Михаил Востриков – Сцены из жизни дознавателя Шишкина (страница 5)
И крайняя капля, Павел своим указом запретил носить бакенбарды, а-ха-ха!
Так или иначе, но план заговора готов и исполнен. И в ночь на 24 марта 1801 года группа из 12-ти офицеров во главе с Николаем Зубовым и генералом Леонтием Беннигсеном врывается в спальню Императора в его новом Михайловском замке. Павла страшно и жестоко избивают, а затем душат шарфом.
А его замок, вместо защитника самодержавия в России, одномоментно превращается в мистическое «грязное» место. Никто из Романовых более не отваживается доверить этому замку свою жизнь. Ведь он не смог защитить от убийц даже своего создателя. И с тех пор особенно удачливые и впечатлительные посетители Михайловского замка по ночам слышат здесь приглушенный звук игры на флажолете — старинном музыкальном инструменте, слушать который Павел любил при жизни.
Ключ
Александр Павлович не любит вспоминать о том дне. Ведь он так и живёт с клеймом «отцеубийца». Об этом шушукаются все, он знает. И небезосновательно! Зыбкую позицию великого князя с молчаливым согласием на переворот впоследствии не раз озвучивает сам Пален, за что вскорости отлучается от двора Александра и тихо умирает в Елгаве:
«Александр знал… и не хотел знать!».
И тем не менее, когда Пален заходит к нему в комнату
— Хватит ребячиться, ступайте царствовать! — пытается осадить его Пален.
После чего Александр, да, приводит себя в порядок, выходит на балкон, под которым уже собираются войска и объявляет:
— Батюшка умерли-с апоплексическим ударом. При мне все будет как при бабушке!
Уходит с балкона и снова картинно падает в обморок. Однако перед этим он успевает дать чёткое распоряжение Палену о том, чтобы все бумаги сейчас находящиеся в спальне и кабинете уже покойного Императора были бы без разбора и изучения немедля упакованы и перенесены в библиотеку Зимнего дворца, которую после необходимо запереть и рядом выставить гвардейский пост, что бы никто кроме него туда не смог зайти.
И через какое-то время в руках Александра оказываются несколько прелюбопытнейших документов с печатями Мальтийского Ордена, к одному из которых ленточкой приторочен тот самый серебряный ключ. А документы те… вот они:
И всё бы замечательно, только того серебряного ларца сразу так и не находят. И не сразу тоже. И куда его батюшка Павел Петрович припрятали-с, одному Богу известно!
Михайловский замок
Мистика, но так случается, что Павел I умирает на том же месте где и родится. Здание Михайловского замка он возводит на месте деревянного Летнего дворца, где 20 сентября 1754 года великая княгиня Екатерина Алексеевна родит его на свет.
Да, проект Карла Росси уже есть и архитекторы Винченцо Бренна и Василием Баженов строят замок рекордные 4 года. А потому что другие стройки в городе в это время замороживают и все стройматериалы перебрасываются на замок. И всячески торопит Заказчик — Император Павел I. Он же собственноручно отрисовывает и даже лично прорабствует при создании сложной системы потайных ходов и тайных помещений замка в великом множестве, и которые можно по-тихому затопить при необходимости.
И в котором из этих помещений сейчас лежит серебряный ларец, и лежит ли он там вообще, то тайна сия велика есть. Никаких указаний, планов и эскизов на сей счёт батюшка Павел Петрович потомкам не оставляют.
И где только и как только не ищут тот ларец… За двадцать лет всё пробуют! Пока нынче генерал Дибич не соображает применить биолокацию и щелкает все эти подземные и надземные пустоты в замке как орехи. И находит-таки!
Конец Мальтийского Ордена
А госпитальеров Александр I попросту «выдавил» из России. После 2,5 лет вольготной жизни для них вновь наступают тяжелые времена.
Новый царь постепенно понижает Орден в правах. Имущество Ордена на территории Российской империи он национализирует. Финансовая деятельность Ордена переходит в ведение государственного казначейства. В Воронцовский дворец переезжает Пажеский корпус. Командорам и кавалерам ордена святого Иоанна Иерусалимского запрещают носить эти знаки отличия.
И Ордену ничего не остаётся, как переместиться в Европу. В италийский Рим, где ему предоставляется статус экстерриториальности.
