Михаил Зыгарь – Война и наказание: Как Россия уничтожала Украину (страница 16)
Леонид Кравчук летит в Минск по приглашению председателя белорусского Верховного совета Станислава Шушкевича. Одновременно Ельцин приезжает в Беларусь с государственным визитом. Они еще в начале осени договаривались при случае встретиться и обсудить ситуацию втроем без президента СССР Горбачева. Российская делегация в Минске договаривается с премьер-министром Беларуси Вячеславом Кебичем о нефте- и газоснабжении, а Шушкевич тем временем зовет Кравчука в национальный парк Беловежская Пуща и предлагает: «Леонид Макарович, пока Ельцин задерживается, давайте съездим на охоту».
Посреди леса они видят кабана. Шушкевич говорит Кравчуку: «Леонид Макарович, стреляйте!» Кравчук целится, но Шушкевич советует под руку: «Нет, подъедем ближе». Они трогаются, кабанчик пугается и убегает. Кравчук очень расстраивается — верная добыча ушла прямо из рук. «Охотник никогда не должен никого слушать. Никогда!» — говорит он себе.
Серьезный разговор о будущем начинается с утра: за стол переговоров садятся вшестером, по два человека от каждой страны. Ельцин интересуется у Кравчука, готов ли тот подписать союзный договор — соглашение о реформировании Советского Союза, которое Михаил Горбачев многократно редактировал, а после путча превратил в документ о создании конфедерации. Ельцин спрашивает очень аккуратно: «Согласитесь ли вы подписать союзный договор, если в нем будут учтены предложения Украины и ваши лично?» — «Борис Николаевич, не смогу, — отвечает Кравчук. — Потому что уже состоялся референдум, на котором украинский народ проголосовал за независимость. Если я сейчас отвечу на этот вопрос положительно, это будет означать, что я изменил своему народу. Мне нужно лететь в Киев и сказать: вы меня избрали, но я не оправдал вашего доверия…» Заканчивает Кравчук вопросом, который адресует Ельцину: «Если бы так было в России, кого бы вы послушали — Горбачева или свой народ?» — «Конечно, свой народ, — хмуро отвечает Ельцин. — Понятно, что без Украины Советского Союза не будет. Нам надо думать, над каким документом сейчас будем работать».
До этого момента хозяин встречи Станислав Шушкевич и не предполагал, что придется что-то подписывать. Он думал, что все дело ограничится разговорами, баней и охотой. И Шушкевич дает поручение подчиненным в срочном порядке раздобыть печатную машинку. С большим трудом одна, очень старая, обнаруживается в соседнем селе.
Пока идут поиски, Геннадий Бурбулис, госсекретарь России, а де-факто глава правительства, предлагает для документа такую формулировку: «Союз ССР как субъект международного права и геополитическая реальность прекращает свое существование». Все трое соглашаются. На старой машинке быстро печатают текст, и трое лидеров подписывают «Соглашение о создании Содружества Независимых Государств».
Ельцин спрашивает Кравчука: «Что будем делать с Крымом и с ядерным оружием?» Тот отвечает: «Давайте сейчас не будем решать вопрос с Крымом. Сначала создадим содружество, а потом будем разбираться с границами».
Для всех происходящее в Беловежской Пуще — неожиданность. Ни Кравчук, ни Шушкевич не планировали уничтожать Советский Союз — они просто не знали, что так можно. Документ их пугает. Никто не знает, какими будут последствия. Никто не исключает, что сейчас их могут арестовать как заговорщиков, — они все еще подозревают, что у советской империи может быть некая им еще неизвестная мощная сила.
Ельцин тут же звонит министру обороны СССР Шапошникову и сообщает ему, что тот назначен главнокомандующим вооруженными силами только что созданного тремя президентами Содружества Независимых Государств. У того возражений нет — значит, вероятность того, что военные возьмут власть в свои руки ради сохранения СССР, невелика.
Все поднимаются в номер к Ельцину — у него самые большие апартаменты. Думают, кто будет объясняться с Горбачевым. Поручают это Шушкевичу — он, мол, хозяин. Шушкевича с Кремлем не соединяют: «Горбачев занят и ответить не может. Он вам позвонит».
Борис Ельцин тем временем пытается поговорить с президентом США Джорджем Бушем. Сначала в Белом доме не могут поверить, что из какого-то белорусского села действительно звонит по важному вопросу Ельцин. Но все же Буш берет трубку раньше Горбачева. Уже после разговора Ельцина с Бушем по телефону прорывается Горбачев и начинает кричать: «Что вы там наделали? Чуть ли не весь мир на голову поставили!..»
Потом все спускаются ужинать. Во время еды Ельцину сообщают, что оставаться в Беловежской Пуще может быть опасно — появились сведения, что Горбачев планирует арестовать руководителей трех республик и резиденция уже окружена спецназом КГБ.
