Михей Абевега – Сыскарь (страница 9)

Я так понял, что до парогенераторов и паровых двигателей местные Кулибины уже додумались, но их внедрение пока что идёт туговато. В ходу больше разные пружинно-маятниковые конструкции. Но Селябское герцогство, как оказалось, благодаря своему правителю, одно из самых передовых в мире и движется в светлое будущее, по словам комиссара, широкими шагами.

Мужик, кстати, довольно неплохим рассказчиком оказался. Окунул меня в местные реалии весьма умело. Ехали мы спокойно, так, чтоб конно-автомобильная сцепка за нами поспевала. Так что наговориться очень даже общительный толстяк успел вволю.

Самое главное, что я понял из его объяснений: географически я переместился совсем недалеко. По-прежнему находился где-то в границах Челябинской области, чуть восточнее Уральских гор, которые тут, правда, именуются Каменным Хребтом. Селябское герцогство являлось самым юго-восточным государством, входящим в Западный Союз, образованный по принципу конфедерации.

А ещё комиссар любезно поведал мне, что, кроме людей и орков, здесь можно ещё встретить эльфов и гоблинов. И ещё добавил, что мне крайне повезло. Потому как, попади я при переходе в посёлок не орков, а гоблинов, мои ночные развлечения могли оказаться не столь приятными.

Вот ведь гад. А я только начал считать его славным малым.

Глава 5

— А это вот, посмотрите, самый последний проект Его Светлости Герцога Селябского, — комиссар, махнув рукой, указал на реку, показавшуюся вдалеке справа от дороги. А если точнее, то туда, где на противоположном берегу копошилась куча народу. — Там будет возведена дамба и установлены водонапорные электрогенераторы. Это позволит...

— Да-да, я в курсе. Такая станция может обеспечить электричеством целый город.

— Знакомы с этой технологией? — мгновенно заинтересовался толстяк, не обратив внимание на то, что я его нагло перебил.

— Только понаслышке! — активно замотал я головой. Не хватало ещё, чтоб меня на стройке припахали. Да и чем я там помочь смогу? Все знания в пределах школьной программы, которую я к тому же наполовину забыл. Уж лучше с мертвяками разговаривать, дознатчику помогая. И работа не пыльная, и положение в обществе какое-никакое. — А что, тепловую станцию с парогенератором не пробовали сделать? Уголь в области есть. Вода есть. Паровую турбину соорудили и вперёд.

— А говорите, что понаслышке, — поднял бровки домиком комиссар. — Угадали. Уже построено две экспериментальные тепловые станции. Одна снабжает электричеством дворец, другая — новый паро-механический завод.

— Смотрю, вы времени зря не теряете, — покивал я головой. — Молодцы. До города, я так понимаю, всего ничего осталось?

— Совершенно верно. Уже через полчаса я познакомлю вас с вашим будущим начальником и его юной очаровательной супругой. Проживать первое время, скорее всего, у них будете. Так что, зная ваш темперамент и склонность к ночным приключениям, не могу не предупредить, — толстяк широко улыбнулся и хитро мне подмигнул, — вы уж там поскромнее как-нибудь. Господин Коронный Дознатчик безумно ревнив.

Что ж он, зараза такая, каждый раз меня подкладывать будет?

— Ну, тут уж как пойдёт, — как можно добродушнее улыбнулся я в ответ. В подобных случаях лучше своё смущение с раздражением оппоненту не выказывать. Пусть думает, что мне пофиг. — Если дама действительно хороша, зачем отказывать себе в удовольствии?

Тут господин комиссар и сам малость взбзднул:

— Вот это вы, голубчик, зря. Эдакий конфуз ни господину Дознатчику, ни вам не нужен. Не дай Всевышний, дойдёт до дуэли, а они в герцогстве под запретом строжайшим. Зачем же одному помирать, а другому на каторгу отправляться?

— Ладно-ладно, не волнуйтесь вы так, — на каторгу я не хотел, помирать тоже не собирался. — Что ж мы, дикие? Можно ведь и просто морды друг другу набить. Разберёмся уж как-нибудь без дуэли.

Комиссар недовольно хмыкнул, но промолчал, не решившись развивать тему дальше.

Вскоре и вправду потянулись вдоль дороги пригородные домишки с невысокими деревянными заборчиками, огораживающими аккуратные цветники-палисадники. И никаких тебе глухих заборов в человеческий рост с кучами разного хлама перед ними. Всё чинно и благородно. А главное, чисто.

Дорога сменилась на мощёную, став более ровной. Ещё пара километров, и по обеим сторонам улицы появились более крупные строения. Кирпичные, в два — три этажа, сильно вытянутые в длину. Похоже, многоквартирные дома для среднего класса.

