Микаэль Юрт – Тёмные тайны (страница 72)

— Я бы сказала, что перед нами место преступления. Конечно, лаборатория еще должна подтвердить, что это кровь Рогера, но в Вестеросе едва ли найдется много других людей, потерявших в последние недели несколько литров крови. — Она сделала эффектную паузу, оглядывая поляну. — Однако убили его не здесь.

— Ты ведь, кажется, только что сказала, что это место преступления, — начал Торкель.

— Это и есть место преступления, но не место убийства. Жертву сюда перетащили. Посмотрите сюда.

Урсула осторожно повела остальных по тропинке по направлению обратно к стадиону. Мимо заграждения и дальше.

— Старайтесь держаться рядом с тропинкой. Уже достаточно плохо, что мы по ней разок прошлись.

Они молча двинулись дальше и вскоре увидели то, что обнаружила Урсула. Отчетливые следы крови на бледно-желтой траве. Торкель помахал полицейскому в форме:

— Надо расширить заграждение.

Урсула, не обращая внимания, пошла дальше мимо кустарника и молодых побегов вверх по склону и вышла к футбольному полю.

— Кто-то стащил его вниз. Отсюда. — Урсула показала рукой в сторону стадиона, и, присмотревшись, они увидели слабые следы на сером гравии края стадиона. Такие следы могли оставить только две пятки.

Все застыли, проникнувшись серьезностью момента: так близко они еще не подходили. Была некая магия в том, как обычное тоскливое место обретает значение только потому, что ты смотришь на него глазами Урсулы. Маленькие, едва заметные пятнышки становились кровью, сломанные ветки — отпечатками мертвого тела, а грязный гравий переставал быть всего лишь камешками и оказывался местом, где навсегда угасла жизнь юноши. Теперь они двигались еще медленнее, стремясь вперед, но с осторожностью. Прежде всего чтобы не испортить каких-нибудь доказательств, но и чтобы не утратить эту проясняющую, освобождающую магию. Торкель достал телефон и позвонил Хансер. Ему требовалось подкрепление, надо было значительно расширить зону поиска. Как раз когда Хансер ответила, они подошли к месту, где едва заметные следы обрывались и сменялись круглым темным пятном, которое могло означать только одно. Они стояли на месте, где умер шестнадцатилетний мальчик. Где все и началось, и закончилось.

Торкель поймал себя на том, что шепчет, объясняя Хансер, где они находятся.

Себастиан огляделся. Они сделали важную находку. Выявили не просто отдельные следы, а весь ход событий. Теперь требовался следующий шаг. Следы крови и волочения трупа — это да, но им необходимо дойти до сути и начать сближение с убийцей. Место преступления является одним из важнейших компонентов расследования убийства. О последнем пути Рогера им уже кое-что известно. А что говорит место об убийце?

— Странное место, чтобы в кого-нибудь стрелять. Посреди футбольного поля, — через некоторое время произнес Себастиан.

Урсула кивнула:

— Особенно при наличии там многоэтажных домов. — Она указала в сторону трех больших высоких серых зданий, расположенных на возвышении неподалеку.

— Это, безусловно, подтверждает теорию, что убийство не планировалось, — Себастиан отошел на несколько шагов от темного пятна, горя желанием обсудить возможности. — Рогера застрелили здесь. Когда он умер, убийца понял, что необходимо извлечь пулю. Для этого он избрал более укромное место. Первое попавшееся, выбор нам ни о чем не говорит.

Остальные кивнули.

— Кроме того, мы знаем, что Рогеру выстрелили в спину, верно? Тогда существуют два варианта. Либо Рогер знал об угрозе и пытался бежать, либо его застрелили совершенно неожиданно.

— Думаю, он знал, — решительно заявила Урсула. — Определенно. Он бежал от угрозы.

— Согласна, — вставила Ванья.

— Что заставляет вас так думать? — спросил Торкель.

Урсула впервые за день посмотрела ему в глаза:

— Посмотри на место убийства. Мы находимся в самом конце стадиона. Если бы я чувствовала угрозу, я побежала бы к лесу. Особенно если бы кто-то направил на меня оружие.

Торкель огляделся. Урсула права. Футбольный стадион кажется отсюда прямоугольником: дальняя короткая сторона почти вплотную подходит к клубу и большой открытой парковке; вдоль одной длинной стороны идет высокий забор, метрах в десяти за ним дорога, дальше — поле; с противоположной длинной стороны расположены многоэтажные дома, и еще лес возле ближайшей короткой стороны. Лесная сторона совершенно естественно воспринимается как наилучшее убежище. Если приходится принимать решение молниеносно. Конечно, бежать к домам вроде бы не менее надежно, но они располагаются на возвышении и кажутся скорее неприступным фортом, нежели хорошим укрытием. Кроме того, разница в уровнях вынудила бы его сбавить скорость.

Молча озиравший окрестности Себастиан робко поднял руку:

— Позвольте мне изложить другую версию.

— Какая неожиданность, — театральным шепотом произнесла Ванья.

Себастиан притворился, будто не слышит.

— Я согласен с вами. Если Рогер действительно видел угрозу, он наверняка побежал бы к лесу. Но я не совсем понимаю, каким образом он мог ее видеть. — Себастиан сделал паузу. Все его внимательно слушали. — Мы сейчас исходим из того, что Рогер приехал сюда на машине. Парковка располагается там, вдали, — Себастиан махнул рукой в направлении противоположной короткой стороны, здания клуба и парковки, где стояли несколько полицейских машин.

