Мика Ртуть – Одинокий отец познакомится (страница 13)

– Сеньорита Лорен! – позвал он еще раз.

Девушка вздрогнула и отодвинулась. Что на него накатило, он и сам не понял, но подхватил ее под мышки и поднял.

– Впрочем, к демону короля, пусть подождет!

Ее губы были рядом и пахли клубникой. Он наклонился и поцеловал алую спелость, сначала нежно и невесомо, а затем так, как целовал только своих женщин – властно сминая упругую мягкость, овладевая, покоряя и завоевывая.

– Ты ведь никогда раньше не целовалась, – шепнул он ей, когда оторвался от сладких губ. – Это будет очень интересно.

Глава 4

Королевская милость

Когда герцог прекратил ее целовать, Лорен наконец смогла дышать. Она втянула воздух и попыталась отодвинуться. Но не тут-то было! Мужчина не отпускал, и от этого было и страшно, и волнительно. Остатки ночнушки сползли с плеча, и Лорен ощущала горячую кожу герцога. Он так и не удосужился застегнуть рубашку, и теперь их тела соприкасались, и это было стыдно и боязно. А вдруг он захочет чего-то большего? Вдруг прямо вот сейчас… Она почувствовала бешеный стук сердца, а в желудке собралась горечь страха.

– Отпустите меня, пожалуйста, – прошептала Лорен, боясь посмотреть герцогу в лицо.

– Расскажи, – дон Марк и не подумал исполнить ее просьбу, а, наоборот, прижал сильнее, – как так вышло, что такая красивая девушка никогда не целовалась? – промурлыкал он ей в ухо, щекоча дыханием и вызывая непроизвольную дрожь в коленках.

– Я целовалась! – Лорен стало горько от его правоты, словно то, что у нее не было возлюбленного, и впрямь постыдно. – Два раза, – добавила она тише и опять попыталась отодвинуться.

– В щечку? – невинно поинтересовался герцог и наконец отпустил ее.

– Ну… – Соврать Лорен не смогла и сама на себя рассердилась за это. – Какое вам дело до того, с кем и как я целовалась! – выпалила она.

– Девочка моя, – все тем же воркующим голосом продолжил герцог, не отрывая взгляда черных, как бездна, глаз от ее лица. – Ты моя! И в контракте, который ты, между прочим, добровольно подписала…

Ну вот зачем он напомнил про этот злосчастный контракт!

– Я подписывала другой договор! – запальчиво выкрикнула Лорен. – И в нем… в нем… вы должны уважать мои желания! – уже тише добавила она, сжимая у шеи разорванную рубашку.

– Милая, – герцог склонил голову набок, рассматривая ее с алчным интересом, – пора озвучить правила, которые ты будешь выполнять беспрекословно. Их всего три. Первое – вне комнаты доверия я жду от тебя полного подчинения. Полнейшего! Твоя жизнь, твое тело, твои мысли с этого момента принадлежат мне. Если ты захочешь что-то обсудить или пожелать, мы это обсудим.

– Да, я помню. Комната доверия, – кивнула Лорен.

– Вот и умница. Второе – никогда не смей вмешиваться в мои отношения с детьми. Повторить?

Лорен вздрогнула. Эта фраза прозвучала настолько жестко, что враз перехотелось даже видеть этих несносных деток! Да какое ей до них дело? Она испуганно кивнула.

– Третье – не лгать. Я не прощаю лжи. Никому и никогда.

Дон Марк смотрел на нее пристально и требовательно, и ничего нежного не было в этом взгляде. Лорен казалось, что он читает ее мысли. «Я кукла, я кукла».

– Если ты хочешь что-то мне рассказать, то самое время, – произнес дон.

Нет! Она не может! Не может! Теперь, когда афера с контрактом стала очевидна, Лорен боялась. Боялась того, что адвокат сможет сделать с бабушкой! С репутацией самой Лорен… Да и отчего она должна рассказывать этому самолюбивому, эгоистичному, жестокому мужчине правду? Да он… он… он детей хотел ударить!

– Ерунда! – Герцог протянул руку, и в ней материализовался знакомый Лорен хлыст.

– Что ерунда? – испуганно спросила она, пятясь к кровати.

– То, что ты только что подумала, – ерунда, – безмятежно сообщил дон Марк, рассматривая ее так, будто собирался съесть.

Точно, читает мысли!

– Это остор. – Он вытянул вперед руку с кнутом, чтобы Лорен смогла его рассмотреть. – Магический артефакт. Он относительно разумен и реагирует на любое изменение настроения хозяина.