А вот это уже интересно! На встречу нам катил по мостовой очень необычный самоходный аппарат. Словно в несколько раз увеличенный трёхколёсный велосипед, на который позади водителя присобачили ещё пару мест для пассажиров. Водитель, довольно крупный детина, конечно же, никаких педалей не крутил и даже не нажимал. Сидел себе преспокойненько в кресле, придерживая наклонную баранку, которая раза в полтора, наверное, превосходила диаметром привычный мне руль.

Скорость водитель регулировал с помощью рычага, напоминающего ручной тормоз. Никакого лобового стекла, никаких стенок и дверей. Всё открыто для любопытных взглядов и ветров. Только над пассажирскими сидениями небольшой навес-козырёк. Водителю, похоже, даже такая защита не полагалась.

В движение эта странная колымага приводилась здоровенным агрегатом, находящимся позади всей конструкции и запрятанным под полукруглый кожух. Сам агрегат комиссар обозвал «пружинным движителем механической колесницы». И, как я понял, чтобы поехать, требовалось вначале вручную, с помощью торчащей сбоку крутящейся рукояти, взвести возвратную пружину, чем, собственно, и обязан был заниматься обслуживающий эту колесницу механик-водитель. Ещё и в пути мог поупражняться, если завод раньше времени заканчивался. Даже несмотря на облегчающую задачу хитро-сложную систему шестерёнок, силушку для подобной работы явно требовалось иметь немалую.

Что ж, понятно теперь, почему инспектор принял за механика моего погибшего соотечественника, так, кстати, и путешествовавшего вместе с нами в багажнике, доверху наполненном ещё с вечера колотым льдом.

Подобных забавных колесниц в городе было немного. Слишком, как я понял, дорогое удовольствие — содержать такую игрушку. Как головой ни крутил, всего шесть штук насчитал. Остальной транспортный поток составляли всякие разные конные экипажи. От безудержно навороченных и богато разукрашенных карет, с запряжёнными в них парами и даже четвёрками лошадей, до самых обычных, с бортами из необструганных жердин, убогих телег, еле влекомых понурыми клячами, с трудом переставляющими ноги. Всё это вразнобой двигалось по широким улицам без всякой регулировки, напоминая Вавилонское столпотворение. Какие уж там светофоры и дорожные знаки — тут даже о помехе справа никто слыхом не слыхивал. Комиссар, управляя лошадьми, просто каким-то чудом умудрялся не столкнуться с другими участниками этого хаотичного движения или не наехать на пешеходов, периодически так и норовящих сунуться под колёса повозки.

Мы несколько раз свернули. Пошли кварталы, застроенные кирпичными многоподъездными четырёхэтажками, впрочем, ближе к центру вновь сменившимися улицами с малоэтажными строениями. Только это уже были не бедняцкие домишки, а вполне такие солидные особняки из красного кирпича, а то и вовсе из обработанного гранита.

Далеко впереди улица, по которой катился наш экипаж, заканчивалась архитектурной доминантой герцогского дворца, хвастливо упирающегося в небо множеством островерхих башен и башенок. Рассмотреть поподробнее всё это великолепие я не успел — комиссар свернул в очередной проулок и через пару домов остановил лошадей.

Что я там говорил про набитую морду? Заработать пару фонарей под глазами, скорее всего, светило именно мне. Встретивший нас возле красивого двухэтажного каменного дома господин Коронный Дознатчик вид имел довольно внушительный — что ростом, что шириной плеч, этот дядя совсем немного уступал громилам-оркам. Однако более благородные черты лица и самый обычный цвет кожи делали его, всё же, куда симпатичнее.

Наверное, ровесник комиссара. Лет на пятнадцать или двадцать старше меня. Высокий лоб, крупный прямой нос, торчащие в стороны усы с забавными завитушками. Квадратный подбородок, гладко выбритый аж до синевы. Темные курчавые волосы, седые на висках. И обрамляющие лицо, пышные угольно-чёрные бакенбарды. Во взгляде серых глаз чувствовалась стальная воля и непоколебимая уверенность в собственных силах.

Одет дознатчик был в длинный бежевый сюртук поверх белоснежной сорочки со стоячим воротником, стянутым пышным галстуком-бабочкой. Светло-серые узкие брюки заправлены в высокие сапоги. Одним словом, весьма щеголеватый тип, да ещё и солидной комплекции.

И вот это за его жену переживал комиссар? Да я на фоне этого товарища выглядел бледной амёбой, на которую и не взглянет никто, тем более жена Коронного Дознатчика. И уж тем более, что оказалась она, пусть и не совсем юной, но всё же достаточно молодой и просто неотразимо красивой.

Стоя чуть позади мужа и будучи ему ростом по плечо, девушка являла собой пример сногсшибательного очарования. Голубоглазая блондинка с тонкими изящными чертами лица. Пышная шевелюра была собрана на затылке и запрятана под какую-то сетку, украшенную блескучими стразами. Приталенный жакет и брюки бледно-голубого цвета прекрасно подчёркивали стройность фигуры. На ногах - такие же, как у мужа, высокие сапоги, только имеющие более высокий каблук. Не девушка, а леденец на палочке.