Михаил Злобин – Прелюдия бури (страница 4)
— Хм… и, разумеется, говорить, кто владеет этим секретом, ты не собираешься? — полуутвердительно осведомился лжепатриарх.
— Никогда! Пытай, терзай, режь меня на куски — я ничего не скажу тебе! Я уйду, сохранив свою веру и сдержав клятву перед истинным господином! А ты… вы все, вместе с остальными демонами, будете низвергнуты в тёмные пучины бездны, откуда и вылезли!
Иерия говорила с таким жаром, что её фанатичная вера и убеждённость в собственной правоте сумели заглушить даже нестерпимую телесную боль. Этот порыв был самым восхитительным ощущением, которое ей довелось испытывать в жизни. Настоящим откровением. Когда узы плоти уже ослабли, и душа смогла, наконец, расправить белоснежные крыла, так долго сдерживаемые телесной оболочкой. Да, пускай она проиграла. Но её смерть станет почвой, из которой взойдет семя Истины. Да будет так!
— Что ж, другого я от тебя и не ожидал, сумасшедшая полукровка, — раздражённо цыкнул самозванец.
Тотчас же что-то ткнулось в латную кирасу Серого Рыцаря. Ей почудилось, как неведомая сила выворачивает её грудную клетку наизнанку, а потом твёрдый мраморный пол встретил обезображенное едкой слизью лицо аристократки. Иерия нор Гремон умерла. Но свой последний вздох она испустила с улыбкой на устах.
Глава 3
Когда я распахнул глаза, то за окном ещё царила темнота. Мне вновь снились мёртвые, которые что-то праздновали. Велайд, Одион, Нест, Витя, Старый, ребята из Сарьенского полка, мои безликие братья. Все они трапезничали, шутили и болтали, изредка поглядывая в ту сторону, где я висел, не имея ни рук, ни ног, ни голоса. Но я прекрасно слышал, как часто за столом звучало моё имя.
Не знаю, глупость или нет, но благодаря этим сновидениям я, кажется, поборол страх смерти. Серьёзно, ну как можно бояться умирать, когда на том свете тебя ждёт такая славная компания? В первые мгновения после пробуждения, я даже грешным делом размышлял, а не отправиться ли мне к ним прямо сейчас? Но потом вспомнил о том, что дома меня ждёт красавица-жена вместе с жизнерадостным сынишкой-карапузом, и сердце защемило от злой тоски. Сколько я уже их не видел? Кай уж, наверное, стоять научился, пока папашу где-то носит. Эх, вот бы навестить семью хотя бы на часок…
Внезапно сверкнувшая в мозгу идея подбросила меня с койки. Я быстро оделся и отправился к выходу. У самых дверей комендатуры мне наперерез вышел один из Безликих, несущий дозор. Но увидав, что это я, с лёгким полупоклоном отступил обратно в тень.
— Вернусь к полудню, — коротко предупредил я соратника, чтобы моё отсутствие не навело шороху.
Когда я проходил мимо коновязи, то обратил внимание, что небо на востоке понемногу расцветает красным. А это означало, что в Патриархии уже должно наступить утро. Всё-таки Персты расположены значительно западнее. И осознание того, что мои домочадцы, скорее всего, уже проснулись, подстегнуло меня ещё сильнее. Я почти бегом преодолел внутренние участки крепости, «Катапультой» перемахнул через внешнюю стену, а затем взял курс на ближайшую рощу, старательно обходя все костры в огромном лагере нашего войска. Просто потому что не хотелось мне тратить драгоценные секунды на разговоры или объяснения с кем-либо. Но судьба, как это водится, в самый решающий момент подкинула подлянку.
Как только я добрался до первых молодых деревьев, то услышал разговоры на повышенных тонах откуда-то из рощи:
— … прикопать его и дело с концом!
— Дык он жеж… это… покамест дышит, вроде?
— Я это легко исправлю!
— А ну вдруг искать его будут⁈
— И пущай ищут! Я слыхал, завтра або на следующий день, отправимся мы дальше на запад. А тут оставят токмо небольшой гарнизон. А нас уже и след простынет…
— А Грум верно говорит! Давайте, братцы, так и поступим…
Заинтересовавшись этим странным собранием, я не таясь двинулся на звук голосов. Вскоре моему взору открылась следующая картина — четверка солдат в одеждах цветов Южной Патриархии увлечённо переговаривалась, не замечая ничего вокруг. А в ногах у них лежало чьё-то неподвижное тело…
— Потрудитесь объяснить, чем это вы здесь заняты! — рявкнул я командным тоном, выработанным за годы в шкуре Ризанта нор Адамастро.
Все четверо подпрыгнули от испуга и развернулись в мою сторону. Они и так знатно струхнули, а когда разглядели в предутренних сумерках,
— Эк… эк… экселенс… мы… мы… — заблеял один из них, жутко заикаясь.
А его товарищи в тот же миг сбросили на землю перевязи с оружием, хотя я того не требовал. Видимо, настолько мрачную репутацию имел Маэстро среди рядовых бойцов.
