубить положение. Пайпер крепко держала Эйса за руку, чувствуя, что он трясётся, как осиновое дерево на зимнем ветру, и неотрывно следила за Энцеладом.

Особняк не издевался над ними, но даже те несчастные два-три коридора, что они успели пройти, превратились в ночной кошмар. Двери сорваны с петель или разломаны в щепки. Глубокие борозды от когтей на стенах, полу и потолках. Кровь чёрная и красная пятнами пестрила то тут, то там. Лишь раз, возле самого окна, на мраморном подоконнике Пайпер заметила отпечаток синей крови. Если тёмные создания и были здесь, то они ушли, оставив после себя только разрушение и витающий в воздухе привкус гнили.

Пространственная магия в очередной раз исказила внутреннее убранство особняка, и двери, ещё секундой назад ведущие в одну из комнат, преобразовались в библиотечные. Энцелад быстро открыл их и проскользнул внутрь, маня за собой Пайпер и Эйса. Лишь заметив знакомую макушку в помещении, Пайпер толкнула Эйса внутрь и нырнула следом.

Марселин пронеслась мимо них, как ураган из крови и злости, и навалилась на захлопнувшиеся двери. До чёртиков перепуганный Эйс всхлипнул и бросился к дяде Джону, а Пайпер остановилась, следя за действиями Марселин. Маг выводила в воздухе множество сложных рисунков, сияющих зелёным и белым по краю, переплетала их между собой, разделяла, как это делал Стефан на барьере, окружавшем дом господина Илира. Она ставила и укрепляла защиту, силясь обезопасить единственное место в особняке, куда ещё не добрались тёмные создания.

Пайпер на негнущихся ногах побрела к остальным. Дядя Джон крепко прижимал к себе Эйса и шептал ему, что всё будет хорошо. Диона сидела на столе, закинув ногу на ногу, и хмуро смотрела перед собой. Кит и Соня в спешке проверяли оружейные ремни, единственные, что, очевидно, успели забрать с собой сразу же после нападения. Кит действовал быстро, как идеально отточенный механизм, но при этом лицо его было бледно, а руки слабо дрожали. Соня то и дело замирала на долю секунды, но быстро брала себя в руки и продолжала. Гилберт, воплощающий собой нервозность и собранность одновременно, ходил из стороны в сторону и кусал ноготь на большом пальце, смотря себе под ноги. На левом запястье у него была полоса белой ткани, пропитавшаяся синей кровью.

Пайпер не досчиталась только Шераи и Сиония – слуг Гилберт на эту ночь отпустил.

– Где Сионий? – всё-таки спросила Пайпер, и её вопрос выстрелом прорезал относительную тишину. Где-то за барьерами и стенами библиотеки, в коридорах совсем рядом и в другой части особняка бродили тёмные создания, но их присутствие и вой были столь неощутимы за охранными сигилами, что Пайпер на секунду подумала, будто всё это – очередной кошмар. Вот только она не просыпалась, как бы ни кусала щёки изнутри или ни щипала свои руки.

– Ограничивает эпицентр хаоса, – ответил дядя Джон, трепля Эйса по голове. – Он вернётся через пару минут.

– Эпицентр? – озадаченно переспросила Пайпер.

– Место, где находятся Стефан и Маракс, – зло буркнула Марселин, пролетая мимо неё. – Энцелад, быстро подошёл ко мне!

– Это просто царапина… – хотел было возразить Энцелад, но Марселин рявкнула, недобро сверкнув глазами:

– Немедленно!

Энцелад тихо выругался и подошёл ближе. Марселин сразу же стала залечивать его царапину на лице, попутно проверяя, не получил ли он ещё каких-нибудь ранений.

– Ты тратишь слишком много магии, – предпринял ещё одну попытку Энцелад, когда Марселин всё же нашла у него на руке ещё одну царапину, на этот раз более глубокую. – Побереги силы.

– В этом не будет смысла, если вы не сможете стоять на ногах. К тому же, Пайпер всегда может поделиться со мной своей магией.

– Я могу что?

Она точно помнила, что Марселин что-то говорила о необычных гранях её Силы, и это что-то было озвучено между подначиваниями Энцелада и его атаками, но детали не желали вырисовываться более чётко.

– Пожалуйста, – выдохнула Пайпер, прикрыв глаза, – объясните, что происходит.

Гилберт с шумом втянул воздух и запустил пальцы в волосы, обычно уложенные безупречными лёгкими кудрями. Он был в отчаянии, и Пайпер поняла это с первого взгляда, но очень быстро до неё дошло, что отчаяние – лишь первый слой нынешнего состояния великана.

– Стефан стал вратами, – проговорил он, когда желающих объяснить не нашлось. Гилберт остановился, посмотрел на Пайпер, сложив пальцы шпилем, глубоко вздохнул и продолжил: – Во время прошлого нападения, когда тебя забрали, Стефана ранили. Незначительно, однако Маракс нашёл способ через рану и рог другого демона наложить на Стефана проклятие.

– Проклятие? – быстро переспросила Пайпер. Ей хотелось верить, что она всё ещё не понимала как минимум три четверти сигридского мира.

– Порождение хаоса тёмных созданий, – рассеяно махнув рукой, будто отгоняя надоедливое насекомое, пояснил Гилберт. – Если говорить грубо, это магия демонов, их заклинания. Обычно проклятия не бывают такими… масштабными и жуткими, но Маракс хорошо подготовился. Как только он открыл врата, в особняк хлынули демоны.

– Открыл… врата, – повторила Пайпер, от волнения заламывая пальцы. Дядя Джон кивнул, подтверждая её слова, и она поспешила уточнить: – Это брешь?

– Да, это брешь, её самая совершенная и контролируемая форма. Самая опасная.

– Почему?

– Врата можно контролировать, – отослав от себя Энцелада, Марселин повернулась к Пайпер и вперилась в неё немигающим взглядом. – Пока у врат есть источник, они не закроются просто так. Они будут впускать и выпускать демонов, как того хочет тот, что их контролирует. Как того хочет Маракс.

То отвратительное создание, напоминающее человека, едва не убившее её, Шераю и дядю Джона в его доме. Первый демон, которого встретила Пайпер. Не случайность ли это, что именно он стоит за этим нападением?

– Мы можем как-то закрыть врата? – торопливо произнесла она, боясь, что мысль ускользнёт. Разумеется, сигридцы не такие идиоты, чтобы не попытаться сделать это, но Пайпер не могла не спросить. – Или оградить их барьерами?

– Нам из особняка не сбежать! – Гилберт нетерпеливо взмахнул руками, но секундой позже опустил их и устало провёл ладонями по лицу. – Мы в ловушке, Пайпер. И пока врата открыты, нам не выбраться.

Не хотелось выставлять себя идиоткой и трепать и без того почти изжившие себя нервы Гилберта, но Пайпер нуждалась в объяснениях. К счастью, Кит, очень громко спрятавший остро заточенный нож в чехол на бедре, с нарочитой небрежностью выдал:

– Проклятия демонов изощрённые, но нынешнее довольно-таки простое. – Он даже подождал, пока Пайпер посмотрит на него, и выдал самым убийственным и серьёзным тоном, на какой был способен: – Мы все прокляты, Пайпер. Маракс наложил проклятие на каждого, кто есть в особняке, и мы не сможем выйти, пока проклятие не будет снято. Даже с помощью порталов, даже с помощью магии сакри. Мы заперты здесь, и единственный способ спастись – закрыть врата.