Лорен завороженно наблюдала, как кнут в руке герцога плавно перетекает в черную атласную ленту. Дон Марк хмыкнул:

– Мой остор намекает, что пора тебя нежно связать и хорошенько отшлепать за непослушание.

Лорен подняла на него глаза и обиженно спросила:

– Вы шутите надо мной?

– Шучу? Я? – так искренне и с таким естественным удивлением переспросил герцог, что она смутилась. – Так вот, девочка моя, иногда ожидание наказания действует сильнее самого наказания.

Он сделал шаг вперед, и Лорен еще отступила, уперлась в кровать, не удержалась на ногах и села. Герцог многообещающе усмехнулся, остор в его руке вновь превратился в кнут и исчез.

– Так вы не стали бы бить близнецов? – решилась задать Лорен мучающий ее вопрос.

– Нет.

– А… Винсента?

– Дети нарушили запрет и будут наказаны, – из голоса дона Марка исчезла игривость. – И ты тоже, если немедленно не начнешь одеваться. Король не любит ждать… и я тоже. Хотя, – он окинул взглядом ладную девичью фигурку, и в его глазах появилось нечто порочное и жадное, – мы можем и задержаться, если хочешь…

– Нет, нет! – торопливо и испуганно ответила Лорен, бросаясь к чемодану. – Я быстро! Я уже одеваюсь!

Герцог усмехнулся и вышел в ванную.

Какое облегчение! В его присутствии она чувствовала себя абсолютно незащищенной. Как выдержать год? И что надеть? Нарядного платья у нее не было. Может, это, зеленое? Оно строгое и вполне еще новое. И ботиночки под него. А вот шляпки нет. Лорен достала вещи, разложила их на кровати и начала быстро одеваться, постоянно поглядывая на дверь ванной. Вдруг дон Марк вернется? На губах до сих пор остался вкус его поцелуя, и Лорен тщательно вытерла их ладонью. Как люди целуются? Она чуть не задохнулась, пока… он прижимался к ее рту, а еще… чужой язык, это так… так… негигиенично! Вот! Надо сказать герцогу, что она не согласна! Если его светлость хочет целоваться, то пусть не лезет к ней в рот своим языком!

Лорен надела нижнюю юбку и оглянулась. Плохо, что нет зеркала. Ни одного зеркала. Ни в ванной, ни в спальне. Она представила, что творится у нее на голове, и тяжело вздохнула. Может, дон Марк разрешит ей вернуться на светлую половину? Там много зеркал.

Марк плеснул в лицо ледяной воды, провел рукой по стене над умывальником и всмотрелся в отражение, появившееся на белой плитке. На него смотрели алые глаза на бледном заострившемся лице.

– Ну и рожа, – пробормотал герцог.

– На себя посмотри, – ответило отражение эхом в голове. – Константин голоден.

– Знаю.

– Выпусти меня!

– Нет.

– На час!

– Нет.

– Мне хватит полчаса, чтобы ее соблазнить!

– Нет.

– Почему? – голос зазвучал вкрадчиво. – Я не причиню ей вреда.

– Нет.

– А если король заберет ее у нас? – Марк промолчал. – Отдашь?

В груди разливался жар, на шее вздулись вены, под кожей перекатывались мышцы, грозя лопнуть от напряжения. Марк упал на пол и зарычал. Казалось, каждая кость превратилась в иглы, стремящиеся наружу. Боль разливалась по телу обжигающим кипятком, плавились органы, сердце колотилось так, что его стук отдавал в пол и стены.

– Нет, – прохрипел Марк, невероятным усилием сдерживая рвущегося наружу демона. – Нет!

В глазах лопнули сосуды, из носа и ушей потекла почти черная кровь, пачкая рубашку и белоснежный мрамор.

Все закончилось так же резко, как и началось.

– Не отдавай ее, Марк, иначе мы поссоримся, – удовлетворенно и сыто мурлыкнул демон и ушел в глубь сознания.

Зараза!

Марк еще немного полежал, затем поднялся, сорвал с плеч рубашку, швырнул на пол и залез под холодный душ. Как был, в штанах и туфлях…

– Сеньор Ортис! Что с вами? – вскричала Лорен, когда мокрый Марк зашел в спальню, оставляя после себя лужи. – Вы упали в бассейн?

Бедной девушке в голову даже не пришла мысль, что он мог добровольно залезть под ледяной душ. Марк растянул посиневшие губы в подобие улыбки.

– Раздевайтесь! – решительно заявила Лорен и метнулась в ванную за полотенцем.