Михаил Жеребкин – Вызовы России. От Рюрика до Ленина (страница 16)

После успешной битвы со шведами на Неве князь Александр попытался объяснить новгородской знати угрозу новой опасности, исходившей от немецких рыцарей, которые надвигались с запада. Он потребовал от бояр средств для большого нового войска, а для себя – неограниченной власти, необходимой ему для противодействия нашествию немецких рыцарей. Новгородцы не поняли своего князя в тот раз. Бояре увидели в нем диктатора, который хочет лишить их и денег, и власти. Это и стало причиной размолвки князя и новгородской знати. Князь говорил о новом вызове со стороны западных противников, бояре и купцы опасности пока не видели и потому не желали давать Александру ни денег на войско, ни новых полномочий. Результатом недопонимания стал отъезд в конце 1240 года Александра Невского с матерью, женой и всем его двором в родной Переславль-Залесский.

В это время на новгородские земли напала Литва. И теперь крестоносцы вместе с литовцами безнаказанно грабили новгородские волости, избивали людей, отбирали лошадей, скот и зерно. Произошло ровно то, что предвидел молодой полководец Александр Невский и не хотели или не могли сразу понять представители новгородской знати. Захват рыцарями Пскова в одночасье разрушил всю систему новгородской обороны со стороны западных сил, так как после Пскова на всем протяжении до Новгорода Русь не имела естественных водных или лесных преград для войск противника. Отсюда и стремительное приближение крестоносцев к столице республики, над которой нависла угроза осады.

Теперь это увидели и сами новгородцы. Они собрали и отправили к великому владимирскому князю Ярославу Всеволодовичу (отцу Александра Невского) послов с просьбой о помощи – дать князя, необходимого им для обороны земель. Ярослав Всеволодович согласился. Не стал вспоминать прежние обиды и полководец Александр Невский, вернувшись на княжеский престол в Новгороде. На этот раз боярская знать и купцы выделили князю необходимые средства, войско было собрано и экипировано.

Князя и полководца Александра Невского отличали стремительность мысли и быстрота действий. Так победил он на Неве, таким же быстрым и неожиданным рейдом в начале 1242 года он вывел свои отряды на побережье Финского залива и штурмом взял крепость Копорье. Это стало началом освободительного похода новгородского князя. К марту 1242 года к Новгороду подошли и владимиро-суздальские отряды во главе с князем Андреем Ярославичем, посланные великим князем в помощь новгородцам. Штурм Пскова оказался таким же внезапным и быстрым. На помощь пришли и горожане, которые открыли русскому войску ворота захваченной врагом крепости. Освобождением Пскова была завершена первая часть плана Александра Невского. Дальше предстояло разгромить основные силы немецких рыцарей.

Исследователи до сих пор не могут прийти к единому мнению, в каком именно месте произошло Ледовое побоище. Равно как нет общего ответа на вопрос, сколько войск участвовало в битве с той и другой стороны, сколько рыцарей в тяжелых доспехах ушло под лед Чудского озера. В нашу задачу не входит внесение ясности в эти научные споры, да и вряд ли это уже возможно. Отметим главное: состоялась великая победа, которая имела огромное значение в общей стратегической борьбе русского народа против натиска западных сил. Высказываний авторитетных исследователей на этот счет имеется немало. Мы приведем лишь два из них, которые, на наш взгляд, отразили сущностные значения произошедшего. При этом следует отчетливо понимать, что победы князя Александра – на Неве и на Чудском озере – не ликвидировали навсегда угрозу западных сил, не положили конец противоборству двух миров. Но те победы удалось совершить в условиях, когда орден был наиболее силен, а Русь наиболее слаба. Что касается борьбы двух геополитических противников, то она будет продолжаться и при жизни Александра Невского, и многие века после него. Не прекратилось противостояние и в наши дни. Но констатация этой закономерности сегодня лишь дополнительно подтверждает значимость подвига, совершенного русскими людьми 800 лет назад.

Известный русский историк Н. И. Костомаров сделал следующие выводы: «Эти две победы имеют важное значение в русской истории. Правда, проявления вражды немцев с русскими не прекращались и после того, в особенности для Пскова, который не раз вступал с орденом в кровавые столкновения, но уже мысль о покорении северных русских земель, о порабощении их наравне с Ливонией, которое подвергло бы их участи прибалтийских славян, – навсегда оставила немцев»[56]. Конечно, теперь мы можем говорить, что великий историк оказался неправ, сказав тогда, что мысль о покорении русских земель оставила немцев навсегда.

