Мика Ртуть – Отомщу. Прокляну. Влюблю (СИ) (страница 36)
– Я запустил регенерацию, – отмахнулся Арден. – Позаботься об остальных!
– Остальных погрызли обычные псы, – резко ответил целитель, вглядываясь в глаза принца. – А вас - красная тварь. Я таких раньше не видел. А вы?
А ведь действительно… псы всегда были серого цвета, даже торчащие по хребту костяные отростки были серыми. А тут рыжий… Как он выглядел? Надо посмотреть… Мысли путались, накатывала тошнота, перед глазами появились яркие пятна.
Запахло паленым, в небо взвилось магическое пламя, уничтожая остатки тварей.
– Тьер ар Арден! – Целитель подхватил падающего на одно колено ведьмака. – Откройте портал! Быстро!
– Ерунда! – Арден, ухватившись за плечо целителя, попытался встать, но раненая нога подкосилась, и он рухнул. – Сейчас все пройдет, бывало и хуже. Тяжелораненого вперед!
Портал открылся с огромным трудом, Ардену показалось, что на это привычное заклинание у него ушел весь магический резерв. И все равно он упрямо ждал, пока последний ловец перейдет на другую сторону, и только потом при помощи целителя буквально рухнул в портал.
– Мне просто нужно отлежаться, – пробормотал он, увидев ошалелый взгляд графа Лероя. – Просто отлежаться - и все пройдет. Что с Адель?
– Не беспокойся, с ней Мудофель. Что с тобой произошло? Эй, Арден! Не отключайся! Не смей! Вызывайте мэтра…
Слух пропал, следом ушло зрение, отказали конечности, но даже тогда он не испугался. Бывало и хуже… Наверное …
И наконец наступила тьма. А вот это уже страшно...
Вопреки планам, на ужин я не пошла, сославшись на сильную головную боль. Льер Рошель лично пришел меня проведать, но, увидев растрепанную девицу в халате и с намотанным на голову мокрым полотенцем, сжалился и даже прислал молоденькую горничную с порошком от головной боли и ужином. Овощной салат, мелко нарезанная отбивная, стакан теплого молока и булочка. И ложка… Золотая. Я покрутила ее в руке и улыбнулась. Арден упрям и последователен. Даже приятно.
Когда горничная ушла, я не удержалась и, призвав кинжал (Это было так круто! Просто протянула руку и представила!), поскребла по ложке: неужто и правда золотая? Вау! Нет, это надо заныкать! Хотя зачем? У меня же целая пещера Алладина в приданом.
– Ох, ценит его высочество вас, льера, – улыбнулась Сурья. – Остальные простыми приборами кушают, вам золото натуральное. Да и подарок вам достался не абы какой, другим невестам - простенькие колечки да сережки, а вам - колье дорогущее с бриллиантами.
– Мне кажется, он издевается. Кстати, Сурья. – Я наколола на кинжал кусочек мяса. – Расскажи мне о местных сплетнях, что слуги говорят?
Моя служанка засияла от предвкушения, видно, давно ждала от меня этого вопроса.
– Ох, льера Адель, только о невестах и судачат. Ну, еще вчера женихи съехались, так о них тепереча, конечно, поболее. Все же высокородные да богатые прибыли, не абы кто. Сейчас за право обслуживать мужскую половину горничные друг другу волосы выдирать готовы. Льер Рошель за эти дни обогатился изрядно, гусем ходит.
– Взятки берет?
Мне стало весело.
– А как же! – заговорщицки понизила голос служанка, присаживаясь напротив меня на краешек стула. – Говорят, что ничем не брезгует. Но особенно любит, когда ему про господ рассказывают. Кто что говорит, что делает, как себя ведет.
– Ага, шпионит, значит, – глубокомысленно кивнула я. – Ради шантажа или по заданию?
– Я думаю, что по приказу.
Сурья отвела взгляд.
Интересно, она тоже за мной шпионит? По приказу… И если да, то от кого приказ? От графа, скорее всего, ведь именно он ее ко мне и приставил. Ну да пусть шпионит, пока вреда мне это не причиняет.
– А маркиза очень злая на вас, служанка ейная жаловалась, что бедную аж корежит, как ваше имя слышит. Она тут самая родовитая, метит на место королевы. А еще слухи ходят, что среди участниц лунная колдунья, вот все и пытаются вычислить, кто это? – Сурья лукаво на меня посмотрела, я фыркнула и довольно улыбнулась. – Магия-то у многих аристократов есть, да только девок не учат ничему, кроме бытовых заклинаний, вот тепереча и косятся на всех, кто магии хоть немного обучен.
– Боятся?
– Маркиза сказала, что колдунья не помеха, мол, родит сына и исчезнет, так что можно со второй женой и примириться годик.
Ага-ага, именно так и будет. Рожу сына и исчезну. Размечтались! Уж если я влюблюсь так, чтобы захотеть ребенка от этого мужчины, то меня из этого мира даже трактором не сдвинешь! Вообще не понимаю, как можно оставить своего ребенка? Да ни за что! И почему-то вспомнилась крошка Эрина. Мать ее - ехидна, смогла же отдать дочку отцу, и сердце не дрогнуло. Может быть, в этом мире воздух ядовитый? Мне так жалко малышку, чем она провинилась, что не узнает материнской любви? Даже бабушка может приходить лишь изредка. Кто ее будет баловать, вытирать слезки, рассказывать сказки?
