Михаил Вонримс – Операция «Змеиный остров» (страница 1)
Михаил Вонримс
Операция «Змеиный остров»
От автора
События описанные в книге происходят в наше время на юге Новороссии в Одессе. Группа подпольщиков разворачивает тотальную дезинформацию об уходе российских морпехов с острова Змеиный. Им противостоит СБУ и резиденты западных спецслужб. Герои повествования сохранили преданность одесситам, вышедшим на митинг в марте 2014 у Оперного театра с плакатами "Одесса За Референдум!". Пепел сожжённых одесситов в Доме профсоюзов стучит в сердцах живых.
Возглавляет группу известный на Привозе
Начало повествования восходит к временам Крымской войны 1854 – 1856 годов. В октябре 1854 года происходит битва под Севастополем в Балаклаве, сражение, которое косвенным образом привело к трагическим событиям сегодняшнего дня – вторжение прошлого в настоящее.
Повествование, все события, персонажи, герои повести реальны и являются отражением новейшей истории. Действующие лица списаны с существующих людей, живущих и по ныне; некоторым из них до сих пор грозит опасность физической расправы; имена героев книги изменены.
Развязка повествования так же связана с Севастополем. Там на заброшенном кладбищенском погосте будет поставлена точка в 170-летней истории.
Автор, 2024 – 2026.
Пролог
1854 год. 13 октября. Окрестности Балаклавы у Сапун-горы.
Главком экспедиционного корпуса англичан в Крыму, лорд Раглан, отдает приказ отбить артиллерийский дивизион, захваченный русскими. Под звуки трубы конница шагом пошла вперед. Лучшие из лучших 650 кавалеристов английской аристократии на не менее породистых лошадях двинулись к русским укреплениям. Атака лёгкой кавалерии под перекрёстным огнем артиллерии убийственна. Но приказ, есть приказ.
Великолепное зрелище элитных войск – стройные ряды эскадронов в блестящих латах, сияющих на солнце, пришли в движение. Напряжение нарастает, кавалеристы переходят на крупную рысь. В первой шеренге ординарец лорда Раглана капитан Льюис Нолан. Нервный конь рыскает под всадником. Нервы сдают и у капитана.
– Вперёд, накажем русских! За мной! Лошадь Нолана срывается в галоп. Все шесть эскадронов лёгкой кавалерии устремляются в атаку.
Русские батареи открывают смертельный фланговый огонь. Залпы шрапнели десятками косят всадников и их лошадей. Капитан Льюис Нолан неловко вскинув руками, выпускает саблю и замертво падает в нескошенную траву. Только единицам британцев 13-го полка лёгкой кавалерии удалось вернуться живыми в пешем порядке.
Глава 1. Ночная акция
Истощенный нуждой, истомленный трудом,
Блудный сын возвращается в отческий дом.
И стучится в окно осторожно: "Можно?"
Сын мой единственный, можно!
Блудный сын. Борис Слуцкий.
Георгий проснулся от шума в коридоре, сильного топота, хлопанья дверей, истошных женских криков. Дверь в его комнату с грохотом проломилась – в пролом ввалилось несколько человек в камуфляже, в балаклавах. Сильный удар в лицо отбросил Георгия на пол. Удары сыпались градом, били ногами, сбили дыхание.
– Ах ты сволочь пророссийская … Москаль… Встать, сволочь!
Георгий попытался подняться, но новые удары вновь сбили его на пол. Он почувствовал во рту привкус крови. Он сильнее сжал скулы, прикрывая руками голову не произнося ни звука. Он не сопротивлялся, понимая, что силы слишком не равны. Проколоться он не мог, действовал он осмотрительно, не привлекая внимания к своей особе. Кто же мог его сдать? Ответа не было. Кто они, просто нацики, или эсбэушники? Пока двое избивали его, третий, главный по-видимому, рылся в книжном шкафу, сбрасывая книги и журналы на пол; рылся в ящиках шкафа, прощупывал форменную одежду.
– Ну всё, хватит, не прибейте москаля, ещё придётся тащить его на себе. Остановись Петро! Бить перестали, приказали одеться.
Нападающие заломили руки Георгию за спиной и тычками вытолкали из комнаты. Профессиональная хватка – значит беспека [1.1], соображал Георгий. В коридоре шумели возмущённые женщины, поминая людей в камуфляже бандитами, разбойниками …
– За что парня взяли? Избили, подлюки. Как только таких земля носит! Отпустите пацана! – кричали женщины из соседних квартирок. Женщины перегородили путь "бандюкам", чему способствовала одесская коридорно-гостиничная планировка. Они ещё не сталкивались с подручными спецслужб.
В эти предрассветные часы по Одессе прошли аресты предполагаемых пророссийских подпольщиков. Людей увозили в неизвестном направлении и больше их никто не видел. Если человека не находили, брали в заложники членов семьи. Держали в СИЗО, некоторых меняли на своих пленных. Проводимая акция была ответной и бессмысленной местью на захват российскими войсками острова Змеиный в 40 километрах южнее Одессы. По приказу нового главы Одессы Максима Марченко, СБУ провела операцию по зачистке города, санкционированную британской спецслужбой в Одессе.
