Михаил Вершинин – Внутри секты. Почему люди попадают под влияние культов и можно ли им помочь (страница 7)

Исследовать подобные группы крайне сложно, так как среди них есть и такие, кто придерживается определенных жестких убеждений в одних аспектах жизни, но при этом проявляет гибкость и толерантность в других.

В правоведении и обществознании есть понятие «монополии государства на применение насилия[9]» через полицию и армию. Об этом писал еще известный социолог Макс Вебер в своей работе «Политика как призвание и профессия». Культы создают в этом конкуренцию государству, где лидеры культа в одном лице становятся судьями, дознавателями и палачами, и с точки зрения этой авторитарности они опасны для государства. Например, в запрещенном в России деструктивном культе «Свидетели Иеговы» отрицается существование каких-либо государств, государственных гимнов и флагов, и есть понятие только культа в рамках планеты. Этим они очень похожи на исламские террористические группы, которые тоже отрицают главенство государства над индивидом и формируют некий подвид всадников анархии и беззакония.

Многие приверженцы различных культов в спорах, полемике и флейме в комментариях любят использовать тезис, что «традиционные религии так же подходят под ваши типологии» или что «монахи тоже живут в контролируемой среде». Так вот, сам факт возможности нанесения вреда и реализации этой возможности выступает одним из рубиконов, отделяющим культы и секты от религий, традиционных и новых.

Типы культов

Бывший культист и сейчас один из ведущих исследователей культов в США, а также достаточно известный, переведенный в том числе в России автор Стивен Хассен в своей книге «Борьба с культовым контролем сознания» выделяет четыре типа культов. Я немного адаптировал его типологию и поделюсь своей версией.

Большинство страшных историй про секты мы с вами читаем и видим в новостях – это новости про так называемые «религиозные и духовные культы», асоциальные группы, активно использующие для формирования зависимости религиозные и духовные практики, догмы и религиозную атрибутику (все это я называю «идеологической упаковкой»). Культы могут, например, мимикрировать под христианские организации, а могут изобретать что-то свое, необычное. Основатели культов часто создают некоего религиозного франкенштейна, организуя новую псевдорелигию из своего опыта, доступной информации и, конечно, ориентируясь на моду.

Напротив «религиозных культов» стоят так называемые «психокульты» или, как их называет Стивен Хассен, «психотерапевтические/образовательные культы». Эти товарищи максимально избегают религиозной составляющей и ориентируются на «упаковку» в псевдонаучную теорию или же научную, но трактуют они ее по-своему. Часто работают под видом групп массовой психотерапии, тренинговых центров, рядовых бизнес-консультантов и инфобизнесменов.

Как экзотика выглядят редко встречающиеся в нашей стране «политические культы». Это социальные группы, которые организованы вокруг узкой политической теории или политического лидера, но в их среде активно применяются манипулирование и эксплуатация своих членов. И речь, конечно, не про волонтерство. К ним тут примыкают еще различные террористические, радикальные или авторитарные организации, которые активно преследуют инакомыслящих по политическим мотивам. Такие культы делают основной упор на внешнюю замкнутость, пропаганду, поляризацию мнений и деление мира на «чистый и нечистый», «мы и они», «людей со светлыми лицами» и т. п.

Книг про политические культы издано мало, но в начале 2000 годов в США вышла книга «На грани: политические культы справа и слева», где изучались социалистические и неофашистские группировки, а также их культовая идентичность. В России выходило несколько небольших заметок и статей о культах личности политических лидеров, формировании прото-политических культов в российской оппозиции, но как правило эти публикации предвзяты и агрессивны по сравнению с привычным тоном академических публикаций и трудов. Других исследований политических культов в отечественной науке пока не проводилось.

Там, где есть культы, всегда есть деньги. А если мы говорим про деньги, то, конечно, есть и «коммерческие культы». Чаще всего к ним относят разные финансовые организации, бизнес-сообщества, MLM-пирамиды или некоторые организации, которые используют многоуровневый маркетинг и личные продажи, но тут важно помнить про предостережения психиатра Уэста, о котором я говорил чуть выше. Эти асоциальные группы эксплуатируют желание быстрого обогащения, «успешного успеха», но сильно не выделяются на фоне десятков тысяч новоявленных коучей, диванных экспертов из запрещенного Instagram и инфобизнесменов.

Вы будете удивлены, но первый перевод «Библии Сатаны» Энтони Лавея на русском языке вышел при финансовой поддержке «Гербалайфа» в 90-х. Хотя сама организация идеологически никак не связана с сатанистами, и разумных объяснений выпуска этой книги нет.

К этим четырем видам религиозных, политических, образовательных и коммерческих культов, которые определил Хассен, я отдельно добавил, опираясь на подход испанских и американских психологов, семейные группы с принудительным насилием, в которых присутствует семейное психологическое насилие. В Испании их относят к видам микрокультов. С точки зрения психологии испанские коллеги полностью правы, так как в случаях семейного домашнего насилия абьюзер или домашний тиран мало отличается от культового лидера.

Вот что про это думает семейный психолог, кандидат психологических наук Ирина Камаева:

«Действительно, американские психологи, занимающиеся домашним насилием, утверждают, что симптомы жертвы домашнего насилия, в которое мы включаем как физическое, так и психологическое, эмоциональное, финансовое и другие виды насилия, аналогичны симптомам людей, проведших долгое время в плену.

Почему? Потому что в домашнем насилии ведущими факторами считаются не только сам акт насилия, но и система отношений – тотальный контроль, причем контроль не только за действиями жертвы, но и за ее мыслями и эмоциями.

Постепенно все мысли жертвы насилия обращаются в сторону контролирующего партнера, все эмоции связываются с отношениями с ним. На раннем этапе абьюзер делает все, чтобы жертва разорвала связи со всеми, кто может оказать поддержку извне и стать угрозой для контролирующего насильника. Прежде всего, с семьей, про которую бросаются обесценивающие комментарии, потом с друзьями, подругами, коллегами по работе, а иногда и с самой работой. Все замыкается на отношениях с контролером.

В итоге, после нескольких месяцев или лет жизни, мы видим человека, который имеет только партнера-насильника (не обязательно, кстати, речь идет о том, что жертва – женщина, а насильник – мужчина), воспринимая его как единственно близкого, единственно поддерживающего, все делающего для блага жертвы».

Но если уходить от семейного насилия, то есть и другие микрокульты, которые можно обозначить как «эксплуататорские группы». Такие социальные группы обычно формируются вокруг харизматичного лидера и эксплуатируют своих участников. Упаковка у них может быть совершенно разной: от различных субкультур и фан-клубов до спортивных секций или даже фитнес-клубов. Обычно это небольшие группы до 30 человек. О новых видах подобных культов недавно писала американский лингвист Аманда Монтелл в своей книге «Сила культа. Что делает человека фанатиком и как этого избежать», которая в России вышла в переводе от издательства «Бомбора».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.