Уже в новое время исследователь жизни князя Александра Невского Н. А. Клепинин, чей труд о русском полководце впервые был издан в Париже в 1927 году и переиздан в Москве в 1993 году, в своих оценках побед Александра Невского отметил те же сущностные смыслы: «На Чудском озере и на Неве Св. Александр отстоял самобытность Руси от Запада в самое тяжелое время татарского полона. Обе эти сечи были битвами, которые не принесли ни мира, ни полного освобождения, но которые обозначают собою глубокий перелом, направляют историческую жизнь народа в иное русло»[57].

Исторический выбор Александра Невского

Обратим внимание на очевидные характеристики двух основных битв Александра Невского: они не были масштабными, не принесли ни мира, ни освобождения. Но имя отважного полководца и мудрого государственного деятеля славится в веках, он признан святым, ему поставлены памятники, в его честь учреждены ордена. Такой высокой чести Александр Невский удостоен за исторический выбор, который он сделал в трудное, рубежное для Русского государства время. В чем смыслы исторического выбора Александра Невского?

Восстановим картину прошлого, в условиях которого князю Александру предстояло принимать решения. Монголо-татарское нашествие прокатилось по Северо-Восточной и Южной Руси и накрыло своей властью эти огромные пространства, порядком напугало Восточную и Центральную Европу. К этому времени монгольский хан Батый уже обосновывался в низовьях Волги, создавая там город Сарай – будущую столицу своего русского улуса.

Александр Невский знал о трагедии северо-восточных русских земель, но до сих пор не соприкасался с монгольским войском, так как, во-первых, отряды Батыя не дошли до Новгорода сто верст и повернули на юг, а во-вторых, Новгородскую республику с востока прикрывали владимиро-суздальские земли, где великим князем с 1239 года был его отец Ярослав Всеволодович. Но оставаться и дальше в стороне князь Александр не мог, ему предстояло определить свое место в глобальных военно-политических событиях. И это место окажется центром противостояния Востока и Запада.

События разворачивались стремительно. Уже в 1243 году монгольский хан Батый в Сарае провел смотр князей всех русских земель. Первым на призыв хана приехал владимирский князь Ярослав Всеволодович и покорился ему. Сделают это и другие русские князья, за исключением черниговского Михаила Всеволодовича, который не покорился и был убит. В сентябре 1246 года в столице монгольской империи Каракоруме Ярослав Всеволодович был отравлен, а уже в следующем году в Сарай к Батыю были вызваны сыновья великого князя Александр и Андрей Ярославичи.

Встреча с могущественным монгольским ханом – это тоже момент выбора пути и для Александра, и для всей Руси. Князь Александр, победитель шведов и немцев, продолжил линию поведения с монгольским ханом, которую принял его отец. Он тоже покорился Батыю, покорился неизбежности, силе, которую нельзя было одолеть в тот момент. Но его покорность имела своеобразное достоинство русского князя, прославленного полководца. Все русские князья, прежде чем предстать перед ханом, должны были пройти между очищающими огнями двух костров и поклониться идолам. Александр отказался последовать этой процедуре, заявив, что ему, христианину, не подобает кланяться твари. Это было опасное пренебрежение монгольскими правилами. Год назад черниговский князь Михаил Всеволодович именно за отказ пройти этот монгольский обряд был казнен в Сарае. Батый сделал исключение для князя Александра и принял его без соблюдения установленного ритуала. Однако Александр, войдя в шатер к Батыю, четырежды пал перед ним на колени, что соответствовало татарским обычаям, и так объяснил свой поступок: «Царь, тебе поклоняюся, понеже Бог почтил тебя царством, а твари не поклоняюсь»[58]. Жестокий и не склонный к милосердию монгольский хан помиловал новгородского князя, возможно, увидев в его поступке личную храбрость и честь полководца. Так начинали выстраиваться отношения князя Александра с монгольскими ханами.

Но Александр не мог сосредоточиться на отношениях только с монгольской державой, которой была подвластна Русь. Его не оставляли в покое западные силы, возглавляемые папой римским. В 1248 году Иннокентий IV написал Александру Невскому две специальные буллы – 23 января и 15 сентября. В одной из них содержалась ссылка на встречу в Каракоруме специального посланника папы монаха-францисканца Плано Карпини с отцом Александра Ярославом Всеволодовичем, на которой якобы великий владимирский князь высказал желание подчиниться римскому престолу. Скажем сразу, никто из исследователей не нашел документального подтверждения этого факта, равно как и сам Плано Карпини в своих отчетах о поездке в Каракорум не приводит этого эпизода. Но в папской булле именно на этом основании князю Александру предлагалось подчиниться римскому престолу – якобы осуществляя намерение отца, не успевшего это сделать из-за смерти.