Во мне закипела тяжёлая борьба между «надо» и «хочу». Но как бы я не рвался домой, как бы не душило меня желание увидеть Вайолу и Кая, однако долг всё-таки победил. Я присел возле неподвижного тела и принялся его осматривать. Возраст определить затруднительно, поскольку лицо пострадавшего разбито в кашу. Ладони мозолистые, заскорузлые, как у крестьянина. Явно простолюдин, но вряд ли земледелец. От древка копья кожа грубеет точно так же, как от мотыги. На мужчине надето красное сюрко с белой полосой. Это цвета флага Равнинного Княжества. Значит, передо мной явно кто-то из Сыновей копья. Так-так… а это что?
Склоняюсь ниже и обнаруживаю под левой подмышкой набухающее кровавое пятно. Ну всё понятно. Четверо солдат Патриархии устроили тут расправу. И судя по тому, что я слышал, собирались избавиться от тела. Ц-ц-ц, нет, не пойдёт. Я таких разборок не допущу. Ронхеймских палачей я на место поставил. А уж своих и тем более жалеть не стану. Но сначала…
Я распростёр над окровавленным солдатом ладонь и сформировал плетение «Божественного перста». Стоило только лечебному конструкту влиться в плоть пострадавшего, как тот слабо застонал и сделал попытку подняться. Ничего, конечно же, не вышло. Потому что его отделали так, что у него череп на лбу промялся внутрь. И мне пришлось сотворить ещё немало заклинаний, прежде чем я сумел стабилизировать состояние подданного князя Каэлина.
— Откуда вы, и кто ваш командир? — воззрился я на четвёрку проштрафившихся солдат.
Те, всё время пока я занимался пострадавшим, стояли подле, боясь не то что говорить, а старались лишний раз не дышать. О побеге они даже не помышляли, поскольку понимали, что не обгонят пущенные вдогонку чары.
— В… второй щитоносный полк, м… мой экселенс, — промямлил один из них.
— Имя командира⁈ — повысил я голос.
— Экселенс нор Веншер! — поспешно выдал другой.
Нор Веншер, нор Веншер… что-то даже не могу припомнить такой фамилии. Либо меня пытаются надурить, либо род командующего щитоносным полком слишком мал и безвестен. Ну да ладно, некогда мне ими заниматься! Пусть сами в своём отряде решают, как наказывать этих болванов. Моя задача лишь обеспечить явку нарушителей. И я знаю, как это сделать.
— Экселенс, послушайте, мы всё объясним… — сунулся было ко мне солдат, стоявший ближе остальных.
Но я ожёг его таким взглядом, что тот подавился продолжением реплики и невольно отступил на два шага.
— Это вы меня слушайте, идиоты. Сейчас сооружаете носилки и несёте его в лагерь к своим! — процедил я, тыча пальцем в избитого воина. — А к полудню я хочу видеть вас четверых вместе с командиром полка у комендатуры бастиона. Всё ясно⁈
Лица бесхитростных солдат озарились надеждой, и я осознал, что они уже мечтают бесследно раствориться в многочисленных рядах нашего доблестного войска. Наивные…
— Подойдите все сюда, — холодно приказал я.
Плохо замаскированная радость на физиономиях четвёрки нарушителей моментально померкла. Они, постоянно оглядываясь друг на друга, маленькими шажками приблизились ко мне.
— Ближе! — гаркнул я.
Бойцы вздрогнули и подошли на расстояние вытянутой руки. Тогда я сформировал несколько проекций «Холодка» и хлопнул каждого солдата по плечу. А зачем изобретать что-то новое, когда старые наработки не потеряли актуальности?
— Ч… что это⁈ — заголосили нарушители, ощупывая себя.
— Это проклятие, которое снять под силу только мне, либо кому-то из моих людей, — снизошёл я до пояснений. — Чувствуете онемение?
— Да…
— Так и должно быть. Предупреждаю, что оно будет распространяться. К полудню никто из вас уже не сможет пошевелить рукой. А к закату, если вы не явитесь ко мне вместе с командиром, проклятие вас убьёт. А теперь быстро скрылись с глаз моих!
Недотёпы так перетрусили, что чуть не сбежали без своей жертвы. Пришлось их окликивать и возвращать назад. Потом ещё около десяти минут я ждал, пока они соорудят из веток подобие носилок и исчезнут из виду. И только после этого я облегчённо выдохнул и снял стальную маску.
— Гесперия, ты слышишь меня? Гесперия! — позвал я.
Роща незаметно преобразилась, будто посветлев. И из-за тонкого древесного ствола отделилась гибкая женственная фигура.
— Я здесь, Александр. У тебя что-то случилось?
— Здравствуй. Нет, ничего серьёзного.
Я обнял Гесперию, ощутив исходящий от неё запах свежести и зелени. А она провела сухой бархатной ладонью по моей щеке. Это уже давно стало чем-то вроде нашего приветственного ритуала.
— Ты пахнешь кровью, — сморщила носик первородный дух. — Мне не нравится.
— Знаю, у нас тут вроде как война… — беспомощно развёл я руки.
— Странные вы создания. Почему не можете обойтись без убийства себе подобных?