Михаил Визель – Создатель. Жизнь и приключения Антона Носика, отца Рунета, трикстера, блогера и первопроходца, с описанием трёх эпох Интернета в России (страница 52)
Сам Антон в интервью той же «Веб-планете» на следующий день решительно отвергал намёки на корысть:
Да, это целиком моя идея.
Я думаю, при взгляде на этот проект легко заметить, что в финансировании он не нуждается. Он потребляет 2–3 часа в день работы добровольцев, при этом использует готовый движок, дизайн и вёрстку от проекта v2003.msk.ru.
Разумеется, шутка. Если бы мы ставили своей задачей глубокую секретность — на свете так много хороших имён, за которыми можно было бы спрятаться…:)
Я сам не являюсь гражданином Украины, поэтому не голосую там. Хочу, чтобы там победил тот кандидат, который наберёт наибольшее количество голосов, а не открепительных талонов. Я против фальсификации, против циничного использования административного ресурса, против силовых вариантов разрешения кризиса, против повторения в Украине сепаратистских сценариев по типу Абхазии, Приднестровья или Южной Осетии. Выходит, что при нынешнем развитии событий я за Ющенко.[304]
Носик действительно близко к сердцу принял события в братской стране. Как, впрочем, и множество московских интеллигентов. Но, в отличие от большинства из них, Антон на несколько дней с друзьями съездил в Киев, сняв квартиру прямо над площадью, ставшей Майданом. А по Москве расхаживал с «померанчевой» повязкой на рукаве — я самолично видел его с этим аксессуаром 26 ноября, на дне рождения Дмитрия Ольшанского.[305]
Упомянутая «Веб-планетой» Ольга Бруковская сейчас, 15 лет спустя, в интервью тоже категорически отрицала намёки на «внешнее финансирование».
Но убеждённость Ольги странно контрастировала с её же искренним удивлением, когда я в ходе нашего разговора напомнил о регистрации самого домена на её имя. Впрочем, удивление это быстро прояснилось: на неё регистрировались десятки доменов. И это вторая отличительная черта проекта ua2004.ru, о которой стоит упомянуть.
По словам Бруковской, став известным новостником, Носик начал получать заказы на информационное сопровождение от «феерически разных» заказчиков — от школы каббалы до парусной регаты:
[Заказчики] выходили на Антона и говорили: «У нас вот такая задача», он говорил: «Да, нужно сделать вот так, так и так, вот Бруковская, она вам расскажет, в какие сроки и за какие деньги это возможно». Дальше мы подписывали договор, разрабатывали стратегию, информационный сайт, если нужно. Например, регата ехала из какой-то точки мира в другую точку мира, и ей нужно, чтобы была огласка в СМИ и т. д. Наверное, сейчас бы это называлось PR-проектами; тогда говорили — «нам нужен сайт и чтобы его прочитали».
Это было с 2001-го по 2004-й. Я была молодая, но с хорошими организационными навыками. Он терпеть не мог весь этот менеджмент, и всегда радостно кому-нибудь отдавал.
Мы уже видели: отдавать менеджерские полномочия «младшему партнёру», как правило — «умненькой девочке», было для Носика привычно, начиная с самого первого его бизнеса, «Шарата». Причём вопрос о доходах Носик на правах «старшего партнёра» и решал в той же коанической манере. Что произвело на начинающую бизнес-леди неизгладимое впечатление:
Прибыль компании мы делили пополам в очень специфическом формате: в этом месяце мне надо купить машину — я всё забрала. Решением Антона, потому что я к нему относилась как к старшему партнёру и не влезала в такие вещи. В истории со мной, где он всему меня обучал — пониманию рынка, тенденциям и т. д., а я только училась (хоть и очень быстро) и фактически была его «руками», он мог поступить как угодно. Давать мне зарплату, давать мне 10 %, — но это был его выбор, мы это никогда не обсуждали. Он вообще никогда не был жадным человеком, [у него было] кабалистическое отношение к деньгам: это не то, на чём нужно фиксироваться в жизни, и чем легче ты с ними расстаёшься, тем легче они к тебе приходят.
Просуществовало это эфемерное партнёрство, которое сама Ольга, беседуя со мной, назвала «Рогами и копытами», недолго — к Носику «приехал» (по выражению Бруковской) проект «MosNews»: англоязычный новостной сайт, имеющий отношение к одному из старейших российских газетных брендов, «The Moscow News».
Амбициозную идею выйти на глобальный рынок новостей Носик вынашивал ещё с момента запуска «Lenta.Ru» — небезосновательно предполагая, что там трафик, а следовательно, и рекламные бюджеты, впятеро больше. Да и вообще это отвечало общему настрою первопроходцев Рунета: «выйти из нашей закупоренной пещеры в широкий мир». Так что англоязычная «Lenta.Ru» появилась практически одновременно с основной, русской, в сентябре 1999 года. И, казалось, на волне интереса ко второй чеченской кампании, к «мочить в сортире» и всему сопутствующему должна была взлететь. Но этого не произошло.