А прямо сегодня Александр I ещё и подпишет свой рескрипт «О запрещении тайных обществ и масонских лож».
Всё! Больше они ему не нужны!
Вопросы без ответов
Александр Павлович Романов один в кабинете. Он просит и ему подают копорский чай с липовым мёдом. Дибича он отпускает.
Он задумчиво смотрит на ларец отца и размышляет…
Итак, артефакты пропавшего тогда серебряного ларца Императора Павла I, хоть и через 20 лет, но наконец-то себя являют. И поиски того конечно стоят! Но остаются вопросы и появляются новые! И отвечать на них теперь только ему, ибо больше никто ничего не знает, а найденные в батюшкиных бумагах документы Мальтийского Ордена он никому и не показывает.
Как известно, батюшка Павел Петрович умирают при страшных обстоятельствах. Лицо их обезображено жестокими побоями пьяной солдатни и ужасной предсмертной гримасой. Поэтому перед захоронением лицо покойного Императора покрывают маской, якобы, из воска. В гробу батюшка лежат молодой и красивый. Волосик к волосику.
А воском ли его покрывают? И батюшка ли лежат в гробу? И кто конкретно покрывает и уделывает батюшке эту новую погребальную внешность? Не вспомнить, да и не знает он… А Орден тогда в большой силе и чуть ли не единственный, кто искренне оплакивает покойного Павла…
А был ли вообще у батюшки Павла разговор с тем монахом-тайновидцем старцем Авелем, как пишет он в своём письме к потомку и от которого, якобы, получает все те пророчества о родных в грядущем
Эх-х! Они бы лучше прошлое подсмотрели, да поправили бы в нем кое-какие романовские мерзости… Но такой возможности судя по найденной к нему инструкции артефакт не даёт. Только в грядущее и способен переносить.
— О-хо-хо! Житие мое… — вздыхает Александр Павлович, — Значит три года мне осталось царствовать⁈ Пора и о душе подумать.
Перерождение Александра I в томского старца Фёодора Козьмича начинается…
Сюжет 3. Дознание в Бюро СМЭ
28 ноября 2015 года, суббота
Санкт-Петербург.
Капитан Шишкин с утра начинает дознание на месте происшествия. Что сегодня выходной это даже хорошо. Бюро СМЭ заведение круглосуточное и всесезонное, дежурная смена здесь всегда на месте. А так… «меньше народа, больше кислорода». Кого понадобится на неделе опросит, не к спеху.
Личные мотивы в сторону, они сейчас ему только мешают. Он сейчас просто машина дознания. Бесчувственная, но о-очень въедливая и внимательная. Факты и фактики, даже самые мелкие, укладываются им в рядочки по только одному ему известному алгоритму. А выводы он сделает после. Не будет торопиться. Всё уже случилось.
Кипиш
Итак, кипиш подняла лаборантка Валя Паденко, которая как всегда после обеда приходит к Элле в кабинет. Попить чайку с сушками с маком и почесать языком за всё сразу — за мужиков, за погоду… опять за мужиков. И это примерно через час после его, Шишкина, оттуда ухода и столкновения на проходной с остроглазым господином. Но о нём позже.
Валя, с её слов, без звонка тыкается в кабинет, закрыто. Проходит на рабочее место Эллы в морге и никого там не видит. Ни Эллы, ни труп, который та собиралась, и ей об этом с утра говорила, исследовать. Только смятая простынь на резекторском столе и тележка для перевозки тел. Через 15 минут Валя тыкается по кругу ещё раз. Опять никого. Набирает Эллу по мобильному:
«Телефон абонента выключен или находится вне зоны доступа».
Заходит к «Кощею Бессмертному» и спрашивает за Эллу. Тот не в курсе, никуда её не посылал, труп на себя она оформила, сейчас должна с ним работать.
Идут смотреть вместе с Кащеем. Никого!
Тут уже кипишуется и сам Кащей. Элла ему ладно… а вот пропажа вверенного моргу трупа в его Кащея смену… И начинается! Кащей звонит и докладывает о происшествии начальнику БСЭМ… Тот прибегает, шум, гам, где, кто… В общем полный бардак и неразбериха, все ищут труп. Не находят. И даже не видят в кабинете у Эллы, что вся её верхняя одежда и сапоги на месте, в шкафчике.