– Уйди баба, убью, – зверея орал Петро, и наотмашь ударил пожилую женщину по лицу. Та, от сильного удара не удержалась на ногах.
– Ну кто ещё хочет побалакать? – ревел Петро. Женщины в страхе расступились. Мрачные времена опустились на одесситов.
– Тётя Соня, тётя Соня, что с вами? – сквозь слёзы, лепетала Аня, соседка Сони.
– Девочки помогите поднять её, воды дайте, – продолжала Аня. Когда тётя Соня пришла в себя, жители коридорной системы пытались сообразить как известить близких Георгия.
– В полицию сообщить треба, – высказался дядя Саша, – вот что.
– Вот пойди и сообщи. Ума нет, считай калека, шлимазл – отреагировала Абрамовна. Выяснилось, что толком никто не знает близких или знакомых Жоры Хостея; знали, что Жора окончил одесскую мореходку и после окончания работал в Одесском портофлоте. Дома он появлялся редко, так как большую часть времени был в рейсах на каботажных судах. Комнату он снимал второй год у Розы Абрамовны. К нему иногда заходил его приятель Толик, по прозвищу Труболёт, известный заводила на Канаве [1.2]. Толика ни кто не воспринимал всерьез и не посчитали заслуживающим внимания.
Допрос длился более пяти часов. Следователь не представился, и Георгий не понимал с кем имеет дело, но понял, что человек хорошо осведомлен о его персоне – выпускника Мореходного училища; штурмана на судах портофлота. В машине, в которую его затолкали, ему на голову надели черный мешок, и он понятия не имел, где сейчас находиться. Ехали не долго, явно петляя по улицам, и как можно было понять – учреждение в черте города, и учреждение это скорее всего СБУ.
– С какой целью вы высадились на Змеином? Чьё задание выполняли? – в пятый раз спрашивал следователь, каждый раз немного меняя формулировку.
– Нигде я не высаживался, на Змеиный ходили по распоряжению начальства портофлота, доставляли продукты, воду, какое-то оборудование, бочки с соляркой, какие-то ящики, которые привозили военные, они же и грузили и сопровождали груз. .... Вот и всё.
– Но вы вели записи, – допытывался следователь, – кому эти записи вы передавали?
– Ничего я не вёл; подписывал документы сдачи-приемки груза; все заносил в судовой журнал, как полагается. С собой брал книги, журналы почитать в свободное время. Они у меня на квартире, если ваши молодчики не разодрали их в клочья. Ни кто мне ни какого обвинения не предъявлял; задержание не обосновал.
– Не пудри мне мозги, салага, – вскипел следователь. Лоск моментально слетел с него, когда Георгий указал на нарушения следствия, – ты ещё легко отделался после сдачи Змеинова русским. Чуть не героем тебя представили. Может объяснишь, как ты остался в живых, а гарнизон весь погиб, и на украинскую землю, благодаря тебе, вступила нога врага?
– По этому поводу мою было всё доложено администрации порта и подробно изложено письменно. И я не сомневаюсь, что органы в курсе этой истории. Военные тоже меня допрашивали, и взяли подписку о неразглашении, – понуро ответил Георгий.
То, что произошло с ним 24 февраля на Змеином, заполнилось Георгию навсегда. Тогда к Змеиному удалось прорваться двум эвакуационным катерам. На одном из катеров был Георгий. Неожиданная догадка развеяла сомнения и неопределенность терзавшая Георгия, отступила. Эсбэушники явно "копают" по делу о сдаче российским десантникам острова Змеиный в феврале. Никто его не сдавал! Улыбка появилась на его лице.
– Ты мне сволочь ещё по улыбаешься, когда рот порвут, – следователь поднялся из-за стола, раскрыл перед собой теснённую папку и казенным тоном зачитал:
– Гражданин Георгий Николаевич Хостей, 1995 года рождения, вы задерживаетесь на два месяца под стражей для установления всех фактов содеянного. Следователь захлопнул папку и нажал на кнопку. В дверях появился конвоир.
– Уведите заключенного. Он закрыл папку, на которой значилось – "Дело №31. Обвиняемый Г.Н. Хостей. Следователь СБУ О.С. Чорний".
Раздался звонок местного телефона. Чорний поднял трубку.
– Слушаю вас господин начальник Управления.
– Есть! Через пять минут буду у вас.
Кабинет начальника СБУ по Одессе полковника Кулинича [1.3].
– Олег Семенович, вы один из новых офицеров в Управлении, и как мне доложили, хорошо проявили себя. У вас в разработке уголовное дело о сдаче морпехами ВСУ острова Змеиный российской армии в феврале. В этом деле весьма заинтересованы наши друзья из Лэнгли [1.4], – неспешно изложил Кулинич, не отрываясь глядя в упор в глаза следователю.