Михаил Востриков – Сын василиска (страница 36)
Рис. 27/1. Иеремия и Михаэль Плотники
— Аба, они говорят, что ты должен пройти «детектор лжи»… Им не понравилось твоё письменное объяснение про дрова в Преисподней. Они говорят, ты не пророк Иисус, но писатель Данте Алигьери, если считаешь их идиотами. Ну, поставь себя на их место… ты бы поверил? Проваленная операция в Рамалле. Смерть агента в ташлинской гостинице «Урал». Незакрытая отчётом огромная сумма из секретного фонда, напрямую пополняемого ЦРУ. И двадцать лет отсутствия на службе без обратной связи… При том, что установлено, что те двое, пропавших тогда вместе с тобою на операции «Hunting The Devil» — Титов из КГБ и Хайтауэр из ЦРУ, сегодня оба очень результативно допрашивают в Москве арестованных агентов ЦРУ, которых ФСБ сдал цаир Хайтауэр. А тут — дрова чертям в Преисподней… Ты же понимаешь, чем это тебе грозит? И мне…
— Вот, бен, и твоя има, а моя иша Рива, тоже не поверила, что я не убежал от вас… и через год уже снова выскочила замуж. Ну, хоть ты, бен, веришь мне? Кстати, спасибо тебе за эту избушку, документы и кешеф… а то жить бы мне сейчас или в тюрьме или под забором.
— О чём ты говоришь, аба, я, конечно, верю! Я же сам два раза вербовал этого василиска Волошина, вернее его бена… Неудачно… В общем, валить нужно… Туда, где точно поверят. Джеймс уже свалил.
— Кто это, Джеймс?
— Джеймс Хайтауэр, бен Майкла. Звание полковника ФСБ им обоим подтвердили, гражданство и жильё дали. Мы общаемся иногда по секретному телефону в Москве. Всё у них хорошо. Майкла и Сашу берут на преподавательскую в их институт по следственной работе. Джеймс на оперативной. Там Сашин бен Анатолий у них сейчас в больших чинах, генерал-лейтенант, начальник Управления «Л» в Администрации Президента России… он всех и устроил. Только скажи… и айда! Всё уже готово, пройдём по зелёной. На машине до Бейрута, а там в самолёт.
— Вот… как это правильно, бен, когда всё по родственному. Это, по нашему… по еврейски. И мне то… только обуться… А ты, как же, мишпаха, карьера?
— Карьера, аба, с бегством в Россию моего американского напарника Джеймса Хайтауэра и с твоим появлением, у меня благополучно окончена, т. к. доверие руководства, сам понимаешь, утеряно. А мишпаха… Да, чёрт с ней, иша уже корова, дети выросли. Как у нас говорят, «Кошка вывела котят, дальше сами, как хотят», а-ха-ха. Не оставят в Москве, махнём в Астрахань, мы же оттуда? Кое-какие кешеф есть, заработал.
— Да-а… наша шем мишпаха Плотники оттуда, и твой саба Авигдор, и твоя савта Голда, из Астрахани эмигрировали. Знаешь, а я бы тоже на преподавательскую по следствию пошёл…. За 20 лет насмотрелись там приёмчиков у местных специалистов с хвостами. Двадцать минут допроса, хоп, и «чистуха».
СЮЖЕТ 27/2
Москва. Трёхсвятительский переулок.
— Ну, что, Вася… Нашего полку прибыло, — говорит мне Анатолий Александрович Титов, вальяжно развалившись в кресле в моей гостиной и потягивая «волшебный» кофе Аграфены Пименовны, как всегда, обрадованной его приходу, — Семейство Плотников из МОССАД пожаловало, политическое убежище уже получили, в гражданство просятся… Ну, и на службу тоже… Полиграф оба прошли без замечаний, желание служить России искреннее, без подвоха. Пока их в Астрахань отправили, в наш ведомственный санаторий… пусть там отдохнут, порыбачат на Ахтубе. Родина предков, говорят.
— Ну, так и отлично, поздравляю с пополнением. Не знаю как отец, а Миша опер классный, он же меня два раза вербовал… Крайний раз… на Кубе, как вспомню… если бы тогда не Вы с Борисычем… бр-р.
