Михаил Зыгарь – Вся кремлевская рать (страница 31)

Еще одну попытку использовать неформальные дружеские отношения с целью превращения России в «энергетическую сверхдержаву» Путин предпринял в 2005 году, но в американском направлении. В декабре 2005 года, в тот момент, когда Европа еще была очарована «энергетической безопасностью» по-русски, в Москву прилетел бывший министр торговли США Дональд Эванс. Ближайший друг детства Джорджа Буша до 40 лет был его вечным собутыльником, а затем, по легенде, достигнув сорока, они дружно бросили пить. Более того, Эванс якобы подарил Бушу Библию для ежедневного чтения, разделенную на 365 частей. И именно Эванс возглавлял предвыборный штаб Буша в 2000 году.

Путин сделал Эвансу щедрое предложение — стать председателем совета директоров государственной нефтяной компании «Роснефть». Тот поколебался, но отказался. Очевидно, что, если бы этот коррупционный интернационал был создан и мировые политики согласились принять дружбу Владимира Путина и его деньги, подобно тому как это сделали Герхард Шрёдер и Сильвио Берлускони, дальнейшего развития событий по модели холодной войны не произошло бы. Владимир Путин забыл бы «цветные революции», убедился бы в том, что все западные лидеры одинаково беспринципные и ко всем можно найти подход. Россия, возможно, и правда стала бы «энергетической сверхдержавой» или просто сколотила бы собственный картель влиятельных энергетических топ-менеджеров.

Но ничего этого не получилось. И опять из-за Украины.

Комитет по управлению Украиной

После поражения в «оранжевой революции» Кремль пару месяцев просто не знал, как подступиться к Украине. Как теперь иметь дело с новой украинской властью, как на них влиять. Прежняя схема — опора на первое лицо — показала свою несостоятельность. К весне в Кремле обнаружили на всех ключевых постах понятных и давно знакомых людей: например, премьером стала Юлия Тимошенко, которая много лет вела переговоры с «Газпромом», а секретарем Совета национальной безопасности и обороны стал шоколадный магнат Петр Порошенко, хорошо известный в администрации президента. Он еще в ходе революции приезжал в Кремль наводить мосты. Однако президент Ющенко казался абсолютно недоговороспособным — в первую очередь потому, что он был тяжело болен. Последствия отравления давали о себе знать, весь 2005 год президент продолжал бороться за жизнь, вспоминают его ближайшие помощники, его под руку водила лечащий врач и фактически его рукой подписывала необходимые документы.

В Москве тем временем решили, что полагаться на украинских политиков слишком опасно — они безответственные и часто меняются. К тому же Владимир Путин верил только одному человеку в Киеве — своему другу Виктору Медведчуку. С победой революции тот потерял пост главы администрации президента и не имел какого-либо влияния на новые власти. Но влияние на Путина сохранил. Именно Медведчук сформировал новую систему взаимоотношений с Украиной — отныне диалог велся не через президента, а через бизнес.

«Нет украинской политики — есть украинский бизнес» — эту крылатую фразу приписывают Медведчуку. И с учетом слабости новой власти было понятно, что бизнес сможет диктовать свои правила. Фактически был сформирован неформальный комитет по управлению украинской политикой из основных украинских олигархов. Руководителем этого совета директоров был Медведчук — он выступал посредником между украинскими олигархами и Путиным.

Самой влиятельной группой в этом комитете акционеров «ЗАО “Украина”» были те, кто имел отношения к торговле газом. С начала 1990-х годов поставки российского газа через Украину в Западную Европу были самым непрозрачным бизнесом. Схема торговли не менялась — изменялись только фамилии людей, получающих прибыль. Последнее газовое соглашение, которое должно было имитировать окончание грязных схем и замещение их новой структурой, было подписано за три месяца до «оранжевой революции». Россия и Украина договорились, что отныне между ними будет посредник — компания под названием «Росукрэнерго» (РУЭ). Эта компания должна была сменить предыдущего посредника, мутную, зарегистрированную в Венгрии компанию Eural Trans Gas, которую эксперты подозревали в связи с российским криминальным авторитетом Семеном Могилевичем. Новый посредник выглядел респектабельно: 50 % принадлежали «Газпрому», а 50 % австрийскому Райффайзенбанку. Так, по крайней мере, было написано в первых пресс-релизах. Чуть позже выяснилось, что вторая половина акций находится в управлении Raiffeisen Investment, а кто является конечным бенефициаром — неизвестно. Саспенс длился долго, а могущество компании росло: «Газпром» уступил ей не только право поставлять газ на Украину, но и экспортировать 17 млрд кубометров российского газа в Западную Европу.

