Mikka Hope – Мой темный лорд (СИ) (страница 86)
Правда спать мне приходилось на полу. Но я не переживала. Оконяание моего затворничества близилось. И все ждали его. Сухай с нетерпением, а остальные со страхом.
В то утро я почувствовала, что все окончиться и сказала литкартам чтобы выбирались из замка. И я не ошиблась. За мной пришел лично Сухай.
— Ну, надо же жива, — презрительно сказал он. — Сегодня день моего триумфа. И ты будешь его видеть. Я закончил поиски и все решил. Мой братец оставил весьма подробные инструкции. Я стану править этим миром.
Я нашла мыслью Авию и сказала ей, что бы они выбирались из замка, когда начнется ритуал. Авия ответила согласием. Хаоса они знали, и я была спокойна за их будущее.
Меня вывели из комнаты. Белые слуги Сухая вели меня по тем же самым коридорам, по которым мы шли с Михеем. Новые слуги Сухая были какими-то неживыми. Создавалось ощущение, что за моей спиной шли роботы или куклы. Я аккуратно попыталась просканировать их. И то что я увидела меня буквально шокировало. Они реально были мертвыми. Ни одной мысли. Ни какой ауры. Ни каких чувств. И все было завязано на Сухая. Но назвать это жизнью было сложно. Вернее вообще было нельзя. Это даже не зомби. Как только ему такое пришло в голову. Мне захотелось плюнуть в глаза тому, кто это создал.
Сухая заметили мои потуги.
— Нравится мое изобретение. Это новая форма жизни.
— Жизни? Это не жизнь, — огрызнулась я.
Сухая посмотрел на меня как на врага народа.
— И почему это моя дочь считает, что это не жизнь?
— Любое разумное существо думает и что-то чувствует. А они пустышки. В них нет ни жизни, ни чувств. Это куклы.
— Меня не интересует мнение смертника, — заорал Сухай.
Его буквально трясло. Я вспомнила, как в детве доводила его до белого каленья. Вначале мне помогал в этом Дилан, а потом после смерти я делала это сама. И именно злость отца была бальзамом на мою душу. Я улыбнулась. А Сухая с ненавистью посмотрел на меня.
А кажется жизнь налаживается. И если этот мир захочет меня спасти, то я переживу этот день.
В этот момент мы пришли на открытую площадку. Это был балкон, на который можно попасть из тронного зала. Этот балкон был и в прежнем замке Сухая. Меня оттолкнули в сторону. Но я все равно стояла близко. О сколько патетики в папаше.
Посредине балкона стояла тренога. Я улыбнулась. Слуги белого бога построились полукругом. Михей стоял недалеко от Сухая. И на лице ангела отражалась целая гамма чувств от заинтересованности, когда Сухай смотрел на него, до брезгливости, когда начальство от него отворачивалось. Камни лежали на маленьком столике, который стоял рядом с треногой. Под треногой разведен был костер. Сухай прошел к треноге.
На небе занималась заря. Солнце только краем поднялось над горизонтом и окрасило краешек неба в розоватый цвет. Я посмотрела на встающее солнце. Всегда любила восход солнца. Это словно рождение нового мира. Будто до этого и мира не было. И вот восходит солнце и рождается новый мир и новый день.
Я опустила глаза. И увидела, что Сухай смотрит на меня. А я на него не любуюсь. Вот досада. Я с улыбкой посмотрела на папашу. Он постарался пропустить мимо улей откровенно издевательскую ухмылку. Вот что с ним случилось? Не уже ли жажда власти так портит людей и ломает мозги.
Сухай поднял руки и начал читать заговор или заклинание. Честно говоря, никогда не понимала разницы между всей этой колдовской чепухой. Я внимательно слушала слова отца. Он говорил о том, что четыре капли должны сплавиться в одну. Что сплавленное должно стать ключом к власти над миром. А потом он воздал хвалу создателям миров. Мне было немного смешно.
Отец стал класть камни в чашу, что стояла на треноге. И когда он клал очередной камень, я потихоньку убирала свою силу из камня. Михей заметил мои манипуляции. И улыбнулся.
А потом отец улыбнулся и поднял чашу. И то, что она пустышка отец не заметил. А потом он призвал силу. Отец был силен и потому сил он призвал много. А потом сила подняла его. Сухай подхватила меня, и стал поднимать в небо. Огромные силы стали закручиваться, и темная воронка поднимала меня и его все выше и выше. Я ничего не видела, кроме глаз отца. Он смеялся, а я смотрела на него с жалостью.
Мы поднялись высоко над землей и тут разверзлись небеса и, в проявившееся окно, высунулась голова белой драконицы.
— Ай-ай. Я же говорила тебе, что ты не справишься с бременем власти. А ты все забыл.
— Мама, — сказал Сухай.
— Да. И тебе пора покинуть миры. Ты наломал слишком много дров. Идем сын. Я помогу тебе вылечиться. А загляну к тебе внучка. Ты хорошо справляешься со своими обязанностями.
И они пропали. А я расправила сломанные крылья и полетела вниз. Ничто не могло мне помочь. Ведь крыльев у меня не было. Я не испугалась. Да и чего бояться. Жизнь кончена и, мою дело продолжит кто-то другой. И тут меня поймали сильные руки.
