Михей Абевега – Ярлинги поневоле (страница 21)

Для оплаты данного специалиста и сопутствующие расходы прошу выделить средства в размере...

Глава 10

Из города выехали не сразу. Сперва проехали через небольшой рынок, где темноглазая беглянка, решившая взять на себя обязанности походного кашевара, накупила в дорогу продуктов.

Затем заскочили в лавку к оружейнику. Поторговавшись, сменяли трофейный меч на лук для Агаи и пару десятков стрел к нему. Докупили запас болтов для баронетского самострела. Капитан, не пожелавший расстаться с механическим девайсом, надумал вооружить им мэтра. Кинжалы тоже решили оставить у себя и вручили коблу.

Опоясавшись ремнем с нацепленным на него оружием, тот довольно осклабился своей фирменной улыбкой сухопутной пираньи и, что-то невнятно хрюкнув, ткнул куда-то в угол лавки своим крючковатым пальцем. Оказалось, на пылящуюся там какую-то нелепую шапку с нашитыми поверху узкими металлическими пластинками и меховой оторочкой снизу. Оружейник этот забавный головной убор отдавал почти задаром, и потому вскоре Генордалтрис радостно нахлобучил шапку на свою лопоухую голову, став вылитым воином татаро-монгольской орды, только зелёным.

Пока ехали по улицам города, все прохожие только на него и пялились, раскрыв рты и тыча пальцами в это импозантно восседающее на коне чудо природы.

Когда последние дома Прыштвина закончились, неплохо утоптанная неширокая дорога потянулась через холмистую местность, заросшую высокой, почти в рост, травой и густым кустарником. Теперь впереди сильно увеличившегося отряда двигался Путкинс, обогнав всех на пару десятков метров. Следом парами ехали Ярик с Агаей и Михо со Славкой. Затем кобл, ведущий на поводу всех заводных коней. Замыкающими двигались мэтр с капитаном.

Яромир красовался на шикарном мускулистом гнедом жеребце. Ехал молча, изредка бросая взгляды на вовсю улыбающуюся ему красотку.

Позади Михо, как всегда, о чем-то усиленно втирал сестре.

Кобл, вообще, с самого выезда из города затянул заунывную песню в стиле «гоблин-фолк», и бесперебойно радовал спутников своим творческим исполнением, перемежая скрипучую тарабарщину текста утробным всполошенным завыванием, заставляющим вздрагивать и недоверчиво коситься на певца не только спутников, но и всех окружающих лошадей.

Мэтр и капитан чуть приотстали, чтоб не совсем уж глотать пыль, поднятую растянувшейся процессией, и тихонько переговаривались, не забывая внимательно оглядываться по сторонам.

Так и ехали, пока Путкинс не остановился, подняв руку и развернув коня поперек пути. Дорога впереди резко уходила вниз и, пару раз вильнув, скрывалась в ложбинке между густо поросшими зеленью холмами.

— Куда ты завел нас, мужик с бородой? Идите вы нафиг, я сам здесь впервой, — тихонько продекламировал Ярик, подъезжая к нему. — Что там, младший тан?

— Хорошее место для засады, — кивнул тот в сторону распадка.

— Вон, видишь, Ярам, свистрелки? — догнавший их кобл указал пальцем на стайку бестолково суетящихся в небе над холмами мелких пичуг. — Не нравится им, что кто-то чужой находится возле их гнездилища, вот и расшебутились. Люди там. И много.

— Где люди? — протолкался к ним по обочине дороги капитан. — Какие?

— Там, — махнул в сторону зарослей кобл и, развернув коня, отъехал немного назад. — Готовься к драке, командир.

— Согласен? — бывший стражник посмотрел на кивнувшего ему в ответ Путкинса. — Тогда, значит, останавливаемся здесь. Зачем нам туда лезть, пусть сами к нам идут. Так. Я буду встречать их прямо тут, в конце подъёма. Тан, встанешь сразу за мной слева. Яр, ты, значит, правее. Будешь перехватывать тех, кто мимо нас проскользнуть умудрится. Кобл...кобл! Пенёк плешивый, куда ты подевался!?

Капитан оглянулся, ища взглядом гоблина, но лошадь Генордалтриса, покинутая своим седоком, прибившись к своим товаркам, беспечно ощипывала листья с ближайшего куста. А самого зелёного и след простыл.

— Вот, ушастая каракатица! Смылся! Ну и Проклятый с ним. Яра и ты, Михо. На вас, если понадобится, лечение и поддержка огнем. Мастер Ижек и Агая, вы тоже стрел и болтов не жалейте. Кстати, девочка, а ну-ка, пусти, значит, пару стрел во-о-он туда и туда. А то будем до ночи дожидаться, пока они сообразят, что мы не собираемся лезть в их ловушку.

Девица молча кивнула и двумя плавными движениями запулила стрелы в указанных капитаном направлениях. Какое-то время ничего не происходило, но потом из ложбинки неровной вереницей на дорогу неспешно потянулись конники.