— Хм-м, а я Мишу с отцом вообще не различаю, так похожи… Батю, ладно, к следакам… к моему и Жениному… ох, и натаскались они в Преисподней по следственному делу, прямо, завидки берут. Колют агентуру, как орехи, до донышка вытряхивают. А вот, с Мишей что делать?
— А что с ним не так?
— А то, что он с собою флешку привёз… агентура МОССАД на нашей территории и… сочувствующие — информаторы.
— Ну, так и задерживайте.
— По агентуре, так и делаем… а вот что с сочувствующими — информаторами делать? Их знаешь сколько? Вот… — генерал пишет на листочке цифру, показывает её мне и потом рвёт листочек на мелкие кусочки.
— Й-й-ё-ё-о-о! Да это же пол-Москвы… никаких камер в СИЗО не хватит…
— Ничего и никого не хватит, Вася… И следаков не хватит… и охранников. И на срока по госизмене не хватит… Просто не натянем мы им эти срока, не сможем, мало фактуры, а натянем по беспределу, так они всё в судах развалят, у них же лучшие адвокаты в семьях…
— Так, может, тогда попробуем…
СЮЖЕТ 27/3
Москва, Допросная камера ФКУ СИЗО № 2 ФСИН России в Лефортово
— Гражданин Иванов Давыд Иосифович?
— Таки, да. Давид Иосифович Рабинович, собственной персоной.
— Но, в паспорте написано, что Вы Давыд Иванов — русский…
— А бьют, гражданин следователь, не по паспорту… Но, то, ещё советский паспорт… с фамилией по отцу и именем на русский манер. На всякий случай ношу.
Рис. 27/3. Абрамович на допросе
— Хватит мне голову морочить, гражданин Рабинович или как Вас там…! — рычит следователь, — Вы обвиняетесь по статье 275 УК РФ «Государственная измена» в части выдачи израильской разведке МОССАД сведений, составляющих государственную тайну, ставшую Вам известной из пока неустановленных источников. Вам понятно обвинение⁈
— Ай, вэй! Шо, позвонить любимому ахйан в Тель-Авив, теперь так называется⁈ Какие-такие государственные тайны? Значит, храните лучше ваши тайны, гражданин чекист, если о них вся Москва болтает! При чём здесь я?
— Гражданин Рабинович, довожу до Вашего сведения, что лицо, совершившее данное преступление, освобождается от уголовной ответственности, если оно добровольно способствовало интересам Российской Федерации. Поэтому, у Вас есть два варианта…
— Слушаю Вас… предлагайте, — Рабинович подаётся вперёд. Он сразу весь внимание.
— Первый вариант…. Вы, добровольно и за свой счёт отправляетесь в самолёте или на поезде в город Биробиджан Еврейской автономной области на 3 года и, оставаясь на свободе и лишь ежемесячно отмечаясь в спецкомендатуре, по своему усмотрению поднимаете там народное хозяйство в той области, которую выбираете сами…
— Хм-м! Дрянь такая… А второй вариант?
— Вы отправляетесь туда же в «Столыпине» на полный государственный кошт, но, уже по решению суда, лет на десять-двенадцать с полной конфискацией имущества, под конвоем пилить ёлочки, так нужные сейчас народному хозяйству страны. В курсе, что такое «Столыпин»?
Э-э-э… Вы же меня не поняли, гражданин следователь… Я же хотел сказать, что я, дрянь такая, никак не соберусь на могилу моей любимой сафты Сары, упокоенной в Биробиджане в 1952 году. Она умерла там от холода. А тут… Ах, какой повод! Какой шикарный повод! Конечно, я поеду… так и запишите в протоколе. На 3 года, да! Я открою там зубной кабинет и буду там вставлять людям золотые зубы из серёжек и колечек. Это так красиво! Там, говорят, очень плохой климат и питание… и очень много зубов нужно поставить. Но… что дальше? Вы мне скажете, что будет со мною и моей семьёй дальше?
— Конечно, — улыбается следователь, — Через три года вернётесь в Москву, как искупивший, и шпионьте себе дальше, на здоровье.
СЮЖЕТ 27/4
Забегая вперёд, через 5 лет. Город Биробиджан Еврейской АО.
Цветное еженедельное издание на русском языке и идиш — 32 стр., с глянц. вкладками, тираж 50 000 экз. (бывш. газета) «Биробиджанер штерн» — официальный печатный орган правительства ЕАО