– Вы плачете? – испуганно воскликнула Сурья. – Льера Адель, что болит? Я за целителем! Я быстро!
– Нет-нет! Просто воспоминания не очень приятные. Знаешь, я ведь росла при матери, но без нее. Она вечно была на гастролях, вечно в разъездах, на репетициях, у нее постоянно менялись мужчины. Мама была очень влюбчивая, бабушка, правда, называла это ветреностью, но у мамы другое мнение. Меня растила бабушка, а когда ее не стало, я поняла, что вокруг меня пустота и нет никого, кто смог бы ее заполнить.
Может быть, поэтому я и сошлась так быстро с Сашкой? Не обращая внимания на его недостатки, на деспотическое отношение, на мелкие придирки.
– Мне очень не хватало материнской любви.
– Бедненькая вы моя, – хлюпнула носом Сурья. – Что же это такое на свете делается, а? Как же так? У благородных так мало любви, я уж точно знаю, насмотрелась, пока у графьев служила. У нас в деревне мамки сами детей р
Сурья стиснула меня в объятиях, крепко прижимая к мягкой груди и поглаживая по голове.
– Это вы из-за эльфика вспомнили, да? Мне льера Мария рассказывала, как вы с принцессой возились. А хотите, я вас к ним проведу?
– Так нельзя же нам на мужскую половину. – Я мягко отстранилась от служанки. – Запрет же.
– А его высочество в Орден отбыли, до завтра их не будет, мы тихонько через кухню проберемся.
– А давай! – решилась я, поддаваясь на провокацию и незаметно проверяя амулет скрыта, который подарила леди Э.
Что-то мне подсказывает, что именно для таких случаев он и предназначен, демоница очень хотела, чтобы я подружилась с маленькой принцессой. Но принцесса - это ведь не ее папа, правда?
Я накинула домашнее платье, активировала амулет и пошла следом за Сурьей.
Как забавно, оказывается, что во дворце есть коридоры для слуг, они идут параллельно парадным и выглядят как узкие темные проходы, изредка освещенные тусклыми магическими светильниками. И выходы из них замаскированы под двери комнат. Теперь понятно, как слугам удается быстро доставлять еду и самим передвигаться почти невидимо. Какое, однако, полезное знание.
Мы прошли через огромную жаркую кухню, где три уставшие женщины перемывали гору посуды, на Сурью они даже внимания не обратили, а на меня, скрытую амулетом, и подавно.
– … надо просить помощь, после бала посуды будет в пять раз больше… – услышала я, когда мы выходили из кухни.
Мария нам обрадовалась, многозначительно переглянулась с Сурьей, и я поняла, что она знала о нашем приходе. На столе тут же появился чай и пирожные, а улыбающаяся Эрина оказалась у меня на руках. Вот заговорщицы!
– Она вас узнала, льера Адель, – довольно сообщила няня принцессы, снова переглядываясь с Сурьей. – Маленькие эльфы людей чувствуют, тут к нам маркиза Лукаш на прогулке подходила, так Эрина испугалась.
Еще бы, я тоже испугалась бы, увидев улыбочку этой высокомерной змеи.
– Ну, ежели его высочество на маркизе женится, то им придется подружиться, – бесхитростно проговорила Сурья.
– Ой, а то ты не знаешь, как аристократы воспитывают детей. Отдаст сначала няньке, потом наставникам, да и забудет. Хорошо, что тьер ар Арден не такой. Каждый день приходит, играет с малышкой.
Они о чем-то разговаривали, но я их больше не слушала, я тихонько рассказывала Эрине сказку про репку, а она очень внимательно меня слушала, будто что-то понимала. А может, и понимала? Мне следует хорошенько расспросить Феликса об особенностях этой расы. Любопытно же, похожи эльфы на книжных или Толкиен ничего не угадал?
Через час мы с Марией искупали малышку, покормили и уложили спать, а потом долго пили чай с пирожками, и я слушала рассказы женщин об их жизни, и мне было очень уютно, как не было ни разу с тех пор, как не стало бабушки.
Назад мы возвращались теми же коридорами, но выйти пришлось чуть раньше, потому что нам навстречу кто-то шел, а разминуться в узком проходе было невозможно.
– Погодите, льера, я посмотрю. – Сурья толкнула дверь и осторожно выглянула. – Пойдемте, пока никого нет!
Вышли мы на мужской половине, но как раз возле двойной двери, разделяющей коридор. К счастью, никого не встретили и незамеченными выскользнули на женскую половину, а через три шага столкнулись с прогуливающейся по коридору маркизой в компании худой высокой блондинки с длинным носом и маленькими злыми глазами. Я ее раньше не видела, видно, приехала только сегодня. Рядом с холеной красавицей Ивонной она выглядела весьма непрезентабельно.