mikki host – Мир клятв и королей (страница 107)

Пол же напоминал настоящую мозаику. Кит даже не знал, куда ему ступать, ибо абсолютно всё было занято чем-то: листы, книги, вездесущие карты, уже начинавшие надоедать, и почему-то пустые тарелки. Это было очень странно, потому что Кит был абсолютно уверен, что Пайпер завтракает, обедает и ужинает в столовой в чьей-нибудь компании. Или же это были какие-то ночные перекусы. «Тогда почему она не позвала меня?» – с обидой подумал Кит, вглядываясь в одну из тарелок. Крошки от печенья подсказали, что его догадка верна.

– Предательница, – прошипел Кит, прожигая спину Пайпер взглядом.

Эйс убрал карту с кресла, но, заметив там носки, вернул её на место и отошёл к небольшому стульчику у трельяжа. К счастью, ему пришлось избавиться лишь от одной подушки, чтобы занять место и продолжить дарить Киту злобные взгляды. Ну просто прелесть, а не ребёнок.

– Нашла, – объявила Пайпер. Она сдёрнула с кровати неизвестно откуда появившийся плед (Киту показалось, или раньше он был в библиотеке?), и под ним оказалась свёрнутая старая карта. Пайпер с гордостью раскрыла её и продемонстрировала Киту, в то время как Эйс со вздохом пробормотал:

– Господи…

– Спасибо, обойдёмся без него, – фыркнул в ответ Кит, тряхнув головой. – В чём дело, Пайпер? Ты притащила меня сюда для того, чтобы показать этот беспорядок? Что ж, я тронут. Я наконец нашёл сестру.

Эйс вздохнул ещё раз, будто он был единственным здравомыслящим человеком в этой комнате и прямо сейчас лишний раз убедился в этом.

– Не совсем понимаю, – произнёс он, посмотрев на Пайпер, – для чего тебе карта.

– Сейчас поймёшь.

Игнорируя мягкое на вид одеяло на полу, которое к тому же было совершенно невинным, Пайпер прошлась по нему и приблизилась к Киту. Тот бросил быстрый взгляд через плечо, но с недовольством заметил, что дверь уже закрыта, – должно быть, Эйс постарался. Кит, конечно, не видел проблемы в том, чтобы открыть её, но вряд ли Пайпер даст ему даже мгновение на то, чтобы взяться за ручку.

– Ты знаешь, что это за символы? – она указала на угол карты, где были записаны три строчки, расположившееся так близко, что их едва удавалось разобрать.

Вопреки внутренним протестам и желанию немедленно рассказать о произошедшем кому-нибудь из магов, Кит присмотрелся к надписи в углу. Буквы были корявыми, будто их вывел ребёнок, впервые взявший в руки ручку. Кит с трудом разобрал одно-единственное слово, «rezraw», и тут же вскинул голову, оторопело уставившись на Пайпер.

– Когда ты нашла эту карту, надпись уже была? – осторожно поинтересовался он. Он надеялся, что Пайпер хотя бы попытается схитрить, потому что так он сможет примерно понять, куда давить, но Пайпер выпалила всё на одном дыхании:

– Эту надпись оставил Арне, когда пару дней назад взял моё тело под контроль.

Кит терпеливо ждал продолжения, но его не последовало. Прелесть-а-не-ребёнок ничего не добавил.

– Ты шутишь? – уголки губ искателя дёрнулись и уже поползли вверх, когда глаза наткнулись на непробиваемую маску на лице Пайпер. – Не шутишь, – неуверенно добавил Кит, и тут же на всякий случай уточнил: – Точно не шутишь?

– Давай мы спросим об этом Лерайе, которая решила, что я – идеальный кандидат в сальваторы, хорошо? А пока вернёмся к надписи…

– Да погоди ты! – Кит схватил её за руки и заставил опустить карту. – Ты серьёзно? Ты думаешь, что Арне… взял твоё тело под контроль?

– Я в этом абсолютно уверена. Помнишь, когда мы только познакомились, ты хотел провести мне экскурсию, а в холле я упала в обморок? – Кит нервно сглотнул и кивнул. – Так вот, никакой это был не обморок. Я разговаривала с Арне. Он вырвал меня из… как он там сказал? Из привычного для меня временного потока. Для тебя прошло меньше секунды, а для меня – несколько минут.

– Стой… – Кит сделал шаг назад, запнулся о стопку книг и едва не полетел вниз, в сосредоточие хаоса и беспорядка, но всё же смог вернуть равновесие. – Не торопись ты так. Просто… Боги, Пайпер. В какую хрень ты меня втянула?

– Сигридскую, – немного подумав, ответила девушка. Кит сдвинул брови, и Пайпер уточнила: – Сальваторскую. В своё оправдание скажу, что меня тоже в это втянули.

– Да, но ты… Ты сама влезла в разговор с Арне и… Эта твоя надпись… Чёрт, – Кит закрыл лицо руками и опустил голову. – Чёрт, чёрт, чёрт!

Почему с ним вечно что-то происходит?

