Михаил Злобин – Отставной экзорцист 2 (страница 25)
— И как ты только это всё терпишь, — покачал я головой.
— Ну у нас же не всегда так, — легкомысленно развела руками коллега. — Васю и не слышно вовсе, когда он не пьёт и друзей не водит.
— Теперь понятно, почему его жена выставила. Если он и там устраивал такие же загулы…
— Давай не будем об этом, — помрачнела Малыш.
— Как скажешь. Ты девочка уже взрослая, сама решишь, как тебе жить нравится, — свернул я обсуждение этой темы. — Лучше поговорим о нашем пациенте…
Я коротко обрисовал ситуацию и объяснил, что Ольге желательно съездить вместе со мной по месту жительства того хмыря, который зажимал её в переулке. Но ежели девушка откажется, то не беда. Мы с братом Яши и сами навестим его.
Однако Малыш ухватилась обеими руками за перспективу покинуть провонявшую перегаром и куревом квартирку. Коллега предложила мне посидеть, пока она собирается. В какой-то момент, видимо, забывшись, что кухня оккупирована четырьмя пьяными рылами, Ольга заикнулась о чае. Но потом сразу же осеклась. Поэтому я, дабы не ставить хозяйку в неудобное положение, вежливо отказался от предложения.
Долго ждать не пришлось, и уже через каких-то десять минут малыш шелестела своим объёмным пуховиком, который хранила прям у себя в комнате. В принципе, я её понимал. Когда по квартире такие гоблины разгуливают, то я и сапоги бы припрятал понадёжней. Мало ли, что им по синей дыне в башку стукнет.
— Э, фьюу, стоять! — пьяно прокричал нам один из гостей братца, когда мы с Ольгой прошли мимо кухни.
Однако мы оба предпочли сделать вид, что не расслышали его из-за орущей музыки. Вот только игнорирование с нашей стороны ещё больше разозлило алкаша. Он, опрокинув несколько бутылок, выскочил из-за стола и направился к нам, сверля меня мутным, но вместе с тем преисполненным жажды приключений взглядом.
Завидев его приближение, моя спутница забеспокоилась. Не успев натянуть ботинки, она уже готова была выскочить в подъезд босиком. Но я её удержал и настоял на том, чтоб она не порола горячку, а спокойно обувалась.
— Ты чё ещё за петух? Дважды мимо прошёл, а поздороваться западло было, сука⁈ — предъявило мне тощее тело, разукрашенное кривыми татуировками.
Господи, сколько же он выпил, что в нём столько смелости накопилось?
— Иди дальше бухать, — коротко бросил я, не горя желанием конфликтовать со всяким пьяным сбродом.
— Боря, да ну хорош! Ну не начинай! Нормально же сидим! — крикнул кто-то из приятелей алкаша.
Музыка стала тише.
— А я чё, молчать должен, когда эти… всякие… всякое говно тут шарахается! — кое-как выродил из себя татуированный, плохо справляясь с заплетающимся языком. — Чё ты пыришься на меня, слышь⁈
Последнее — это уже мне. Ну и кадр, конечно…
— Ты здесь даже не живёшь, так что сдристни на хер, пока цел, — поморщился я, смерив недоноска презрительным взглядом.
Ну вот куда этот кретин пьяный лезет? Он разве не видит, что я его соплёй перешибить могу?
— Чё-о-о⁈ Куда ты меня послал, чмо?!! — натурально заревел Васькин приятель. — Да ты знаешь, чё на зоне делают за такой базар, петушара⁈
Он протянул ко мне свои тощие синюшные грабли, но я не собирался покорно стоять и ждать, пока перепивший урод накуражится. Будучи старшим ликвидатором Комитета, я с такими персонажами вообще не разговаривал. Молча давал в морду и сплавлял в вытрезвитель под трепетную опеку «серых».
Вот и сейчас старые рефлексы возобладали надо мной. Я оказался в полушаге от алкаша раньше, чем осознал, что делаю. Мой лоб опустился колдырю точно на переносицу. Хрустнуло смачно. Удар, нанесённый сверху вниз, вышел добротным.
Дебошир даже не вскрикнул, а просто ничком свалился на пол. Целых пять секунд потребовалось его проспиртованному мозгу, чтобы осмыслить произошедшее. Он схватился за разбитый нос, из которого хлестала кровь и пьяно завыл:
— Ы-э-э, гни-и-ида-а! Я тебя урою-у-у! А-а-ай, мля…
Друзья скандалиста ошарашено взирали на корчащегося на полу Борю. Двое его приятелей вроде даже задницы начали отрывать от стульев, но, наткнувшись на мой предостерегающий взгляд, передумали вставать.
