Михаил Востриков – Сын василиска (страница 2)

— Пойдём, Ким… чувствую, пора…

Людмила Семёновна Волошина, худенькая молодая женщина, одетая уже по-уличному, левой рукой поддерживает огромный живот и встает с жёсткой кровати, на которой сидит всё последнее время. Берет в правую руку давно приготовленный пакет с больничным — ситцевый халатик, тапочки, мыло, зубную щётку…

— Ку-куд-ку-да⁈ — начинает, буквально, метаться по комнате её супруг Ким, лысый как биллиардный шар и с чёрной бархатной повязкой через один глаз, — Такси же… Люся, сейчас, вызовем! Поедем… Дождик же на улице…

Рис.½. Людмила и Ким Волошины

Он хватается за трубку домашнего телефона, но, жена, слабо улыбаясь, останавливает его:

— Дольше прождём, Ким… а он… или она… ждать не станет. Пойдём потихонечку, ничего… рядом же, успеем, поди, не размокнем… плащики наденем.

Действительно, от дома до городской больницы, в которой находится роддом, спокойного пешего хода не более 10 минут.

— Тася, Тасечка! — взволнованный супруг подзывает высунувшуюся из дверей второй комнаты девочку, — Пойдём-ка, проводим маму в магазин, за братиком… или за сестричкой. Ты кого хочешь⁈

— Бга-ти-кя, — тянет Тася, сама надевает сандалики, дождевичок и идёт в коридор открывать и придерживать родителям двери.

. — Ну, с Богом, с местечка… — выдыхает Ким и осторожно, поддерживая жену под локоть, начинает медленное движение в коридор.

СЮЖЕТ ½

Вечер того же дня, там же.

— Тасечка, милая, братик у тебя родился! — радостным шёпотом сообщает дочке уже слегка выпивший Ким, только что пришедший домой из роддома. Все нянечки и врачи им там расцелованы и одарены. Кто конфетами, кто букетами, а главврач — бутылочкой армянского коньяка 5 звёзд.

— Как назовём⁈ — спрашивает дочку отец.

— Васе-е-ечка, — тянет девочка.

— А что⁈ Мне нравится! Вася-Василёк! И маме, думаю, понравится… На-ка, конфеток! — Ким протягивает дочке большой кулёк с дорогими шоколадными конфетами, — Угости ребят во дворе, скажи, у тебя братик Вася родился… радость!

А из включенного телевизора несётся: —… президент Горбачев болен и не может исполнять свои обязанности.

И по всей стране идёт такой выброс человеческих проклятий… даже вороны на ветках не каркают, придавило ворон. И все младенцы, рождённые в Кропоткинском в этот день, энергию этих проклятий впитывают… А ещё ту, от черкесских проклятий, и ту, что от упырей дореволюционных… Совершенно жуткая смесь!

СЮЖЕТ ⅓

19 февраля 1992 года (среда). Кубань.

Снега нынче уже нет, комаров ещё нет и Ким рыбачит в истоке речки Бейсуг, в 7 км. от Кропоткинского. Это в некотором отдалении от города, зато народ не пугается. Летом, например, когда массы речных кровососов к Киму даже не приближаются… Каково это видеть людям? А рыба, наоборот, садится на его практически пустой крючок как заведённая… А то, итак, выскакивает, прямо, в руки. Окунь, щучка, судачок, подлещик, пескарики. И на уху, и на жарёху, с избытком. Угостить семью свежей рыбкой… это правильное дело!

Рис.⅓. Ким Волошин на Бейсуге

Ким сидит, ловит рыбу и рассуждает:

'Да, Боги нынче повывелись… И я при всей своей мощи никакой не Бог! Бедный разум мой человеческий, не поспевает он за этой мощью. С другой стороны, можно было бы и гордиться. В моём лице создался невиданный юридический прецедент. Во всём мире (и у Богов тоже) принцип какой? Устанавливается преступление и за него следует наказание. Сто тысяч лет этот принцип действовал… И тут возник я и его перевернул. Я не устанавливаю преступление. Доказательством преступления является моя кара. Казнён — значит, злоумышлял. Лишён разума — значит, преступил. В штаны навалил — значит, намеревался причинить ущерб Киму Волошину…

Но мне от этого радости мало… вообще, только душевная смута. Во-первых, злоумышление злоумышлению рознь, а наказания — какие попало. Вон, та девчонка Таську по снегу валяла, шалость детская, невинная… И погибла. А эти полковники, что сговаривались меня ракетами ущучить, всего лишь поносом отделались. Правда, больше не сговариваются и, надо полагать, другим сговариваться заказали…

Чу! Ну вот, ещё кому-то досталось. И крепко досталось, упокой грешную душу его, Господи… Интересно, за что это я его так? Досадно, что не всегда дано мне это знать. А впрочем, что-то, наверное, вроде инстинкта сохранения разума. Наверное, знай я всё, с ума бы сошёл от ужаса и злости. Много, много их, и сильны они, и все против меня… Но я хоть и один, но сильнее их всех, я для них Дьявол, источник всех зол… Они сами создали Дьявола, а теперь норовят загнать его в Преисподнюю. Интересно, хоть это-то они соображают? Нет, по-моему. Просто как эти комары: толкутся вокруг, крови жаждут, а приблизиться не смеют…