Кит ведь никогда не жалуется. Всегда идеально выполняет работу, которую ему поручают. Так почему именно его попросили ответить на некоторые вопросы Пайпер и именно он наткнулся на неё сегодня в коридоре? Что, Стефан или Данталион не выдержали бы такого шокирующего погружения в чужие воспоминания?

Как Киту вообще к этому относиться?

Для него, как и для любого другого нормального человека, всё, что было до его рождения – просто история. В истории, которую изучал Кит, были эльфы, феи, великаны и вампиры, магия и чары, а также другие миры, но он так привык ко всему этому, что уже не считал чем-то сверхъестественным. Король, правивший феями до Ариадны, был для Кита частью историю, а вот сама Ариадна – нет. Всё, о чём Кит читал только в книгах или слышал из уст других – история.

А тут ему подсовывают чужие воспоминания, которые значительно разнятся с тем, что Кит изучал.

В том, что он видел, были прошлые сальваторы. Не просто какие-то личности из истории, оставившие после себя что-то. Они были настоящими, живыми. До того человечными, что Кит даже растерялся. А ещё там был Третий, совсем не похожий на вероломного предателя, каким его рисовали другие. Вполне себе обычный великан, мало чем отличающийся от Гилберта или Стефана.

Впрочем, Кит и Муссолини никогда не встречал, чтобы утверждать, что тот был славным парнем. Третий – история настолько отдельная, что требует слишком много времени и перетягивает на себя слишком много внимания. Кита интересовало другое.

От шока, что он был погружён в чужие воспоминания, он не сразу заметил неладное. Живые Второй и Третий, обсуждающие свои планы, поле боя, на котором Йоннет встретила свою смерть… Кит был поражён – настолько, что вспомнил об ещё одной девушке и словах Третьего о ней только сейчас.

В воспоминании была демоница. С чёрными склерами, красными горящими огоньками-зрачками и рогами, растущими изо лба. Сальваторы её почему-то прятали в доме, принадлежащем роду Лайне.

Кит видел то, чего не должен был? Или наоборот – теперь, когда он увидел это, он должен использовать это во благо коалиции?

Что, чёрт возьми, Кит должен сейчас делать?

– Разве это возможно? – спустя минуту напряжённого молчания спросил искатель, подняв голову. – Арне не мог просто взять твоё тело под контроль. Ещё ни один сальватор не вмещал в себе мощь сразу двух сакри.

– Я не говорила, что связана с Арне, – немного подумав, Пайпер принялась сворачивать карту. – Марселин говорила о печати, которая то появляется, то исчезает, а господин Илир упоминал, что Стефан выдвинул теорию: будто в меня вплетено «будущее» Времени. Но, думаю, здесь всё гораздо сложнее.

Кит совсем ничего не понимал. При чём здесь вообще маги и уж тем более господин Илир?

– Почему ты говоришь об этом мне?

Пайпер, казалось, впервые задумалась над этим. Она положила карту на свою кровать, словно та была самой хрупкой вещью во всех мирах, и вновь посмотрела на Кита. Искатель был готов поклясться, что впервые рассмотрел её достаточно хорошо, чтобы понять, с кем он имеет дело.

Золотые глаза его больше не пугали (да и до этого, если честно, тоже), но теперь Кит мог сказать, что привык к ним. Что странно и удивительно, раньше взгляд Пайпер был более уверенным и сильным, а сейчас – испуганным. Не затравленным, какой Кит иногда видел у попадавших в плен коалиции демонов, но близкий к такому. Поначалу Пайпер старательно приводила свои чёрные волосы в порядок и каждый день меняла одежду на чистую, но уже третий день подряд Кит видел её в одной и той же синей толстовке. Непрошеная ассоциация пришла сразу – кровь великанов была такого же оттенка. Кит вздрогнул, отогнал сравнение и вновь посмотрел на Пайпер, начавшей наматывать локон волос на палец.

– Скажем так, – наконец начала она, – я веду собственное расследование. Ты, кажется, хорошо разбираешься во всём этом… Ты же землянин, переживший эриам ещё в детстве.

«Вот только это не помогло мне, когда ты каким-то образом показала мне воспоминания Йоннет».

Пайпер сняла подвеску в виде прозрачного кристалла и показала её Киту:

– Это – кристалл памяти, созданный Йоннет. Тот самый, что… что был в самом последнем воспоминании. Я забрала его у господина Илира и пыталась изучить, но он не реагировал на меня. Я не думала, что он даст о себе знать сегодня. И не думала, что ты тоже окажешься в это втянут. Но раз уж всё-таки оказался…

Киту не понравилось, как изменилась её интонация. Взгляд Пайпер всё ещё был слегка испуганным, стали в нём не наблюдалось, зато в голосе её было хоть отбавляй.

– Не говори о том, что ты видел. Никому. Даже Гилберту. Особенно Гилберту, – поспешно исправила она. – Пожалуйста, Кит. Я должна разобраться с этим сама, без навязывания чужих идей и взглядов.

Он понял, о чём его просили. Кит мог бы сразу дать ответ, который от него ждут, если бы не понимал, что этим он ставит под удар не только себя, но ещё Пайпер и даже Эйса. Сокрытие столь важной информации, воспоминания о Третьем, просочившиеся в голову Кита, и образ демоницы, которую он видел – всё это может плохо кончится.