«Леонид Макарович, у меня есть информация, что нам нужно отсюда быстро улетать», — говорит Ельцин Кравчуку. Российская и украинская делегации едут на аэродром. Прощаясь с Кравчуком, Ельцин делает характерный жест рукой и говорит: «Как мы Мишку трахнули», — имея в виду Горбачева. Однако, даже вернувшись в Киев, Кравчук опасается ареста.
Он приезжает в свою загородную резиденцию, в Конча-Заспу, и выходит из машины. К нему приближаются три человека. «Все, это за мной», — думает он. Они подходят — Кравчук видит, что это военные, десантники. Они отдают честь и говорят: «Господин президент, мы пришли вас охранять».
Спустя годы Кравчук так в третьем лице опишет свою роль в возникновении украинского государства: «Независимость пришла на Украину неожиданно — прилетел Кравчук и привез ее на тарелочке с голубой каемочкой».
Комик вместо президента
Окончательный распад Советского Союза случается накануне Нового года: 25 декабря президент СССР Михаил Горбачев в телеобращении объявляет о своей отставке и о том, что империя прекращает существование.
Я брал интервью у Михаила Горбачева много раз. За годы после президентства он сильно перепридумал себе биографию — старался не брать в расчет, что воспринимался когда-то как советский диктатор. В его рассказах мне о своем прошлом он всегда фигурировал только как демократ-освободитель, целью которого было дать волю народам. Лишь его отношение к независимости Украины было сложным: его жена Раиса, умершая в 1999 году, была украинкой. Он сам был наполовину украинцем — по матери — и всю жизнь разговаривал с очень заметным южнорусским акцентом, сильно напоминающим украинский. Признать, что Украина — отдельная страна, Горбачеву было всегда трудно: «как разорвать себя напополам», говорил он мне.
31 декабря больше 200 миллионов человек встречают Новый год — главный советский праздник. Вообще-то традицию отмечать Новый год вместо Рождества ввели большевики. Поначалу и с Новым годом тоже боролись (как с «поповским пережитком»), но в 1935 году второй секретарь украинской компартии и тогдашний глава Киева Павел Постышев убедил Иосифа Сталина, что стране, особенно детям, нужны новые традиции, например новогодняя елка. В предыдущие годы Постышев был одним из основных организаторов Голодомора в Украине — в результате его усилий СССР смог экспортировать запланированный объем зерна и получить прибыль, но несколько миллионов человек умерли от голода. Поскольку у самого Постышева было тяжелое детство и он всегда завидовал детям из богатых семей, у которых была елка, он лично организовал первый в СССР новогодний праздник. Это было в Харькове — праздновали те дети, которые смогли пережить Голодомор.
Уже через год елки стали организовывать по всей стране, и даже в Москве устроили большой праздник. Именно тогда впервые символами этого праздника были выбраны Дед Мороз и Снегурочка, которые желали всем «счастливого нового, 1937 года». В результате 1937-й стал началом самых страшных сталинских репрессий — и до сих пор является символом террора и смерти. Его жертвой оказался, кстати, и Постышев — его расстреляли как японского шпиона.
Сложившийся к 1991 году советский ритуал празднования Нового года таков: семьи и компании друзей целый день готовятся, чтобы ближе к полуночи сесть за стол «провожать старый год», то есть произносить тосты и выпивать за то, что в прошлом. При этом обязательно должен быть включен телевизор — в последний час перед наступлением нового года там идет что-то особенно интересное, как правило, юмористическая программа. В последние пять минут уходящего года шутки заканчиваются и на экранах появляется глава государства. Он выступает с новогодним обращением. Потом по телевизору показывают куранты на Спасской башне московского Кремля, они отбивают 12 раз — некоторые считают, что в это время надо загадать желание и оно обязательно сбудется. Особо суеверные пишут желание на бумажке, сжигают ее, съедают пепел, запивая его шампанским, — тогда точно сбудется.
Вслед за боем часов на экране начинается праздничный концерт со вставными комическими номерами. А зрители смотрят и пьют до утра.
В конце декабря 1991 года руководители первого канала советского телевидения решают сложную проблему: праздник приближается, а нет одного из главных участников — президента, который должен поздравить телезрителей с новым годом. Михаил Горбачев уже ушел, показывать президента России Бориса Ельцина не очень уместно, потому что канал вещает на все республики бывшего СССР.
Ведущий новогоднего телеконцерта в 1991 году Михаил Задорнов — самый популярный стендап-комик в СССР. На советском телевидении это называется словом «юморист». У него спорный бэкграунд — еще недавно он руководил любительским театром КГБ. Впрочем, об этом мало кто знает. Задорнова часто показывают по телевидению, а аудитория ценит его за то, что он всегда много шутит про политику. Именно ему режиссеры новогоднего эфира и поручают произнести речь перед боем часов 31 декабря.