Одиннадцать обряженных в лёгкие доспехи человек, вооруженных мечами и боевыми топорами. Возглавлял отряд никто иной, как баронет Клокаш. При виде его кривой злой ухмылки у Ярика противно засосало под ложечкой, а по спине пробежал очень неприятный холодок.

— Шо, опять!? — просипел он и повернулся к старому магу: — Дядюшка Ижек...

Мэтр подъехал к нему.

— Состав тут немного другой, — тихонько произнёс он, протягивая парню флакончик. — Скорость будет меньше и последствия полегче. А то в прошлый раз небось половину жил порвал. Подожди, не выпивай, пока они в атаку не полезут. Иначе действие может раньше времени закончиться, а ты под откат попадёшь.

В этот момент Клокаш взмахнул мечом и его люди, подстегнув лошадей, двинулись вперед, обтекая баронета с боков и набирая скорость.

— Все по местам! — рявкнул капитан, и Ярик, спешно проглотив содержимое пузырька, нахлобучил поглубже шляпу, вынул из ножен меч и занял назначенную позицию.

— СтрелкИ! — продолжал командовать стражник. — Не дайте им разогнаться! Чуть подойдут, стреляйте куда хотите, хоть по лошадям, но постарайтесь их притормозить! Жалко, конечно, животин будет, но мы хоть и на горе, и копий у них нет, все равно, если наберут скорость, снесут нас к Проклятому! Агая, давай!

Тетива бздынькнула почти одновременно с щелчком самострела. Первый из активно понукающих коней всадников словил грудью болт и откинулся на спину. Стрела девушки, чиркнув по правой руке его соседа, прошла дальше, воткнувшись в шею несущейся следом лошади. Та вздыбилась, пытаясь остановиться, но, от толчка напирающих сзади животных, сбитой кеглей отлетела в заросли кустов на обочине.

С каким-то грозным жужжащим гудением мимо головы Ярика пронеслись сразу два огненных шара от Михо, а затем и ещё один, поменьше, от Славки.

— Ух ты! Это ж-ж-ж неспроста! И это неправильные пчёлы! — пытаясь перебороть предательски накативший страх, прокомментировал полёт фаеров Ярик.

Шарахнулись в стороны сразу несколько напуганных лошадей. А один из всадников тут же получил оперённый подарок в неудачно подставленный бок.

Следующий болт, выпущенный мэтром, к немалому удивлению самого стрелка, угодил точно в лоб вырвавшейся вперед лошади. Рухнув на подкосившиеся ноги, она закувыркалась по дороге, подминая не успевшего соскочить седока и перегораживая дорогу другим всадникам.

Михо успел шандарахнуть еще парочкой фаерболов, а Агая выпустить четыре стрелы, прежде чем шестеро оставшихся на конях врагов смогли приблизиться вплотную. Тем самым лишая возможности стрелять по площадям и заставляя выжидать удобного случая для более тщательного выцеливания.

С громким звоном и скрежетом скрестились мечи капитана и наскочившего на него баронетского воина. И сразу же, на втором замахе, тир, чуть опередив противника, быстрым росчерком клинка перерубил его руку, даже не успевшую толком подняться.

От вида хлынувшей из плеча крови Ярику чуть не поплохело. Помешало появление сразу трёх новых сподвижников Клокаша. С двоими схлестнулись Путкинс с капитаном. Третий же, продираясь практически через кусты сбоку дороги, рванул в обход, направившись прямиком к юноше. И бояться стало некогда.

Меч в руке скорчившего грозную рожу мужика взлетел вверх. Ярик рефлекторно, прямо без замаха, не дожидаясь готового обрушиться удара, ткнул своим клинком прямо в жутко выпяленные на него глаза. Воин попытался уклониться. Но в этот момент конь парня, видимо, охваченный боевым азартом, вытянув шею, вцепился зубами в круп прущей мимо него лошади. Та обиженно заржала и рванула, что есть мочи, вперед.

Меч Ярика, ткнувшись в лицо мужика, пробороздил его, пронзив правый глаз и уперевшись в череп. Руку дернуло, чуть не вывихнув кисть, а собственные лёгкие вместе с желудком неожиданно сжались, охваченные накатившим спазмом. А после попробовали вывернуться наизнанку.

Он чудом не навернулся с коня, еле сдерживая приступ нахлынувшей дурноты, и с трудом выпрямился в седле, поворачиваясь навстречу уже подскакивающему новому врагу.

Перекошенное яростью лицо, занесенный над головой огромный топор. Такой точно не отбить, да и не увернуться.

Парень наподдал пятками коню, пытаясь послать его вперед и проскочить мимо, минуя удар. Но тот, громко всхрапнув, почему-то решил иначе — поднявшись на дыбы и заставив Ярика крепко уцепиться ему за шею, он засучил передними ногами так, словно какой-нибудь выклянчивающий вкусняшку щенок. И пару раз заехал, таки, копытами по морде и шее вражеского скакуна.

— Вот это четкая двоечка! — восхитился юноша, видя, как замотавший головой конь врага, обиженно заржав, тоже вздыбливается, а его наездник, позабыв про удар, пытается удержаться в седле, — Будешь у меня Тайсоном теперь! О! А вот и читтерство подкатило!