На парковку свернули несколько легковых автомобилей, из них стали выходить мужчины, которых тут же остановила полиция. Сюда уже добрались журналисты.

— Неужели Рогер проделал весь этот путь вместе с кем-то, кто имел при себе ружье? — продолжил Себастиан.

— Правда, в лесу тоже имеются следы шин, — вставила Урсула.

— Ты хочешь сказать, что он направлялся не к лесу, а из него? — поинтересовался Торкель.

— Не исключено, — ответила Урсула.

— Возможно, но маловероятно. — Себастиан покачал головой. — Недоступное, удаленное, скрытое от глаз место. Зачем бы человеку съезжать туда на машине и парковаться, если он не планировал причинять Рогеру вред? А мы вроде бы сошлись на том, что убийство не планировалось заранее.

Остальные согласно закивали. Себастиан повел рукой в сторону леса:

— Взгляните на это место. Довольно пустынно. Подходящее местечко для того, чтобы кого-нибудь незаметно высадить, — а мы ведь, кажется, находимся недалеко от дома Рогера?

— Да, думаю, его дом должен располагаться позади них. — Ванья махнула рукой в направлении высоких домов. — Примерно в полукилометре отсюда.

— Тогда это довольно удобный короткий путь, верно? — произнес Себастиан.

Остальные закивали. Торкель посмотрел на него. Почесал щеку, почувствовав, что забыл утром побриться.

— Что ты имеешь в виду? Рогера подвезли сюда и… что?

Все взгляды устремились на Себастиана, в точности как ему и хотелось.

— Лиза говорила, что Рогер собирался с кем-то встретиться…

Водитель, которому в недалеком будущем предстоит стать убийцей, поджидает в машине и, увидев идущего по противоположной стороне улицы Рогера, тихонько сигналит. Рогер пересекает улицу и после разговора через опущенное боковое стекло садится в «Вольво», они уезжают. По пути водитель с Рогером что-то обсуждают и не приходят к согласию. Водитель заезжает на парковку возле стадиона, и Рогер выходит. Возможно, он неправильно понял ситуацию и чувствует себя триумфатором. Возможно, разговор был ему неприятен, и он спешит через стадион к дому. В любом случае он не представляет себе, что происходит у него за спиной. Водитель обдумывает ситуацию. Не видит выхода. Или, точнее, видит только один выход. Он принимает поспешное и непродуманное решение: выскакивает из машины, открывает багажник и достает ружье. Рогер идет через футбольное поле, не зная о том, что кто-то целится в него с парковки. Расстояние не слишком велико. Особенно если человек хорошо владеет оружием. Охотник или стрелок. Водитель стреляет. Рогер падает. Водитель соображает, что пуля, естественно, выведет на его след. Он бежит через стадион, тащит Рогера в скрытый от глаз лес. Бежит обратно, объезжает вокруг на машине, извлекает пулю, наносит удары по телу, загружает его в автомобиль и везет к болоту, чтобы утопить.

Себастиан умолк. По дороге проезжали редкие машины. В лесу пела одинокая птица.

— Ты сказал — стрелок. Ты по-прежнему считаешь, что это директор? — нарушил тишину Торкель.

— Это лишь версия. Теперь, пожалуйста, продолжайте техническое обследование без меня. — Себастиан двинулся в сторону высоких домов. Торкель посмотрел ему вслед.

— Куда ты?

— Хочу поговорить с Леной Эрикссон, узнать, пользовался ли Рогер этим коротким путем. Если да, то это подтвердит мою версию и увеличит возможность того, что кто-нибудь видел здесь его и машину в какой-то другой раз.

Остальные кивнули. Себастиан остановился и обернулся, сделав пригласительный жест.

— Кто-нибудь хочет пойти со мной?

Никто желания не изъявил.

Себастиан быстро нашел хорошо утоптанную тропинку, ведущую на возвышение с серыми домами. Вскоре тропинка вывела его на асфальтированную пешеходную дорожку, которая, петляя, поднималась дальше наверх и скрывалась между домами. Себастиану помнилось, что дома построили, когда он еще учился в Пальмлёвской гимназии, но подходить к ним так близко, как сейчас, ему прежде не доводилось. Дома находились не в лучшей части города, а кроме того, его родители испытывали свойственную среднему классу неприязнь к съемным квартирам. Люди их круга жили на виллах. Себастиан увидел, что к оставшемуся внизу футбольному полю подъехали новые полицейские машины. Они пробудут там долго, в этом он не сомневался. Техническая сторона полицейской работы вызывала у него смешанные чувства. Умом он понимал ее важность — она давала веские доказательства, которые чаще всего имели решающее значение в суде и приводили к большему количеству обвинительных приговоров, чем его собственная специализация. Приводимые им доказательства, если их вообще можно назвать доказательствами, были гораздо более гибкими, и хороший адвокат мог поставить их под сомнение, повернуть под другим углом и опротестовать. Это были скорее рабочие гипотезы и теории о темных движущих силах, более применимые на стадии предварительного следствия, чем в освещенном зале суда. Однако для Себастиана доказательства никогда не играли главной роли, им двигало не стремление содействовать обвинительному приговору. Его цель заключалась в проникновении в душу преступника. Вознаграждением для него являлась возможность предвидеть следующий шаг убийцы.