В 1999 году формат «Ленты» казался западному читателю, привыкшему к заданному CNN формату с прямыми включениями вездесущих собственных корреспондентов, слишком новаторским.
Никому на Западе новости про Россию, написанные по-английски русскими людьми, были не нужны, — говорит Дмитрий Иванов, пришедший в «Lenta.Ru» как раз в качестве сотрудника (и вскоре — начальника) английской версии. — Тогда ещё в Москве вовсю работали западные корреспонденты, а «Лента» ещё не успела стать настолько известным изданием, чтобы наши материалы котировались по всему миру.
«Русскость» проявлялась не столько в скованности языка и порою нелепых ошибках (
[Дело было] в непонимании того, как функционирует новостной сайт такого типа, кто его читатель здесь, а кто — на Западе, и чем отличаются их запросы, — констатирует Иванов. — В конечном итоге мы нередко ошибались в отборе новостей для перевода и, возможно, совсем не думали о способе их подачи, именно от неопытности в профессии новостника.
Английскую «Ленту» пришлось закрыть меньше чем через год. И дело было всё-таки не в досадных ошибках, а в том, что заказчику, от которого зависело финансирование проекта, то есть ФЭПу, было гораздо важнее, чтобы его читали внутри кремлёвской стены, а не за пределами доменной зоны. ru.
Но через три с небольшим года «вводные данные» изменились. И главной вводной стал прозвучавший как гром среди — не ясного, но постепенно темнеющего — неба арест миллиардера Ходорковского 25 октября 2003 года «по обвинению в хищениях и неуплате налогов».
При этом у фигуранта первой тридцатки богатейших людей мира[306] осталось достаточно средств, чтобы его друзья, соратники и нанятые ими пиарщики («Стас [Белковский] в последний год занимался фигурой Ходорковского вполне профессионально», — заметил Носик 30.03.2004[307]) располагали возможностью выстроить глубоко эшелонированную «линию обороны» и постоянного аккуратного присутствия читинского сидельца в информационном поле, причём международном.
И существующий с 1930 года бренд «The Moscow News», только что, в сентябре 2003 года перекупленный «структурами ЮКОСа», а чуть конкретнее — РОО «Открытая Россия», (о)казался для этого идеальным.
Подчеркнём: речь не идёт о том, что «Леонид Невзлин нанял Носика, чтобы он пропихивал новости о МБХ». Носику и Невзлину — умным людям одного происхождения, бэкграунда, и даже одинакового второго гражданства — едва ли пришлось проговаривать консенсус вслух: он был и так очевиден. Носик, как и нанятые в новый проект ключевые сотрудники, искренне разделяли убеждения заказчиков. Так, Норвежский Лесной, без которого и здесь не обошлось, породил для конкурса плакатов, проведённого «пресс-центром коллегии адвокатов МБХ» и сайтом «Grani.Ru», гениальный слоган: «Khodorkovsky Go Home».[308]
При этом в трудовых книжках у всех 12 нанятых сотрудников в качестве работодателя значилось ООО «Издательский дом „Московские новости“», а в качестве должности — «редактор Дирекции интернет-проектов».
16 февраля 2004 года Носик дал интервью, в котором чётко проговорил три ключевые позиции:
• «MosNews» создаётся на базе ИД «Московские новости». «Gazeta.Ru» выступает партнёром;
• «MosNews» не будет англоязычной версией какого-то имеющегося новостного сайта, а будет создавать оригинальный контент, сразу рассчитанный непосредственно на англоязычного читателя;
• Проект создаётся исключительно как коммерческий, с планами выйти на самоокупаемость за полгода.
Заканчивается интервью крещендо:
Понимаете, любой спортсмен, выступающий на городских или областных соревнованиях, считает для себя важным достижением войти в национальную сборную и померяться силами со звёздами мирового спорта. Это, мне кажется, логично. Это попытка прорыва на другой уровень — с использованием всех наработок, которые у нас до сих пор скопились по контент-менеджменту. Мне кажется, русский проект может достойно конкурировать, опираясь именно на опыт Рунета.[309]
Как обычно, Антон впрягся по полной. 3 марта он в подзамочной записи в ЖЖ обращает внимание на странный «прогресс» — пять лет назад он получал финансирование для «Gazeta.Ru», стартовавшей 1 марта 1999 года в офисе ЮКОСа на Загородном шоссе, а сейчас, накануне запуска нового проекта, делаемого на те же деньги, сидит уже непосредственно в этом здании — так что, вероятно, ещё через пять лет ему придётся сидеть на нефтяной вышке (чего, как известно, не произошло — но зато через четыре года он сидел на «вышке» Смоленского пассажа). А через два дня, уже в открытой записи под примечательным заголовком «Дилемма», с некоторой оторопью пишет: