Мика Ртуть – Во власти чудовища (СИ) (страница 13)

— Да, Тина приехала в карете, пролезла в дом, открыла дверь своим помощникам, и они очень шустро вынесли фарфор, ковры, картины, серебро и даже часть мебели. Кстати, она и портсигар утащила, тот самый, который я ей и заказал! — Ашер довольно улыбнулся.

— Вас это не злит?

Сильвия уже взяла себя в руки и опять выглядела как строгая и неприступная горничная, а не как расстроенная пожилая женщина.

— Она умно не полезла в кабинет, поэтому я ее прощаю. Но какая наглая девица! — с восхищением протянул он. — Это уже вызов, и я его приму. Знаешь… — он галантно предложил Сильвии руку и повел ее в пустую гостиную. — Я впервые за последние годы испытываю азарт.

— Мне казалось, что вы ее почти сломали, — вздохнула Сильвия, с нескрываемой печалью осматривая пустые стены гостиной. — Мне так жаль…

— Ерунда, — небрежно махнул рукой лорд, отходя от женщины к распахнутому окну. — У меня достаточно денег, чтобы купить все эти мелочи. Нам давно пора было сделать здесь ремонт. Вызови сегодня мага-бытовика и закажи все необходимое. И знаешь, добавь в интерьер столовой немного голубого. Вазу. Да, вазы будет достаточно. Все белое — и голубая ваза, — задумчиво произнес лорд. — Будет отлично!

— Какого оттенка?

— Оттенка глаз Тины. Ее настоящих глаз.

Сильвия понимающе улыбнулась и подошла к роялю, привлеченная темным пятном на черной крышке.

— Лорд! — раздался ее голос. — Вам послание.

На рояле алой помадой было написано: «Помни обо мне, Чудовище».

Ашер улыбнулся. О, конечно, он не забудет тебя, девочка, и подготовится к вашей новой встрече.

Королевский дворец встретил советника тишиной и прохладой. Просто удивительно, как благоприятно влияет на придворных утренний рык лорда Палача, все занялись делами, никто не слоняется, не сплетничает в зале приемов. Даже девицы не порхают по паркетному полу, жеманно строя глазки гвардейцам императора. К счастью, назойливые фрейлины вдовствующей императрицы находились подле престарелой бабки Зенона, и лорду не пришлось выслушивать очередные глупости и сплетни.

Ашер прошел в свой кабинет, обставленный черной мебелью, что в сочетании с белыми стенами смотрелось очень мрачно. Через час у него была запланирована встреча с казначеем, а затем с послом дружественной Альвении, потом переговоры с гильдией морских перевозчиков. Зенон был пока неважным помощником в этих делах, мальчишка учился, но делал еще слишком много ошибок. Приходилось все контролировать самому.

Не сказать, чтобы Ашеру не нравилось управлять страной, но утомляло это изрядно. Править из-за спины императора, лавировать между разными политическими партиями, стравливать их между собой, контролировать оппозицию было бы намного проще, если бы на троне сидел сильный повелитель, а не шестнадцатилетний мальчишка, которому власть досталась всего два года назад, когда вся его семья умерла от неизлечимого проклятия. Остались лишь Зенон и почти выжившая из ума старуха, его прабабка. Ашер точно знал, что это ее проклятие погубило семью друга, а не болезнь — официальная версия, объявленная подданным.

Вдовствующая императрица была очень сильной ведьмой, а, как известно, ведьма не умирает, пока не передаст свой дар. В семье императора дочерей не было. И сила начала сжигать ведьму изнутри. Она и сама не помнила, как отпустила смертельное проклятие…

Лорд Северных земель не винил ее, он винил себя, что не успел. Он смог убрать проклятие, но было уже поздно, спасти удалось лишь одного. Теперь вдовствующая императрица доживала свой век в южном крыле в окружении собачек и многочисленных придворных дам, а страной правил ребенок.

Фрейлины императрицы — еще одна головная боль… Интересно, как Тина воспримет своих новых «подруг»? Забавно будет понаблюдать за ее первой реакцией, а то, что она последует, Ашер не сомневался. Запереть свободолюбивую воровку в стенах чопорного дворца среди развратных и наглых дамочек высшего света… Что может быть прекраснее? Она его возненавидит окончательно…

Приятные мысли прервал веселый голос Зенона.

— Привет! — его величество ворвался в кабинет со всей присущей ему подростковой прытью. — Я слышал, тебя обворовали? — весло спросил он, усаживаясь в кресло.

— Как быстро распространяются сплетни.

Лорд разложил на столе бумаги и сел напротив императора.

— Это Тина?

— Кто же еще? — хмыкнул советник, не спеша утолять любопытство своего подопечного. Вместо этого он педантично переложил карандаш, чтобы тот лежал строго параллельно листу бумаги. — Надо сказать, сделала она это очень ловко.

— Ты так это произнес, будто гордишься ею.

— Почему бы и нет? Девочка оправдывает мои надежды, — лорд улыбнулся, весело сверкнув желтыми глазами, отчего его лицо посветлело и приобрело живость.

— Ты знаешь, где она? — продолжал допытываться юный император.