Лишь в апреле 2006 года владельцы 50 % РУЭ объявились и ими оказались украинские предприниматели Дмитрий Фирташ (90 % пакета) и Иван Фурсин (10 %). Более того, Фирташ признался, что ему же принадлежала и Eural Trans Gas. Почему «Газпром» и Российское государство уступили какому-то Фирташу возможность зарабатывать несколько миллиардов долларов в год? Кто стоит за Фирташем и этой колоссальной коррупционной схемой? Точного ответа на эти вопросы не существует до сих пор.

Глава Службы безопасности Украины Александр Турчинов, назначенный Виктором Ющенко, утверждал в 2005 году, что за РУЭ стоит Семен Могилевич. Между Фирташем и Могилевичем действительно много связующих звеньев: бывшая жена Могилевича работала в принадлежащем Фирташу офшоре Highrock Holdings, а партнер Могилевича Фишерман числился финансовым директором в другой компании Фирташа — Highrock Properties. Могилевич, как и Фишерман, много лет входил в топ-10 самых разыскиваемых людей в мире, уступая лишь Усаме бен Ладену.

Весь вопрос в том, кто такой Могилевич, чтобы заставить Россию и Украину отдать ему важнейшее торговое направление. И мог ли какой-то международный бандит Могилевич обрушить все наметившиеся российские успехи в Европе?

Первая газовая

На первой же встрече с Владимиром Путиным Виктор Ющенко предложил договориться о новой схеме торговли газом: отказаться от бартера и перейти на исключительно денежные расчеты по европейской формуле. Переговоры закончились неприятностью: во время выхода к прессе Ющенко стало плохо, и Владимир Путин вовремя подставил ему плечо, поддержал и шепнул на ухо: «Обопритесь на меня». Ющенко до сих пор с большой теплотой вспоминает об этом моменте.

В «Газпроме» тоже. Они просто не верили своим ушам от счастья, услышав, что Украина предлагает с нового года пересмотреть цену на газ. В Москве видели, что среди «оранжевых» властей царит хаос: бывшие союзники по Майдану провели первый год у власти в постоянных перебранках и внутренних конфликтах. В сентябре Виктор Ющенко сделал резкий шаг: одновременно уволил двух самых остро враждующих — премьер-министра Юлию Тимошенко и своего кума, секретаря Совбеза Петра Порошенко.

Тимошенко имела огромный опыт в переговорах по газу и была убежденной противницей РУЭ — все время своего премьерства она добивалась того, чтобы компанию устранили из торговой схемы. «Пыталась отжать под себя или получить долю», — говорили в «Газпроме». После ее отставки противников у РУЭ в украинской власти не осталось.

Новые украинские переговорщики прилетели в Москву, чтобы договориться о параметрах нового соглашения. В Москве их принял лично Путин, который сам, в ручном режиме руководил «Газпромом» — украинские менеджеры были поражены тем, как глубоко он погружен в тему, с какой легкостью набросал на бумажке формулу цены на газ. Украинцы разбирались в теме значительно хуже. Поняв, что перед ним люди не слишком компетентные, Путин начал над ними издеваться: сначала произнес пафосную речь о том, что не позволит «оранжевым революционерам» обкрадывать российский народ. И потребовал, чтобы они соглашались с требованиями «Газпрома» — а не то завтра речь пойдет о совсем другой цене.

На тот момент предложение «Газпрома» составляло $90 за тысячу кубометров в начале 2006 года с постепенным ростом вплоть до выхода на уровень $230 за тысячу кубометров через три года. Украинские газовики от таких цен были в ужасе, но на следующий день Владимир Путин, как и обещал, появился на экранах телевизоров и заявил, что у «Газпрома» новое требование — $230 за тысячу кубов прямо с января 2006 года. Даже сотрудники «Газпрома» были шокированы таким заоблачным требованием.

Договориться до Нового года, конечно, не удалось. По российским госканалам начали показывать сюжеты о том, как «Газпром» репетирует отключение газа Украине. А европейским партнерам были разосланы письма-предупреждения о том, что начиная с новогодней ночи можно ожидать перебоев с газоснабжением, так как Россия готовится сократить подачу газа ровно на тот объем, который потребляет Украина, а та, видимо, будет воровать газ, предназначенный для европейцев.

Путину такой шаг казался очень удачным развитием концепции энергетической безопасности: он на деле показывал европейцам, что безопасность их поставок под угрозой, пока на пути труб находятся ненадежные транзитеры вроде Украины. Логичным выходом, по его мнению, было строительство новых труб в обход Украины, т. е. Северного и Южного потоков.