Ладно, если хотят жить, пусть научатся вертеться. Пусть привыкают к сосуществованию с Дьяволом. Хотят мира — будет им мир, а к войне я готов всегда. И не о них моя забота. Васька, Васенька, Василёк мой, сыночек. Так-то всё вроде хорошо. Люсенька здорова, Таська уже и слышит, и говорит довольно внятно. Васька розовый и резвый, лихо ползает по комнате, смеётся-заливается, когда его к потолку подбрасываешь… И лезть к ним я отучил. Два раза лезли, вспомнить противно. А может, и больше двух раз… Да, пока всё вроде хорошо. Но, боязно мне, боязно, Ким Сергеевич!

Ведь Васька — моя плоть и кровь. Люся его рожать боялась. Что, если перешло к нему от меня всё это? Нет, не боязно мне, а страшно. Бесовское отродье! Мать манной кашей пичкает — злоумышление. Тут же удар — и конец. Сестрёнка на прогулке в лужу не пускает — злоумышление. Удар — и конец. А удар по матери или по Таське — это моментально мой ответный удар. Мощь моя, как всегда, намного опередит мой бедный разум… Нет, страшно мне, страшно. А может быть, обойдётся? Господи, глупо ведь наделять младенца такими силами! Вот, опять. Ещё кто-то попался. Летят сегодня, как мошкара на огонь. Знают же, как у меня: напавшего — истреби. И всё равно летят'.

Рис.⅓. Взрыв термофугаса

Темнеет, пора уходить домой. Ким собирает удочку, меж крапивных листьев аккуратно укладывает улов в рюкзак, набрасывает лямки на мощные плечи. Пошёл! По просёлку Ким восходит на взгорок и вдруг, прямо, у него под ногами… взрывается очень мощный термофугас, заложенный прямо посередине просёлка! Что-то мигает в Мироздании и Ким Волошин исчезает. И только на дереве повисает неширокая полоска чёрного бархата… а на месте взрыва посередине просёлка зияет глубокая яма, окаймлённая бугристым ободом из застывшей стекловидной массы. Из ямы поднимается сероватый пар и несёт химической вонью.

СЮЖЕТ ​¼

Рис.​¼. Газета «Вечерний Кропоткинский»', № 34 от 20.08.2005 (суббота)

«Кровавая пятница».

Вчера, 19 августа 2005 года (пятница) стал черным днем для жителей нашего города, оставив их в ужасе и ознобе. Этот день останется в памяти людей навсегда, напоминая о важности безопасности и защиты общественных мест.

В течение нескольких часов напролет, город охвачен волной насилия и хаоса. Преступники, одетые в чёрные маски и вооружённые огнестрельным оружием, атакуют местный банк и др. места, распространяя страх и ужас среди мирных граждан. Как свидетельствуют очевидцы, бандиты используют самую современную технологию для обхода систем видеонаблюдения и сигнализации. Они также хорошо подготовлены и организованы, выполняя свои преступные действия с невероятной точностью и скоростью.

Во время «кровавой пятницы» в Кропоткине совершено несколько ужасных преступлений, повергших жителей города в шок.

Одно преступление происходит около 10 часов утра, когда любимый учителями и родителями школьник Андрей Петров не возвращается домой из булочной. Его тело находят в запущенном заброшенном здании. Милиционеры говорят, что мальчика насиловали и зверски избивали перед смертью. Это ужасное и безжалостное убийство сразу становится известно и вызывает шок и тревогу во всем городе.

Тем временем, на окраине Кропоткина, трое женщин обнаруживаются мертвыми в своих домах. Они изнасилованы и задушены до смерти, а сцены преступлений убраны так, что нет никаких явных следов. Там же, местная жительница насильно похищена и перемещена в укромное место. Здесь она изнасилована и жестоко избита.

В ещё одном преступлении жертвой оказывается местный банк. Группа вооруженных преступников врывается в здание, захватывая сотрудников и клиентов в заложники. Преступники требуют выкуп и угрожают расстрелять людей, если их требования не будут выполнены. Некоторые заложники бросаются из окон, чтобы спастись, и оказываются с тяжелыми травмами.

Ещё одно преступление происходит в жилом районе города. Вооруженная банда из трёх человек врывается в дом семьи, привязывает супругов к стульям и избивает их перед глазами собственных детей. Преступники обкрадывают дом, забирают ценные вещи и деньги. Пострадавших потом госпитализируют с серьезными травмами и с сильным психологическими потрясениями.

Но, самое страшное преступление сегодня происходит в торговом центре «Мегаполис». Трое преступников, вооружённых автоматическим оружием и гранатами, врываются внутрь и открывают огонь по случайным людям, создавая хаос и ужас. Результатом этой атаки становится несколько жертв, смертельных ранений и множество раненых.

После нескольких часов интенсивных переговоров с бандитами и спецопераций милиции, все преступники либо задержаны, либо мертвы. Однако, цена, которую заплатили горожане и сотрудники, слишком высока. В результате этого массового нападения бандитов на город, несколько десятков человек погибли и еще больше пострадали.