— Подозреваю, попытается найти мага, чтобы освободиться от меня.

— Ты ей позволишь?

Зенон даже наклонился вперед, чтобы лучше видеть глаза советника.

— Не в этот раз, — задумчиво рассматривая императора, произнес лорд.

— Я встречался с Кики. — Лорд скривился, услышав нежное прозвище фаворитки Зенона. — Она хочет арабамского скакуна в подарок на юбилей наших отношений. Ты поможешь мне его выбрать?

«Конечно, ваше величество, причем выберу самого норовистого и своевольного», — подумал про себя Ашер.

От любовного увлечения императора у него были сплошные головные боли.

— Прости, — Зенон вмиг стал серьезным и печально улыбнулся. — Но меня тянет к ней, как будто приворожили.

— Приворот имел место быть, — тоном уставшего учителя сообщил известную Зенону истину лорд. — Но вы знаете, что я давно его снял. Вы просто влюблены или, скорее, озабочены, ваше величество. Но секс — это не любовь.

— Хорошее слово — секс, откуда ты его взял? — советник лишь улыбнулся одними губами. — Но Кристина такая… такая… обворожительная и невинная, что я не могу устоять. Хотя понимаю, что не должен.

— Нет, нет, ваше величество, — снисходительно усмехнулся лорд. — Развлекайтесь, дарите подарки и глупо хихикайте над милыми шуточками мадемуазель Кристины. Пока это играет нам на руку… — Зенон печально вздохнул и опустил взгляд. — Но даже не думайте увильнуть от ваших прямых обязанностей! — гаркнул советник. — Через два часа жду вас при полном параде для встречи с послом Альвении!

Зенон взвыл, и у лорда потеплело на душе. Не одному же ему страдать!

Весь остаток дня они с Зеноном работали, как каторжане, и весь день Ашера преследовали воспоминания: хрупкое и энергичное тело под ним, злые решительные глаза, прикушенные в гневе губы. А в ушах звучал сердитый голос, шипящий проклятия. Наваждение прямо! Но он точно знал, стоит ему добиться своего, стоит заполучить в свою постель эту девушку, как азарт и желание обладать исчезнут. Так было всегда, так будет и в этот раз.

Лорд вышел из ванной, сбросив на пол полотенце, откинул тонкое шелковое покрывало и стремительно уклонился, избегая встречи с резким выпадом гибкого змеиного тела. Неуловимое движение — и змеиная голова зажата между двумя пальцами. Чудовище окинул взглядом спальню, покачал головой и направился к выходу, не утруждая себя поиском одежды. Прошел по коридору, вышел на улицу и швырнул змею через низкую ограду во тьму примыкающего к дому парка. Затем так же спокойно вернулся в дом, вошел в столовую и замер напротив изящной голубой вазы.

Губы шепнули какое-то ругательство, а потом он улыбнулся. В ярко-голубой вазе, изящными изгибами напоминающей женскую фигуру, стояли пять алых тюльпанов, внося в стройную гармонию столовой сумасшедший диссонанс. Лорд опять внимательно осмотрелся, затем ухмыльнулся, достал из вазы один цветок, поцеловал его и шутливо поклонился.

Тина быстро накинула на хрустальный шар темный платок.

— С огнем играешь, чаюри, — покачала головой старая Сэйра и, отобрав у нее шар, понесла в кибитку. — Больше не проси тебе помочь, сама сгоришь и нас погубишь.

— Знаю, — Тина потерла запястье. — Знаю, но… — она улыбнулась. — Это так приятно — дергать тигра за усы.

— Погадать, красавица?

К Тине подошел молодой цыган в алой рубашке и белозубо улыбнулся.

— Дай руку, всю правду расскажу, по кому сердце плачет, по кому душа тоскует, кто ночами спать не дает.

Тина со смехом протянула ладонь.

— Ох, горяча ты, чаюри, — провел он кончиком пальца по линии жизни. — И сердце твое занято, печаль на нем черная. — Тина кивнула. — Забудь его, не тот он, кто тебе нужен, а вот тот, кому цветы даришь, сердце и успокоит.

Тина выдернула ладонь и вскочила, с негодованием глядя на смеющегося цыгана.

— Яшка не врет, вижу дракона с одним крылом, он и унесет твое сердце.

— Да иди ты, — буркнула Тина и, гордо задрав голову, направилась к своему шалашу.

Цыгане стали табором в поле за городской стеной и с радостью приютили у себя Тину, не припоминая ей, кто виновен в их исходе. Тина пыталась извиниться перед бароном, но он ее перебил: «Твое горе больше», — и к этому разговору они не возвращались.

Над головой раскинулось огромное звездное небо. Тина лежала возле небольшого костерка и лениво перебирала бусинки янтарных четок. Огонь отражался в янтаре, и иногда ей казалось, что это глаза Северного лорда. Мысли постоянно возвращались к Чудовищу, и когда она вспоминала их последний разговор, пальцы сами сжимались в кулаки, а сердце начинало учащенно биться, а на душе становилось как-то… странно становилось, неправильно! Тина прикусила губу и со злости стукнула кулачком по траве.