В моём личном антирейтинге запойные бухари занимали почётное третье место. Сразу после демонов и назойливых пенсионерок. И пускай колдыри проблем могли создать гораздо больше, чем старушки, их хотя бы легко было угомонить парой увесистых тумаков. Алкашей, конечно же, не бабок…
— Ещё у кого-нибудь есть вопросы? — сурово посмотрел я на остальных участников застолья.
Мне никто не ответил. Все собутыльники, включая брата Ольги, трусливо опустили лица.
Ну вот и славно. Теперь можем спокойно выдвигаться.
Глава 14
Моя небольшая потасовка с оборзевшим алкашом выбила почву из-под ног Ольги. Хотя какая это потасовка? Так, всего лишь крохотный воспитательный эпизод. Но коллегу испугал даже он. Поэтому к моменту подачи такси девушка не произнесла ни слова. И только в салоне, когда мы проехали едва ли не половину пути до места назначения, она постепенно начала приходить в себя.
Вскоре я заметил, как Малыш стала ёрзать на пассажирском кресле, поглядывая то на меня, то на водителя. Вот теперь её уже распирало от желания мне что-то высказать. Останавливало только общество таксиста.
И я вовсе не удивился, что Ольга преградила мне дорогу, когда мы выгрузились из автомобиля:
— Пётр, ты не хочешь со мной поговорить?
— О чём? — хмуро буркнул я.
Вот ещё девичьих драм мне в жизни не хватало…
— Почему ты обманул меня? Тем более по такому поводу.
— Я не врал.
— Петь, Евгений Палыч мне всё рассказал. Ты никогда не был женат, — обиженно поджала губы собеседница.
Я посмотрел Ольге прямо в глаза. Её щеки покрылись алыми пятнами, невзирая на то, что в здешней части города холодный январский ветер слабел до состояния хилого сквознячка.
— Родители не могут знать о своих детях всё, — подчёркнуто ровным тоном произнёс я. — Мне нет нужды врать. Я был честен с тобой. Если не хочешь верить — твоё право. Решай сама, что станешь делать с этой информацией.
Малыш сконфуженно отвела взгляд. Её лицо приобрело такое выражение, словно она готова была провалиться сквозь землю от стыда. Но девушка нашла в себе силы нервно усмехнуться:
— Господи, я такой дурой себя ощущаю. Уже столько всего надумать успела… Петь, Евгений Павлович, сильно на меня обиделся? Наверное, мне надо извиниться. Я не должна была себя так вести. Может, я позвоню ему? Так стыдно, слов нет…
— Ольга…
— Ась? — захлопала ресницами коллега.
— Батя умер.
Глаза собеседницы округлились. Она в ужасе прижала ладони к губам. И даже румянец схлынул с её щёк. Ей сложно было представить мёртвым человека, с которым она всего несколько дней назад пила чай и обсуждала жизнь финансового отдела «Оптимы».
— К… как это? Когда? — выдохнула Малыш.
— Первого января, — ответил я. — Сегодня только похоронил. К тебе сразу с кладбища приехал.
— Боже мой, Петя… мне так жаль… Я соболезную…
Девушка сделала шаг ко мне и погладила меня по локтю. Её сочувственный взор будто бы спрашивал, можно ли меня обнять. Но я решительно отверг это молчаливое предложение. Не привык я подпускать посторонних на такую дистанцию.
— Спасибо, но не надо меня жалеть, — сказал я, мягко отцепляя ладони Ольги от своей руки. — Давай заниматься тем, ради чего приехали.
Коллега смущённо отступила и проследила в направлении моего взгляда. Со стороны ближайшего светофора к нам приближался статный мужчина. Молодой и высокий. Удлинённая форменная куртка МВД сидела на нём, как на фотомодели из каталога, подчёркивая образцовую выправку и осанку, которую не успела подточить кабинетная рутина.
— Здравия желаю! Вы Пётр? — с ходу обратился он ко мне.
— Ага. А вы от Якова?
— Точно. Игорь, — представился он и протянул мне раскрытую ладонь.
Мы пожали друг другу руки. Ольга при этом скромненько помалкивала, украдкой разглядывая двоюродного брата Яши.
— Что от меня требуется? — деловито осведомился парень.
— Постоять рядом, грозно супя брови, — честно признался я.
— Вот так?
Молодой человек в один миг преобразился, как профессиональный актёр, отыгрывающий роль. Его лицо застыло, превратившись в непроницаемую маску. А на смену добродушному блеску в голубых глазах пришла свинцовая тяжесть.
— Идеально, — похвалил я. — А теперь выдвигаемся по адресу.
Нашей троице предстояло обогнуть жилую многоэтажку. Там мы встали у подъезда, дожидаясь пока кто-нибудь выйдет. Но Игорь лихо решил проблему. Он запрыгнул на кованную оградку газона и постучал в окно первого этажа.
Через полминуты шторы колыхнулись и за стеклом показалась благообразная бабулька в толстых очках. Она, завидев человека в форме, без лишних увещеваний отперла створку и выглянула на улицу.