— Ты должна жить. Я не смогу без тебя моя любовь. Моя Лилит.
Я потеряла сознание. Но жизнь продолжалась.
Очнулась я в замке Рактевира и, кажется, ничего не меняется.
Хаос. Гентиас Кердиол.
Я чувствовал, что с ней плохо. Вернее не так. Я должен был быть рядом с ней. Слышать ее голос и чувствовать, что с ней все в порядке. Мы с Рактевиром жили рядом с замком Сухая. Правитель хаоса рассказывал мне о том, как они жили с братом в доме родителей. Как шалили и какими веселыми были. Кажется тогда не было никаких препятствий и разногласий. Не было власти за которую надо было бороться и не было Кроны. Я слушал его вполуха.
И тут пришла к нам… нет я не могу сказать кто к нам пришел. Она назвалась Авией. И сказала, что она литкарт. Чудовище, а не живое существо. Но мне не было страшно. Она сказала, что меня хотят видеть. И я пошел. Рактевир хотел что-то сказать, но я его не слушал.
А потом мы были вместе. Я просто целовал ее и мечтал о том времени, когда не надо будет куда-то ехать или бежать. Когда мы будем жить, и никто не будет нам мешать.
На мое предложение Михею поселиться в долине дворфов всесильный ангел не сказал ни да, ни нет. Он просто не знал о ней. Ну да прежде чем отвечать надо посмотреть. Я помнил этого человека. Но сейчас это был другой ангел. Михей выглядел уставшим и каким-то измученным. Он рассказал мне о безумии Сухая. Но я не был удивлен.
А потом началось. Силы, которые он призвал, были чудовищными. Но ничего из сил создающих миры тут не было. Я помню как Лилит творила свою магию. И все что я видел было что-то чудовищное. Рактевир ругался и матерился. Но не мешал мне. А потом я пошел вперед. Никакие силы хаоса не могут мне помешать. Они поднялись слишком высоко. А у Лилит нет крыльев. Она разобьется. И я поднялся. Она падала вниз. Сухая не было. И меня это не пугало и не удивляло. Я поймал ее и опустил на землю. В отличие от нее мои крылья никуда не делись. И грех было ими не воспользоваться.
Мы тихо опустились вниз. И когда я опустил ее на землю, шум стих. Ко мне кто-то бежал и тряс за плечо. Кто-то кричал виват. Но я не слышал. Она лежала на моих руках. И в этот раз я ее спас. А значит, все будет хорошо. Лилит будет жить и я вместе с ней. И больше никогда и никто не посмеет причинить ей зло. А потом мы переместились в замок Рактевира. И я сел рядом с ней ждать, когда они очнется.
Рактевир.
Я пытался как-то отвлечь его от мыслей о Лилит. Самое страшное, что могло сейчас произойти — это гибель Лилит. У меня больше не было сил противостоять сумасшедшее чудовище мне сейчас не под силу победить.
А потом начался ад. Чудовищные силы закручивались в какую-то чудовищную воронку. Он кажется не понимал что он творит. А я не понимал, как спасти Лилит. Силы хаоса не давали поднять голову. Я почти ничего не видел. Пришедший за несколько минут до этого внук, попытался поднять голову. Но его чуть не унесло в пропасть. Я схватил его за руку и что-то ему говорил. Но сказать что-то было сложно.
И тут мы подняли голову и увидели, как Хаос встает и идет вперед. На лице у Ансея было написано все, что он об этом думает. Мы не могли поднять голову, а он спокойно шел вперед. Да никогда не понимал это существо и его патологическое стремление к Лилит. Наверное, это называется любовь. Как он поймал ее, я почти не видел. Но как они опустились, видел отчетливо.
— Сумасшедшие, — кричал Ансей. — Полоумные. Как можно было поставить на чудика, который потерял голову и мозги от желания иметь безграничную власть.
К нам бежали ангелы и те самый литкаты. Я видел, как передернуло Ансея. Да уж вид у них не самый чудесный. Нас трясли и кричали виват. Но Хаос ничего не слышал. Он держал Лилит и шептал ей, что все будет хорошо, и никто и никогда больше ее не потревожит. Но она его не слышала. Девушка была без сознания.
— Так все уходим. Ангелы, литкарты, вы за мной. Белых оборотней мы уже забрали.
И мы шагнули в портал. Все же хорошо то, что хорошо кончается.
Эпилог
С тех пор как я очнулась в комнате в замке Раетвира, прошло уже пятьдесят лет. Я сижу на крыше своего домена и вспоминаю старые времена. За пятьдесят лет обо мне благополучно все забыли. Чему надо сказать я очень рада. Каждый правитель и дворянин знает моего мужа. С ним имеют дела все и гномы и эльфы (время от времени) и люди, да и темные лорды тоже. Родители Тиаса так и не простили ему происхождения. Но он не очень на них сердиться. Да и к чему это. Но вот последнее время, когда в семье Кердиолов начались трудные в финансовом порядке времена, его мать обратилась к нему. Но Тиас с улыбкой предложил ей устроить отца на работу. Леди оказалась не железной — хлопнула дверью так, что посыпалась штукатурка. А Тиас долго смеялся.